— Информация по этому члену банды пришла. У него есть дочь. Я советую тебе не вмешиваться. Во-первых, он тоже далеко не святой, и твоё участие станет лишь неблагодарным делом. Во-вторых, если ты вмешаешься сейчас, сможешь ли ты делать это во второй или третий раз? Таково общество, Марк. Сильные всегда используют слабых как ступени.
В комнате Марка Морис, видя его молчаливую отрешённость, решил, что тот расстроен, и попытался утешить.
— Не волнуйся, Морис. Поверь мне, я видел вещи и похуже. Я просто чувствую, что всего этого можно было избежать.
Марк беспомощно взглянул на него, испустив долгий вздох. В конце концов, во время его сражений с различными могущественными врагами бесчисленное множество обычных людей гибло в перекрёстном огне — эти сцены он никогда не сможет забыть.
— Я думаю, возможно, для Солдата убить обычного человека так же просто, как раздавить насекомое, — Марк посмотрел на Мориса с серьезным выражением лица. — Но это не оправдание его пренебрежению к человеческой жизни. Именно потому, что жизнь так хрупка перед сверхлюдьми, к ней следует относиться с ещё большей осторожностью.
Игнорируя ошеломлённого Мориса, Марк подошёл к окну, проводил взглядом заходящее солнце и продолжил:
— Даже если он был виновен, его должен судить закон, а не линчевать сверхчеловек... — голос Марка затих. Он подумал об Ангстроме Леви. Если следовать его собственной логике, как в итоге следовало поступить с ним? Убийство нарушило бы его моральные стандарты. Но если не убить его, что станет с людьми, которыми он дорожит, с теми, кто пострадает в битве, если Леви продолжит творить зло в будущем?
— Должен сказать... Я правда тебя не понимаю. Ты не такой, как все они. В любом случае, хорошо, что ты в порядке. В ближайшие несколько дней большая часть твоей активности — это съемки в рекламе; просто улыбайся и скажи пару слов.
Морис на мгновение замолчал, пожал плечами, закончил объяснение задач на ближайшие дни, похлопал Марка по плечу и ушёл.
Тем временем на частном тренировочном полигоне отряда «Кровь за кровь» Солдат проводил свою ежедневную тренировку.
— Черт возьми, Порох. Ты можешь сконцентрироваться?
Небрежно отбросив ударом Пороха, облаченного в толстое защитное снаряжение, Солдат произнес со скучающим видом:
— Вы, никчемные ублюдки, даже на роль боксерских груш не годитесь...
Глядя на Пороха, лежащего на полу и кашляющего кровью, Солдат повернулся к Близнецам-бомбам из «Разумного шторма» и, видя их затравленный вид, лишь насмешливо фыркнул. В этот момент дверь тренировочного зала распахнулась. Вбежала фигура в черном.
— Что ты натворил, Солдат?
Его тон был тревожным, он полностью отбросил свое амплуа немого ниндзя.
«Пожалуйста, я тоже хочу сниматься в кино, а не быть скованным этим образом немого ниндзя. Почему ты сразу меня отверг?»
Несмотря на внутреннее недовольство, из-за ежедневного давления и разрыва в силе, Чёрный Нуар не смел говорить с Солдатом слишком резко.
— Вот как? Похоже, ты в последнее время околачивался с этим молокососом и набрался смелости так со мной разговаривать? Нуар? Ты, чертова трусливая ищейка!
Увидев выражение лица Нуара, Солдат лишь безразлично хмыкнул, а затем решительно зашагал к нему.
— Мне... мне это не нравится.
Видя его приближение, глубокий голос Нуара слегка дрогнул, но он все же посмотрел ему в глаза и произнес это слово за словом. Солдат кивнул, обводя взглядом остальных товарищей по команде, наблюдавших за ними.
Как только Нуар собрался продолжить спор, внезапно чудовищная сила обрушилась на его челюсть, отправив его в полет, словно пушечное ядро, прямиком в потолок. Он оставил вмятину в перекрытии, прежде чем рухнуть обратно на землю. Не успев даже сплюнуть кровь, Нуар увидел кулак Солдата, который, подобно мчащемуся грузовику, с огромной силой врезался ему в лицо.
Нуар успел лишь вскинуть руку для защиты, прежде чем снова отлетел, тяжело врезавшись в стену со звуком Хрусть!.
— Должен сказать, по сравнению с остальными сучками и мусором, ты чертовски лучшая груша, Нуар. По крайней мере, тебя я могу бить в полную силу.
Солдат размял руку, костяшки пальцев хрустнули, и направился к Нуару, который, кашляя кровью, пытался подняться на ноги.
Мгновение спустя глухие удары эхом разнеслись по тренировочной площадке, заставляя остальных членов отряда содрогаться. Темное лицо Нуара распухло так, что его невозможно было узнать. Его повязка была полностью разорвана, обнажая щель в левом глазу и едва приоткрытый правый. Кровь стекала изо рта на грудь, запекаясь темно-красным пятном на черном костюме. Правая рука безжизненно висела вдоль туловища под неестественным углом, но он все еще пытался приподняться с помощью левой.
Солдат стоял перед ним, глядя сверху вниз.
— Вставай, Нуар, — произнес он таким тоном, будто обращался к нищему в ожидании подаяния. — Хотел поспорить со мной? Решил устроить шоу? Вставай, Нуар. Покажи мне, на что ты способен, вместо того чтобы вести себя как трус и получать взбучку как собака.
Он посмотрел на Нуара и сплюнул. С громким звуком Бам! Нуар снова пролетел через весь зал, врезавшись в стену и впечатавшись в бетон, который пошел трещинами в виде паутины.
— Знаешь что, — Солдат медленно подошел ближе, хрустя костяшками на ходу, — я больше всего ненавижу таких, как ты. Вы как насекомые, но при этом думаете, что имеете наглость предъявлять мне требования.
Он дошел до стены, схватил Нуара за шею и вытащил его.
— Кем ты себя возомнил? А? Боже, «Тихий ниндзя» сейчас расплачется? Или это «Страж Тьмы»? — он приблизил свое лицо к лицу Нуара, заглядывая в его полные страха глаза. — Ты просто мусор. Без моего руководства вы, слабаки, — ничто.
Он унижал Нуара, поглядывая на остальных, а затем отбросил его в сторону, как сломанную игрушку. В последнее время его популярность была подорвана Неуязвимым, что приводило его в ярость, но прямое противостояние с пацаном казалось ему ниже своего достоинства. Теперь, видя, как отряд «Кровь за кровь» трепещет под его контролем, он почувствовал беспрецедентное удовлетворение.
«Какой еще Неуязвимый? Однажды я заставлю тебя пресмыкаться, как собаку...»
Подумав об этом, он почувствовал прилив беспокойства и снова посмотрел на Нуара.
— Иди сюда, Порох, чертов ты болван. Помоги ему встать, я еще не закончил. В любом случае, как бы сильно он ни был ранен, пока он не сдох, он через какое-то время восстановится. Просто скажем, что он был на задании.
Он повернулся к Пороху, который все еще стоял там, дрожа, с ледяным лицом.
— Черт возьми, иди сюда быстро и подними этого гребаного труса. Давай еще один раунд.
Порох присел и помог Нуару подняться. Тело Нуара было вялым, словно лишенным костей, и он мог стоять только при поддержке Пороха. Солдат удовлетворенно кивнул.
— Вот так-то. Помните свои места...
Но тут он замолчал на полуслове. Марк стоял в дверях, его лицо было сначала бесстрастным, а затем стало суровым. Его взгляд скользнул по тренировочной площадке: вмятина в стене, разбрызганная кровь на полу и почти неузнаваемое лицо человека в черном.
Там также были бледное лицо Пороха, Близнецы-бомбы, забившиеся в угол, Разумный шторм и Алая Графиня, стоящие у стены и делающие вид, что ничего не видят... Наконец, он перевел взгляд на Солдата, стоящего в центре площадки со скрещенными руками и смотрящего на него свысока.
— Что, черт возьми, ты творишь?
Солдат вскинул бровь.
— Тренируемся, а? — он пожал плечами, как будто произошедшее не имело к нему никакого отношения. — Что, малыш, никогда не видел тренировок? Хочешь попрактиковаться? Только не плачь потом мамочке.
Марк проигнорировал его и вошел внутрь, шаг за шагом, пока не остановился перед Нуаром. Он посмотрел на распухшее лицо Нуара и вмятины на его теле, а затем перевел взгляд на Солдата.
— Ты издеваешься над ним, — произнес он сурово. Хотя он прекрасно знал, что за человек перед ним, он не мог подавить гнев.
— И что с того? — Солдату было плевать, он смотрел на Марка с вызовом.
— Раз уж тебе нужен спарринг-партнер, тогда дерись со мной.
Марк подлетел к нему, легко приземлившись на носки.
— Боюсь, твои старые кости не выдержат нагрузки.
Глаза Солдата сузились. Со времен смерти его отца, который был мертв уже много лет, он не слышал, чтобы кто-то смел так с ним разговаривать.
— Я вколочу тебя обратно в лоно твоей мамаши, чертов ты выродок, а потом заставлю ее вытащить тебя обратно.
Он вышел с поля и поднял свой тяжелый щит.
— Ладно. Вы двое, помогите друг другу добраться до медиков, живо.
Марк нахмурился, готовясь к бою. Но прежде чем битва началась, он решил проверить состояние Нуара и Пороха.
— Стоять, вы, двое чертовых ублюдков...
Как только Солдат, разъяренный самонадеянным решением Марка, собрался насильно затащить Нуара и Пороха обратно, чтобы те смотрели на битву, чья-то рука перехватила его в воздухе. Марк крепко сжал его запястье.
— Пожалуйста, отпусти их, — сказал Марк, сделав ударение на слове «пожалуйста».
Зрачки Солдата сузились. Он дернулся. Но не смог сдвинуться ни на дюйм, словно статуя, приваренная к месту. Не веря своим ощущениям, он дернулся снова — никакого движения. Он подумал, не спит ли он.
— Что такое? Стареешь, тело не поспевает? — Марк вскинул бровь, глядя на покрасневшее лицо Солдата, и усмехнулся. Его пальцы начали медленно сжиматься, костяшки пальцев Солдата издали тихий звук Кр-р...
Лицо Солдата исказилось от боли. Он не помнил, сколько лет назад он чувствовал подобную боль.
— Ты, блядь... Отпусти!
Несмотря на мучительную боль, ярая гордость не позволяла ему просить о пощаде. Марк пристально смотрел на него.
— Я сказал: отпусти их.
Солдат стиснул зубы, сжал другой кулак, словно молот, и замахнулся Марку в лицо. С громким звуком Тук! голова Марка лишь слегка качнулась, но хватка не ослабла.
— Боже мой, дедуля, — Марк повернул голову обратно; место удара лишь слегка покраснело, на нем не было ни единой царапины. — Тебе что, завтрак не понравился?
Лицо Солдата полностью изменилось, но он все еще отказывался сдаваться. Он снова сжал онемевший кулак и со всей силы ударил вперед. Его мощь была так велика, что тротуарная плитка под ногами раскрошилась. Но его кулак прошел лишь половину пути, когда Марк твердо остановил его в воздухе другой рукой. Солдат не мог ни продвинуться вперед, ни отдернуть руку, оказавшись полностью обездвиженным.
— Прости, хотя я всегда уважаю старших и забочусь о молодых, ты так полон энтузиазма, что я обязан ответить взаимностью.
Он резко дернул, и Солдат, не успев отпрянуть, рухнул лицом на землю. Как только он в ярости вскочил, Марк схватил его за локоть, как ребенка, и поднял в воздух. Солдат никогда не испытывал подобного унижения. Он отчаянно сопротивлялся, бешено брыкаясь ногами, но все было тщетно.
— Небольшой урок для тебя, — сказал Марк, нанося Солдату удар головой.
Затем он бросил ошеломленного и дезориентированного Солдата на землю и, оставив остальных членов отряда «Кровь за кровь» в немом восторге и ужасе, ушел.
— Так... Может нам стоит воспользоваться этим...? — Разумный шторм, стоявший неподалеку, хотел было что-то сказать, но испуганно замолчал, увидев, как Солдат пошатываясь поднимается.
Этой ночью Солдат сидел на вершине башни «Воут», его запястье было забинтовано, а лицо — холодным. В этот момент он услышал шаги позади себя.
— Разве я, блядь, не говорил, что никому не позволено... Кто ты, нахрен, такой, урод с мозгами, как после ядерной мутации?
Как только он обернулся, чтобы выплеснуть поток оскорблений, он внезапно замер, и его лицо выразило полное недоумение. Перед ним из недавно закрывшегося портала вышел Ангстром Леви с улыбкой на лице.
— Давай работать вместе, Солдат.
http://tl.rulate.ru/book/179568/16645387
Готово:
