× Уважаемое сообщество! Рулетка сейчас находится на обновлении. Как только обновление будет завершено, мы сразу включим ее обратно. Не переживайте!

Готовый перевод The Buddha System and The Monk That Wanted To Renounce Asceticism / Система Будды и монах который хотел отказаться от аскетизма.: Глава 408: «Снег в доме»

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Мужчина разделся, оставив лишь плавки, и босиком подошел к воде. Он на мгновение поднял голову к небу, сделал глубокий вдох и бросился в реку. Нырнув рыбкой, он ушел на глубину и начал сантиметр за сантиметром прочесывать дно, разгребая камни и песок, словно в поисках чего-то невероятно ценного.

Через некоторое время он вынырнул, жадно глотая воздух, и тут же снова ушел под воду. Так продолжалось, пока солнце не скрылось за горизонтом. Выйдя на берег, мужчина выглядел изможденным, его лицо осунулось. Он присел у мотоцикла и принялся жевать сухой маньтоу. Его взгляд был устремлен на закат, туда, где небесный свет медленно угасал, уступая место сумеркам…

Затем он достал из потайного кармана, вшитого во внутреннюю сторону одежды, фотографию. С нее улыбалась девочка лет тринадцати с большими глазами и короткой стрижкой. Любой, кто видел листовки, сразу бы узнал в ней ту самую малышку с рисунка.

Мужчина смотрел на фото и улыбался – так тепло, что даже черствый маньтоу казался ему сладким. В три укуса доев нехитрый ужин и запив его большой порцией воды из фляги, он бережно спрятал снимок поближе к телу, оседлал мотоцикл и покинул заброшенную деревню.

Спустя полчаса он въехал в другое поселение, где дома сияли новизной. Улицы были ровными и чистыми, но в этом месте не чувствовалось привычного деревенского оживления – в воздухе висела какая-то холодная тишина.

Когда он закатывал тележку во двор, сзади раздался голос:

— Жуань Хай, ты опять там был?

Жуань Хай обернулся. У ворот стоял мужчина с мотыгой на плече. Глядя на изнуренный вид соседа, тот лишь тяжело вздохнул:

— Столько лет прошло… Зачем тебе это?

Жуань Хай лишь молча улыбнулся в ответ.

— Ты всегда так: только улыбаешься, и слова из тебя не вытянешь, — продолжал сосед. — Ладно уж. Моя сегодня наготовила всякого, пойдем к нам, выпьем по маленькой?

Жуань Хай кивнул: они явно были в добрых отношениях. Вскоре на столе уже дымилась курица, тушёная с грибами, стояла тарелка битых огурцов и мясное желе. К ним полагалось по стопке крепкого напитка. Весь ужин говорил в основном хозяин дома, а Жуань Хай внимательно слушал.

В комнату заглянула жена соседа и шутливо пригрозила:

— Опять ты за свое! Стоит приложиться к бутылке, так язык без костей. Один Жуань Хай твою болтовню и терпит. Хватит пустословить, лучше скажи что-нибудь дельное!

Мужчина хохотнул и перешел к делу:

— Слушай, Жуань Хай, ты же знаешь, что многие наши в город подались на заработки. Один мой знакомый бригадир со стройки ищет людей. Плотник ты отменный, чего таланту пропадать? Иди к нему, за год приличные деньги поднимешь.

При этих словах улыбка впервые сошла с лица Жуань Хая. Он отставил чарку и решительно качнул головой.

— Ох, Жуань Хай… Я так и знал, что ты откажешься, — не унимался сосед. — Но ты сам подумай: что тебе здесь светит? Хоть ты и лучший плотник на все близлежащие деревни, но ведь дома не каждый день строят. Молодежь уезжает, заказов все меньше. На что жить будешь? Годы идут, заболеешь – кто поможет? А в городе подзаработаешь пару лет, вернешься, я тебе и жену подыщу хорошую… Эй, Жуань Хай, ты куда?

Тот уже поднялся и направился к выходу. Не оборачиваясь, он лишь взмахнул рукой, давая понять, что разговор окончен.

Хозяин дома со вздохом осушил свой стакан:

— Вот ведь упрямец. Характер – кремень.

— Ты просто подходить к нему не умеешь, — отозвалась жена. — А вообще, таких верных мужчин, как он, на свете еще поискать надо.

— Это кто тут неверный? — Возмутился муж. — Твой-то благоверный – первый во всем мире!

— Ой, замолчи, бесстыдник!

— Ха-ха-ха…

Вернувшись домой, Жуань Хай запер дверь и сел в углу отапливаемой лежанки. Перед ним была стена, сплошь увешанная фотографиями. Это была хроника взросления ребенка. На некоторых снимках виднелась женщина – судя по одежде, кадры были двадцатилетней давности. Какие-то фото выцвели или были повреждены, но Жуань Хай бережно вставил каждое в рамку. Рамки он сделал сам: искусная резьба, изображения роботов, героинь мультфильмов и даже портреты забытых звезд прошлого украшали дерево.

Он сидел в тишине. Наступила ночь, и лунный свет, проникая сквозь окно, ложился на пол белым слоем, похожим на иней, отчего в комнате становилось еще холоднее. Лишь спустя долгое время Жуань Хай зажег лампу, положил лист бумаги на самодельный мольберт и взял карандаш – единственный свой инструмент.

В безмолвном доме слышался только шорох грифеля по бумаге. Больше ни звука.

Свет в окне погас лишь далеко за полночь.

Между тем Фанчжэн, отправившийся на поиски, обнаружил, что они с Красным Младенцем не только никого не нашли, но и безнадежно заблудились! К счастью, Храм Рассветного Сияния был местом известным, и прохожие подсказали дорогу. В монастырь они вернулись только к ужину.

У самых ворот они увидели девушку. Она сидела на корточках и с сердитым видом увлеченно рисовала что-то пальцем на земле.

Фанчжэн и Красный Младенец переглянулись.

— Мастер… — ехидно начал мальчик.

Фанчжэн закатил глаза:

— От твоего смеха мне сразу хочется читать сутры. Ну, и что ты там видишь?

— Обиду. Великую, бескрайнюю обиду, — хихикнул Красный Младенец. — Не желает ли наставник, чтобы ученик изгнал этого демона?

— Ученик, я всегда был к тебе добр, так что… бери это на себя, — Фанчжэн попытался отмахнуться.

— Ну уж нет, Мастер! Сам заварил кашу – сам и расхлебывай. Твои же слова, помнишь? — С этими словами сорванец бросился наутек.

Фанчжэн замахнулся, но мальчишка уже был далеко. Монах тихо выругался:

— Ах ты паршивец! Забудь про интернет! Вот же подстава эта ваша сеть, чего только там не наберешься… И при чем тут «заварил кашу»? Что я такого сделал?

Красный Младенец бежал быстро и бесшумно, так что Оуян Фэнхуа его даже не заметила.

Фанчжэн и сам понимал: бросить девушку одну в толпе монахов и исчезнуть без предупреждения было не очень красиво. Но ведь он так спешил помочь человеку, что просто забыл обо всем на свете! Неужели это его вина?

— Бедный монах ни в чем не виноват, я просто… Ладно, пусть ругает, заслужил. Уйти вот так было действительно неправильно, — вздохнул он и, собравшись с духом, пошел навстречу буре.

http://tl.rulate.ru/book/17996/16509686

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода