× Уважаемое сообщество! Рулетка сейчас находится на обновлении. Как только обновление будет завершено, мы сразу включим ее обратно. Не переживайте!

Готовый перевод The Buddha System and The Monk That Wanted To Renounce Asceticism / Система Будды и монах который хотел отказаться от аскетизма.: Глава 430: «Сто пятьдесят тысяч! [Пятое обновление

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Чжэн Цзясин окончательно оцепенел. Он уже не помнил, как дописал долговую расписку и вышел из дома Ван Лаосы. Совершенно потеряв ориентацию в пространстве, он каким-то чудом добрел до своей улицы. Еще издалека он заметил знакомый силуэт: фигура замерла на ветру, пристально вглядываясь вглубь переулка.

Подойдя ближе, Чжэн Цзясин увидел, что у дверей стоит не кто иной, как Ли На.

Глаза её покраснели, волосы были в беспорядке, а сама она выглядела крайне изнуренной. Увидев жену, Чжэн Цзясин почувствовал себя вором, пойманным за руку, – сердце бешено заколотилось. Он не ночевал дома, и Ли На наверняка в ярости. Должно быть, она вне себя от гнева… И что ему делать, если она начнет кричать?

Однако, когда он подошел, Ли На не стала на него орать. Она лишь тихо промолвила:

— Ты вернулся.

Чжэн Цзясин машинально кивнул и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Ли На опередила его:

— Ступай в дом, умойся. Посмотри на себя – совсем измотался. Иди приляг, отдохни, а я приготовлю поесть.

С этими словами Ли На вошла в дом. Чжэн Цзясин, видя такую реакцию, втайне облегченно вздохнул и последовал за ней. Умывшись, он забрался на кан, собираясь поспать. В этот момент его сын, Чжэн Сяоюй, приподнялся с постели и прошептал:

— Папа, наконец-то ты пришел. Мама тебе звонила-звонила, а ты трубку не брал. Она всю ночь на улице простояла…

Услышав это, Чжэн Цзясин содрогнулся. Он не знал, что ответить, лишь неопределенно угукнул и накрылся с головой одеялом. Он не представлял, как смотреть Ли На в глаза, и хотел лишь одного – сбежать от реальности в сон. В голове мучительно крутилась одна и та же мысль: где достать сто тысяч, чтобы покрыть долг? Сумма огромная, да еще под четыре процента! С учетом сложных процентов этот долг разрастется до небес…

В конце концов, перебирая варианты, он пришел к выводу, что путь у него только один – продолжать играть. Ван Лаосы говорил, что может одолжить еще. Чжэн Цзясин верил: стоит только поймать удачу за хвост, и он быстро расплатится с долгами, а после – никогда, ни за что больше не прикоснется к картам.

В полдень Чжэн Цзясин поднялся, сходил за матерью, чтобы та присмотрела за Ли На, а сам отправился работать в поле.

Вечером он не пошел домой ужинать, а прямиком направился к Ван Лаосы. Едва переступив порог, он плюхнулся на стул и бросил:

— Лаосы, одолжи мне еще десять тысяч.

— Ой, Цзясин, сегодня ты рано! — Донеслось из угла. — Что такое? С женушкой здороваться не надо, заявление на выход уже подписал?

Кто-то из игроков ехидно затрепался. У Чжэн Цзясина и так было паршиво на душе – проигрыш, переживания, да еще и сбежал из дома тайком. Внутри всё клокотало от подавленного гнева, а тут еще и эти насмешки. Он вспыхнул:

— Какое еще заявление? Здоровый мужик вышел перекинуться в картишки, и что, разрешение спрашивать? Когда хочу, тогда и прихожу, никто мне не указ!

— Хорош!

— Вот это настоящий мужик!

— Вот это по-нашему, по-северо-восточному!

— Красавец!

— Цзясин, я за тебя горой!

Слушая эти хвалебные выкрики, Чжэн Цзясин почувствовал, как его авторитет, который, казалось, уже давно испарился, мгновенно восстанавливается. Он слегка вздернул подбородок, и, хотя сидел на колченогом стуле, в этот миг ощущал себя властелином мира. Это чувство превосходства, королевское достоинство вернулось к нему! Он обожал это ощущение!

Ван Лаосы без колебаний выдал деньги. Вскоре комната наполнилась табачным дымом и тем вязким, порочным ароматом, который сопутствует азарту. Все вокруг словно были одержимы: ярость при проигрыше, смех при выигрыше – в этой тесной каморке разыгрывались все стороны жизни.

В этот раз Чжэн Цзясину поначалу везло. Он вновь увидел надежду, лицо его становилось всё более возбужденным, почти свирепым. Лицо его отражения, застывшее в воздухе, тоже исказилось в хищной гримасе, улыбка ширилась, а рот казался залитым кровью…

Спустя два часа дверь внезапно распахнулась. В комнату вошла женщина. В прокуренном помещении, где еще секунду назад стоял невообразимый гвалт, воцарилась гробовая тишина.

Чжэн Цзясин машинально глянул на дверь и опешил. Это была его жена, Ли На!

— Пошли, — процедила она сквозь зубы. Глаза её были красными, в них блестели невыплаканные слезы.

Собравшиеся уставились на Чжэн Цзясина с двусмысленными ухмылками, взгляды их прямо-таки кричали: «Ну что, ты только что хвастался, что ты тут главный. Посмотрим теперь, кто ты – настоящий мужик или сопливый внук».

— Пошли! — Повторила Ли На.

Чжэн Цзясин отвел взгляд, но всё же буркнул:

— Скоро приду, иди пока домой.

— Я сказала: уходим! — Ли На вскипела. Раньше, если она приходила за ним, он беспрекословно шел следом. А сегодня… он не пришел к ужину, она извелась от беспокойства, обошла всю деревню и нашла его здесь! Он проигрывал жизнь в карты, связавшись с этим отребьем и отбросами общества! Кто мог понять её разочарование? Гнев? Отчаяние! Она видела, как он катится в пропасть, и задыхалась от досады из-за его неудач.

Ли На бросилась к нему и схватила за руку, пытаясь вытащить из-за стола. Чжэн Цзясин хотел было отдернуть руку, но вокруг началось улюлюканье.

— Ого, какая строгая дисциплина!

— Цзясин, беги скорее домой, а то жена рассердится, заставит на стиральной доске стоять!

— Возвращайся, когда в доме право голоса заимеешь.

— Я так и знал, что он всё хвастался. Так оно и вышло.

— Ребенок всегда остается ребенком… Раньше родители за узду держали, теперь жена.

Эти слова жалили Чжэн Цзясина. Он вспомнил про огромный долг в сто тысяч, про бешеные проценты и про то, что сейчас карта ему «шла». Разве мог он уйти? Наконец-то он начал выигрывать, если сейчас не воспользоваться шансом, как отдавать долги? А если не отдать – как жить дальше? Разозлившись, он с силой вырвал руку и рявкнул:

— Да что ты творишь?! Я сказал – скоро приду, ты что, не слышишь?

Ли На замерла, пораженная. Чжэн Цзясин накричал на неё! Она смотрела на него, не веря своим ушам:

— Ты… ты орешь на меня? О ком я забочусь, ты хоть понимаешь?

Едва выкрикнув это, Чжэн Цзясин пожалел, но слово не воробей. Пытаясь смягчить тон, он пробормотал уже спокойнее, с оттенком беспомощности:

— Да иди ты уже. Ничего ты не понимаешь, у меня сейчас самая масть, я выигрываю. Уйти сейчас – значит деньги потерять. Я скоро буду. Иди домой…

— Ладно, Чжэн Цзясин. Сиди тут и играй в свои карты хоть до смерти!

С этими словами Ли На развернулась и вышла. Дверь захлопнулась с тяжелым «бух!».

Чжэн Цзясин смотрел на закрывшуюся дверь, и в груди его внезапно образовалась пустота, будто в этот миг он потерял нечто самое ценное в жизни.

Но тут толпа снова загалдела:

— Красавец!

— Цзясин, настоящий мужик!

— Круто, так и надо! Чего это бабы будут указывать здоровому мужику, что ему делать?

— Вот именно!

— Да хватит уже, поехали дальше! — Чжэн Цзясин, чувствуя смутную тревогу, прикрикнул на них. Окружающие лишь хе-хе-кнули и вернулись к игре.

Игра продолжилась, но Чжэн Цзясин быстро понял, что его удача закончилась. Он проигрывал кон за коном, и деньги стремительно таяли. Когда карманы опустели, он снова взглянул на Ван Лаосы. Тот покачал головой:

— Цзясин, ты слишком много продул. Сейчас твой долг – ровно сто пятьдесят тысяч. Больше я в долг не дам. Давай-ка, иди домой, собирай денежки. Либо продолжаем, либо возвращай долг.

http://tl.rulate.ru/book/17996/16509708

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода