Я робко поглядывала на него, поглаживая нос прижавшегося ко мне барса.
— Э-эм… этот малыш… ну…
Я не могла прямо признаться, что он — владелец Священного меча Хиллайя. Если бы я это сделала, его бы тут же попытались вернуть в орден.
Было очевидно: раз Айкаль открыто предал Белый орден, ничего хорошего его там не ждёт, попадись он им снова.
Я озвучила оправдание, над которым долго размышляла:
— Ну, господин Герцог. В общем, этот малыш — мой друг, которого я нашла на аукционе…
— Божественный зверь.
— Да, верно.
Я тут же поджала хвост и во всём созналась. От проницательного взгляда Герцога было трудно что-то скрыть.
В этом мире обитает немало Божественных зверей. С учётом полукровок, рождённых от людей и зверей, их можно встретить раз или два за всю жизнь, так что они не были такой уж редкостью.
Однако и среди них существовали свои ранги, и в самом верху списка стояли пять сильнейших мифических существ.
И Иклас Вечных Льдов был одним из самых могущественных среди них.
В оригинальном романе говорилось, что Айкаль — потомок Икласа. Хоть он и был полукровкой, в его жилах текла самая чистая кровь Божественного зверя среди всех сородичей.
Его аура обладала настолько специфической пульсацией, что ни один мечник не смог бы её не узнать.
Но это касалось взрослого Айкаля, а сейчас передо мной был всего лишь котёнок, которому не исполнилось и месяца. Белоснежная аура, бушевавшая на арене, исчезла без следа.
«Может, у меня получится проскочить, и он ничего не заметит?»
Герцог многозначительно рассматривал Айкаля, который буквально прилип ко мне.
Затаив дыхание, я ждала его вердикта.
— …Я всё гадал, почему ты не сбежала сразу, как только освободилась, а полезла в здание аукциона. Оказывается, из-за него?
— Ой… Да. Я просто не могла его там оставить…
Взгляд Герцога опасно дрогнул. Я видела, как он слегка прикусил нижнюю губу.
Я невольно съёжилась от страха.
«Всё-таки догадался. Что же делать? Как его убедить?»
Моя тревога, казалось, передалась и Айкалю — он начал взволнованно тереться мордочкой о мою щёку.
«Ты же обещала меня выкупить!»
Его влажные глаза были полны немого упрёка. Казалось, если его сейчас отнимут, он проклянёт меня на месте.
Герцог, некоторое время изучавший нас с Айкалем, снова заговорил:
— Внутри было много таких зверей?
— Нет. Из животных был только он один.
— Даже если это детёныш, он всё равно Божественный зверь. Видимо, его хотели выставить как диковинку для забавы публики.
В голосе и выражении лица Герцога веяло ледяным холодом.
Поскольку его настрой не казался мне обнадёживающим, я поспешно спрятала барса поглубже под плащ.
— Я… я бы хотела оставить его себе…
— Оставить?
— Да… Я буду растить его тихо! Я… я научу его не кусаться, буду сама кормить, мыть и играть с ним. И гулять тоже буду сама…
Айкаль издал короткий рык. Этот звук был подозрительно похож на фырканье.
«Тихо ты! Я тут пытаюсь обеспечить тебе пропитание и кров».
— Мы будем вести себя тише воды, ниже травы… Можно нам остаться вместе?
Герцог ответил не сразу. Из-за того, что он хранил молчание несколько минут, моя решимость начала угасать.
Я пролепетала едва слышным голосом:
— Он… он милый…
— …
— Я не хочу его выбрасывать…
Над головой раздался тяжёлый вздох. Герцог устало потёр лицо рукой.
— …Делай что хочешь.
— А?
— Я сказал, делай что хочешь. Расти его или нет — твоё дело. Ты притащила его за свои деньги, так что сама и разбирайся.
Что? Неужели правда?!
Я широко распахнула глаза и посмотрела на него, но Герцог как-то неловко отвёл взгляд.
Однако я заметила, как он сквозь пальцы украдкой поглядывает то на меня, то на барса в моих руках.
Я тут же подхватила Айкаля под подбородок, заставляя его поднять голову.
— Ну же, поздоровайся, Аки. Это хозяин нашего дома.
Похоже, кличка ему не понравилась. Вместо того чтобы поприветствовать Герцога, Айкаль больно цапнул меня за палец.
«Ай, больно!»
Я едва сдержала крик, сжимая руку со следами зубов, когда Герцог позвал меня суровым тоном:
— И ещё, Апельсинка.
Моё имя снова сменилось с Катиши на Апельсинку. Когда я посмотрела на него заплаканными глазами, он сухо предупредил:
— Впредь, если захочешь выйти на улицу, обязательно спрашивай моего разрешения.
— Ах, да!
Кстати говоря, я совсем забыла его поблагодарить. Я поспешно сложила ладони и низко поклонилась.
— Простите меня. Я обещаю больше не впутываться в такие истории.
— В этом нет нужды. Ты больше никогда не окажешься в подобном месте.
— Э-э…
— Ты перебаламутила весь Бласко, а теперь только и можешь, что «экать»? Ты вообще ела?
— Ела…
«Вонючий сыр и чёрствый хлеб…?» — пробормотала я совсем тихо, но Герцог всё равно услышал. Он на мгновение закрыл глаза, словно у него вот-вот лопнет терпение, и подозвал сэра Кисса.
— Нет, так не пойдёт. Не передавайте это место полиции или страже — сожгите здесь всё дотла. А с руководством разберитесь… то есть, проведите воспитательную беседу. И отправьте их в тренировочный центр.
— Слушаюсь, Ваша Светлость.
Значит, они и правда все пришли за мной. Почему-то в глазах защипало, и я поспешно уткнулась лицом в мех снежного барса, крепко его обнимая.
«Нельзя просто так брать и на что-то надеяться. Разочарование — это только моя ноша».
Теперь ведь нет дедушки, который пришёл бы меня искать, если я потеряюсь. Поэтому я твердила себе: не жди спасения, надейся только на свои силы. Но, вопреки всем клятвам, в глубине души я, кажется, всё же ждала. Ждала тех, кто примчится мне на помощь в беде.
На сердце стало как-то по-особенному тепло. Появилось чувство, будто у меня есть надёжные союзники.
Я побоялась, что если озвучу эти мысли, то снова встречу лишь снисходительный взгляд, поэтому подавила улыбку и промолчала.
Если не произносить это вслух, то самовольно раздувшиеся надежды и ожидания не лопнут.
— Пошли, малявка.
Всё же объятия Герцога, который с лёгкостью подхватил одной рукой и меня, и Айкаля, внушали уверенность. В магический круг телепортации хлынула мана, и он засиял. Окружающий пейзаж мгновенно изменился.
Стоило нам вернуться в поместье Бласко, как я тут же оказалась в руках горничных, ожидавших нас в полном составе.
— Тщательно её отмойте, накормите досыта и уложите спать вовремя, — бросил Герцог и снова исчез в круге телепортации.
Уже была глубокая ночь, и я даже не успела спросить, куда он направляется, как меня уже уволокли в ванную.
— Скажите, Карен, а где Маргарет и Роса?
— Они отправились в тренировочный центр, юная леди. Вернутся через несколько дней. Пока Маргарет нет, за вами присмотрю я.
Тренировочный центр? Я попыталась вспомнить знакомое название, но Карен лишь ласково улыбнулась, сказав, что мне незачем знать о таких местах.
«Надеюсь, с ними всё в порядке. Их ведь не сильно наказали?»
Интересно, поймали ли они того, кто стоял за моим похищением?
Кстати говоря, Сибеля Бласко тоже нигде не было видно. А ведь он был из тех, кто ходил за мной хвостиком, придумывая любые оправдания, лишь бы не отходить ни на шаг…
— Сибель-ним тоже отправился в тренировочный центр, юная леди.
— А что это за место такое?.. — осторожно спросила я.
— Хм, считайте это местом, где обучают тех, чьи поступки не соответствуют достоинству дома Бласко.
Услышав это, я сразу всё вспомнила. Подземный тренировочный центр, куда в оригинальном романе Вернер то и дело спроваживал Ниэллу. Хоть это и называлось местом для тренировок, на деле это была тюрьма для преступников, тайно управляемая Бласко.
— Они не смогли исполнить приказ Его Светлости и защитить вас, поэтому наказание вполне естественно. Но не волнуйтесь слишком сильно. Это всего лишь на десять дней.
Слухи, окружавшие дом Бласко, иногда казались преувеличенными, но в такие моменты от них веяло настоящим ужасом.
Те, кто ослушался приказа Герцога, не справился с заданием, совершил предательство или обман — словом, все, кто прямо или косвенно вредил Бласко, — без исключения попадали в тренировочный центр. Право определять срок и тяжесть наказания принадлежало исключительно членам прямой ветви.
«Теперь мне даже немного понятны чувства побочных ветвей, которые выступали против моего удочерения…»
С другой стороны, мне стало жутко. Ведь моё нынешнее положение тоже нельзя было назвать кристально честным.
Только после того, как меня вымыли, переодели, обработали все мелкие царапины и накормили до отвала, мне наконец удалось остаться одной.
Как только горничные ушли, пожелав доброй ночи, я усадила Айкаля в кресло и строго предупредила:
— Даже если тебе неудобно, при посторонних ты должен оставаться в этом облике. Если кто-то узнает, что ты владелец Хиллайи, ты не сможешь здесь остаться.
«Фырк».
Маленький барс лишь коротко рыкнул. Вау, какая поразительная незаинтересованность! Возмутительно!
— Это тебе не шутки! Если всё вскроется, выгонят не только тебя, но и меня!
Снежный барс на этот раз демонстративно отвернулся. Ого, бунт на корабле? Когда я обеими руками попыталась повернуть его мордочку обратно, он хлестнул меня хвостом по руке.
Несмотря на то, что с виду его хвост казался мягким пушистым помпоном, удар вышел довольно чувствительным. Я затрясла ушибленной рукой и в сердцах воскликнула:
— Эй, Две Тысячи Золотых! Старшая сестра с тобой разговаривает, почему ты даже ухом не ведёшь?!
— Мне больше нравится человеческий облик.
— А-а-а! Напугал!
Я едва не лишилась чувств от внезапно раздавшегося голоса. Стоило мне моргнуть, как в кресле вместо маленького барса сидел седовласый мальчик.
http://tl.rulate.ru/book/180105/16733440
Готово:
