Готовый перевод The Buddha System and The Monk That Wanted To Renounce Asceticism / Система Будды и монах который хотел отказаться от аскетизма.: Глава 166: «Наказание от Фанчжэна»

— Не волнуйтесь, они больше не посмеют сунуться, — Борода шагнул вперед. — А если заявятся, я им лично бока намну.

Фанчжэн сложил ладони вместе:

— Благодетель Борода, одумайся, пока не поздно. Если и дальше будешь упорствовать в своем заблуждении, то участь этих пятерых ждет и тебя.

Борода лишь непонимающе моргнул. У Мяо Луна и его парней просто сломались ножи – и что это за участь такая? Он не придал словам монаха значения, однако перечить Фанчжэну не посмел. Ломать сталь голыми руками, обладать телом, которое не берет ни один клинок… Это было слишком пугающе. Поспешно распрощавшись, он поспешил уйти.

Когда Борода со своими людьми скрылся из виду, Фанчжэн попрощался с жителями деревни.

Цзин Янь наконец раскрыла свою личность. Она пообещала, что это дело будет предано огласке и они привлекут силы общественности, чтобы по-настоящему помочь людям. Жители, преисполненные благодарности, проводили Фанчжэна и Цзин Янь до самого края деревни. Маленькая Нюню даже всучила монаху бумажного журавлика, которого сложила сама, надеясь, что он принесет ему удачу.

Фанчжэн осторожно спрятал подарок и сел в машину. Он так и не заметил, как на дереве неподалеку качнулись ветви и мелькнуло что-то ярко-красное.

— Мастер, можно задать вопрос? — Не выдержала Цзин Янь, когда они уже были в пути.

Фанчжэн весь путь видел, как она не решается заговорить, и теперь сам почувствовал облегчение. Иначе ему было бы неловко за нее саму.

— Мастер, ну… я видела видео с «Пересечением реки на тростнике», — начала Цзин Янь. — Вы правда переплыли реку таким образом?

Фанчжэн улыбнулся:

— А как думает благодетельница?

— Правда! Ведь так? — Настаивала она.

Монах лишь улыбнулся, не проронив ни слова.

Сердце Цзин Янь екнуло – это был знак согласия! Она продолжила:

— Мастер, видео с вашим подвигом уже разлетелось по сети, повсюду только о вас и говорят. Правда, большинство считает это народными фокусами или просто пиаром. Хотите, я помогу вам во всем разобраться и внесу ясность?

Услышав это, Фанчжэн решительно покачал головой. «Вот еще, зачем мне это прояснять?» – подумал он. Он хотел славы, но не такой – подобная известность сулила лишь неприятности. Тем более, чем больше объясняешь, тем сильнее подозрения; люди не верят, и лишние слова только вызовут ругань в его адрес. Он вовсе не хотел, чтобы толпы недовольных штурмовали гору и проклинали его под окнами – как тогда жить? Поэтому Фанчжэн ответил:

— Благодарю за доброту, благодетельница, но в разъяснениях нет нужды. Какое дело бедному монаху до того, что думают другие?

Цзин Янь опешила. Во время каллиграфического собрания ей показалось, что Фанчжэн просто ищет способ прославиться и стать интернет-знаменитостью, но теперь она видела, как ошибалась. Перед ней был настоящий Мастер, совершенно не гоняющийся за славой и богатством! В душе ее вспыхнуло глубокое уважение.

— Мастер, а те желтоволосые… они и правда больше не будут донимать жителей деревни? — Спросила она снова.

— Амитабха. Будь спокойна, благодетельница. Боюсь, у них больше не останется сил, чтобы причинять кому-то беспокойство, — в этот миг в улыбке Фанчжэна промелькнуло нечто почти лукавое.

Всю дорогу они перебрасывались редкими фразами. К полудню Цзин Янь доставила Фанчжэна к подножию Горы Одного Пальца. Она собиралась подняться и немного погостить в храме, но внезапный телефонный звонок заставил ее срочно уехать.

Фанчжэн начал подъем в одиночку. Не успел он подойти к воротам, как навстречу ему метнулась белая тень. Фанчжэн рассмеялся:

— Ну и слух же у тебя, приятель!

Он на лету подхватил Одинокого Волка, но тут с головы зверя спрыгнул малыш. Вцепившись в рясу монаха, Белка быстро вскарабкался на плечо и принялся теребить Фанчжэна за ухо, что-то возбужденно пища, будто пытаясь что-то рассказать.

— Ладно-ладно, — смеялся Фанчжэн. — Подарков нет. Бедный монах сам вернулся, не заблудился – и то хорошо. Какие еще гостинцы?

Услышав, что подарков не будет, Одинокий Волк тут же вильнул хвостом и был таков.

Белка же дернул Фанчжэна за ухо на прощание, перепрыгнул на спину волка и тоже скрылся!

Фанчжэн на мгновение опешил от такой наглости, а затем усмехнулся:

— Ну и пройдохи! Ох, доведете вы меня когда-нибудь!

Вернувшись в Монастырь Одного Пальца, он глубоко вдохнул, сложил пустую поклажу и, подняв голову к небу, произнес:

— Небесный путь видит всё. Как можно позволить таким злодеяниям остаться безнаказанными?

В этот момент под благословением статуи Богини Милосердия…

— Братец Лун, мы что, так это и оставим? — В большом дворе на окраине уезда Байюнь пятеро парней во главе с Мяо Луном сидели на кане. Чем больше они вспоминали события дня, тем сильнее закипала в них злость.

— С тем монахом нам не сладить, пока не трогаем его. Но Борода совсем зажрался! Сколько раз мы с ним пили, а он сегодня взял и сторону чужаков принял! Так это не кончится! И эти деревенские… если бы они не артачились, мы бы не влипли так по-крупному. Весь авторитет растеряли… — Мяо Лун в ярости схватил стакан пива со стола и осушил его одним глотком.

Но не успело спиртное опуститься в желудок, как Мяо Лун вдруг истошно завопил:

— Ой! Больно!

Он повалился на пол, обхватив руками живот и катаясь от невыносимой муки.

Остальные желтоволосые опешили. Один из них испуганно спросил:

— Братец Лун, что с тобой?

— Живот… в животе что-то растет… больно… чертовски больно! Везите меня в больницу! — Лицо Мяо Луна исказилось от судороги.

Четверо приятелей не стали медлить и бросились поднимать его, но стоило им коснуться пола, как каждый из них почувствовал ледяной холод в утробе. В следующую секунду пришла душераздирающая боль. Со стоном «Ой!» они повалились рядом, хватаясь за животы и крича во весь голос.

Их нечеловеческие вопли перепугали даже дворовых собак, которые подняли неистовый лай. Начался настоящий переполох, который наконец привлек внимание соседей. Увидев парней в таком состоянии, прохожие не на шутку испугались и вызвали помощь. Вскоре всех пятерых доставили в центральную больницу уезда Байюнь.

— Что это за штуковина такая?! — Врач, глядя на экран цветного УЗИ, пребывал в полном ступоре.

— Доктор Ло, кажется, это нож, — пробормотал другой врач, находясь в не меньшем замешательстве.

— Действительно, похоже на нож. Форма точно такая же, и, судя по всему, он продолжает увеличиваться. Все остальные анализы показывают симптомы, в точности совпадающие с беременностью. Мистика какая-то… разве может мужчина вынашивать нож? Что это за клинок такой крутой, что они от него «залетели»? — Недоумевал доктор Ло.

Его коллега лишь молча покачал головой.

— Что?! Мы беременны? Вынашиваем ножи?! — Когда Мяо Луну показали результаты, он окончательно лишился дара речи.

— Чистая правда. Самый настоящий нож. Вот снимки УЗИ. Ну что, господин, как планируете поступить? Будем рожать или… — доктор Ло развел руками, многозначительно глядя на Мяо Луна и его побледневших подельников.

— Какой еще пук родить?! Аборт! Я хочу сделать аборт! — В панике заорал Мяо Лун.

— Послушайте, я должен вас предупредить, — голос доктора Ло стал серьезным. — Наши врачи – мастера своего дела, но никто из них еще не делал аборт ножу. Так что все риски вы берете на себя.

— Риски? Насколько всё плохо? — Выдавил Мяо Лун.

— Есть прямая опасность для жизни. Нож растет каждую минуту, и растет быстро. Самое странное, что лезвие лишь слегка царапает ваши внутренности, причиняя боль, но не убивая. Однако он связан со многими вашими нервами. Если мы начнем операцию… при удачном исходе все закончится успешно. При неудачном – вы останетесь парализованы. А если совсем не повезет…

http://tl.rulate.ru/book/17996/16509439