Шэнь Цзюэ обернулся и буквально сорвался с места.
— Сестра?!
Его верзила ростом в 187 сантиметров пролетел три шага, зацепился голенью за ножку кофейного столика, покачнулся, но устоял. Его восторг был настолько жарким, что мог бы спалить центральный кондиционер на всем этаже.
— Сестра! Вы тоже здесь?!
Он широко раскинул руки, готовясь к объятиям, но вовремя притормозил. Его движения были более карикатурными и экспрессивными, чем в самых пафосных сценах на съемочной площадке.
Цэнь Е поставил игру на паузу и выпрямился на угловом диване. Ли Ли остался стоять на месте, не шелохнувшись.
Девушка вздрогнула от этого оглушительного вопля и слегка втянула плечи. Она похлопала Шэнь Цзюэ по спине и отступила на полшага.
— Ты не мог бы потише?
— Хе-хе, — Шэнь Цзюэ неловко почесал затылок. — Привычка. В последнем фильме я играл вашего младшего брата, три месяца только так и звал, язык до сих пор не поворачивается иначе.
Он энергично замахал руками Ли Ли и Цэнь Е — с таким размахом на взлетной полосе можно было бы сажать самолеты.
— Позвольте представить! Цзян Жумю! Моя сестра! Не родная, конечно, экранная!
Девушка сняла бейсболку. Черные волосы рассыпались по плечам, их кончики, слегка подкрученные внутрь, коснулись ключиц. Она спустила маску на подбородок.
В VIP-зале мгновенно стало тише. Это не было намеренным молчанием, просто естественная реакция. Пальцы сценариста в углу замерли над клавиатурой, оператор Лао Чжоу в два счета подкрутил фокус, даже Шэнь Цзюэ закрыл рот на целые 2 секунды.
Ли Ли мельком взглянул на нее. Вид в коридоре из-под козырька кепки дал ему неверное представление. Черты лица на экране могли казаться просто красивыми, но в 3 метрах человек выглядел объемно. Ни грамма макияжа, никаких фильтров — структура костей под кожей создавала некую породу, которую объектив просто не в силах запечатлеть полностью.
Он опустил взгляд и дернул молнию на чемодане. В голове всплыла крайне прагматичная мысль: «Красивая. Но можно ли этим сытно пообедать? Нет. Ладно, проехали».
Цэнь Е, напротив, уверенно подошел и протянул руку.
— Цэнь Е. Певец.
Цзян Жумю ответила коротким рукопожатием.
— Знаю тебя. Слышала твою песню «Мираж».
Цэнь Е удивленно вскинул бровь.
— Реально слышала или просто из вежливости?
— В третьей строчке припева слова перепутаны. «Марево» должно идти перед «Башней».
Цэнь Е отдернул руку и поднял большой палец вверх.
— Ладно, признаю. Ты действительно ее слушала.
Четверка расположилась в зоне отдыха. U-образный диван вокруг низкого столика, мягкий свет софитов, в углу горят красные огоньки двух стационарных камер. На настенном экране транслировался прямой эфир из .
После того как Цзян Жумю вошла в кадр, количество зрителей онлайн взлетело по экспоненте. 120 000. 350 000. 870 000. 1 200 000. Чат не просто бежал, он несся лавиной.
[Матерь божья, это же Цзян Жумю!!!!]
[Моя Мю-цзе в шоу про любовь?? Что за божественный состав!]
[Подождите, что это за проект такой, раз они смогли ее заполучить?]
[Мама, я буду смотреть это шоу 100 лет!]
Шэнь Цзюэ привычно взял на себя роль ведущего. Никто его не назначал, но его рот никогда не закрывался, а учитывая опыт работы с Цзян Жумю, его кандидатура на роль «разрушителя неловкости» была идеальной. Он подошел к экрану и начал зачитывать комментарии.
— Вот этот: «Мю-цзе сегодня ослепительна». Согласен, сестра всегда на высоте. «Шэнь Цзюэ, отсядь подальше, не загораживай Мю-цзе»... — Он со скорбным видом отодвинулся на полметра. — «Кто этот парень с ежиком и татуировкой? Такой (красавчик)!» — Это Цэнь Е, певец. Не спрашивайте меня, я тоже считаю его крутым.
Цэнь Е, закинув ногу на ногу, небрежно сложил пальцы пистолетом. Шэнь Цзюэ продолжал читать, приблизив лицо к экрану.
— «Пусть тот обычный парень представится?»
Он обернулся к Ли Ли.
— Ли-гэ, может, расскажешь о себе? Какой у тебя ранг в индустрии?
В VIP-зале повисла секундная тишина. Красный огонек камеры горел, более 1 200 000 человек уставились в мониторы. Ли Ли сидел в самом углу дивана, положив левую руку на подлокотник.
— Я обычный человек. Ранга нет.
Он сделал небольшую паузу.
— Более того, вчера я уволился. Так что у меня теперь даже рабочего места нет.
Лицо Шэнь Цзюэ застыло. Его рот застыл в полуоткрытом состоянии, выбирая между «как это остроумно обыграть» и «что на это вообще ответить». Цэнь Е коротко хмыкнул.
Чат взорвался:
[Ха-ха-ха, нет ранга, зато было рабочее место!]
[Даже места лишился, этот парень хорош!]
[Умираю со смеху, у этого простолюдина есть стержень!]
[Так кто он вообще? Кто-нибудь его знает?]
Ли Ли не стал разводить демагогию. Имя, возраст — три фразы и готово. Никаких демонстраций талантов, никаких историй о тяжелой судьбе, никаких «прошу любить и жаловать». Привычка, выработанная за 17 подработок в прошлой жизни: если самопрезентация длится дольше 30 секунд, ты просто воруешь время у себя и окружающих.
Пока Шэнь Цзюэ пытался сгладить углы, дверь снова открылась. Один за другим вошли двое мужчин.
Первый — в очках в тонкой золотой оправе, с аккуратным пробором, рукава рубашки закатаны до предплечий. Войдя, он мгновенно обвел взглядом зал, за 3 секунды просканировав иерархию отношений в группе. Хань Сюбай.
Следом шел второй — рост 183 сантиметра. Первым же движением он помахал рукой в сторону камеры. Размах руки, градус улыбки, направление взгляда — все было выверено настолько ювелирно, что на этот комплекс движений можно было смело оформлять патент. Гу Цзэянь.
Хань Сюбай подошел и пожал руку Шэнь Цзюэ.
— Хань Сюбай. Юрист, также занимаюсь созданием контента для коротких видео. Рад знакомству.
Быстрая речь, каждое слово попадало точно в ритм — за 3 секунды он выдал максимум информации. Затем он повернулся к Цэнь Е.
— Цэнь-лаоши, наслышан. Вашу песню «Мираж» я крутил на повторе.
Цэнь Е, крутя в пальцах незажженную сигарету, слегка приподнял ладонь.
— Ты сегодня второй, кто говорит мне об этом треке.
Хань Сюбай поправил очки.
— Значит, наши вкусы совпадают.
Ли Ли внимательно наблюдал за ним. Этот человек находился в комнате всего 30 секунд, но уже дважды пожал руки и дважды отвесил комплименты — каждая фраза била точно в цель, создавая максимально комфортную атмосферу. В прошлой жизни на встречах с заказчиками из переводческих агентств таких личностей за одним столом могло сидеть по трое.
Гу Цзэянь проигнорировал мужскую часть коллектива. Обойдя Хань Сюбая, он быстро оценил диванную зону. Из 6 свободных мест он пропустил ближайшие к двери, проигнорировал место рядом с Шэнь Цзюэ и сел по левую руку от Цзян Жумю.
— Жумю-цзе, какое совпадение. Не ожидал встретить вас здесь.
Он слегка подался вперед, филигранно выдерживая дистанцию — не вторгаясь в личное пространство, но находясь достаточно близко.
— Мне было очень жаль, что на прошлой церемонии награждения не удалось поздороваться.
Ли Ли отметил про себя траекторию его пути. Выбрать одно место из шести, обойдя половину дивана. И этот парень называет это «совпадением»?
Цзян Жумю повернула к нему голову.
— На какой именно?
Улыбка Гу Цзэяня не дрогнула ни на миллиметр.
— В декабре прошлого года, премия «Золотой коршун».
— Я не была на «Золотом коршуне».
Тон Цзян Жумю был сухим и безэмоциональным, словно она объявляла о задержке авиарейса.
— Ты ошибся.
Указательный палец правой руки Гу Цзэяня нервно дернулся на колене. Шэнь Цзюэ рядом открыл было рот, но тут же передумал и буквально вжался в диван. Цэнь Е промолчал, но развернулся всем корпусом в их сторону.
На 2 секунды повисла густая тишина. Чат на экране продолжал неистово лететь. Внутренняя сторона левого запястья Ли Ли вдруг обожгла жаром. Всплыла строка синих символов, видимая только ему одному:
[Данные гостьи «Цзян Жумю» внесены в базу.]
[Количество подписчиков в : 32 170 000.]
[Уровень адаптации задания: ??? (Сюрприз-бокс)]
[Рекомендация системы: Хозяин, действуй.]
32 170 000 подписчиков. Самый высокий ранг, «Сюрприз-бокс».
Ли Ли поднял глаза, глядя на место, которое занял Гу Цзэянь — слева от Цзян Жумю, вплотную. Затем снова глянул на экран. Количество зрителей перевалило за 1 500 000. По центру экрана проплыла золотая надпись:
[Гу Цзэянь + Цзян Жумю! О боже, я их шипперю!!!]
Синие буквы на запястье все еще горели. Система приказывала: «Действуй».
Топовый айдол, выходец из шоу на выживание, уже занял стратегическую позицию. Его поза была идеальной, улыбка — отрепетированной, и даже холодный отпор не заставил его отступить. А против него — Ли Ли, обычный человек без ранга, без работы и даже с поломанным колесом на чемодане.
В этот момент дверь VIP-зала снова распахнулась.
Стук каблуков по мрамору — четкий, размеренный, каждый шаг наполнен непоколебимой уверенностью. Все, как по команде, повернули головы.
В дверях стояла женщина. Черное платье-пиджак с острыми, как бритва, линиями кроя. Кончики ее волос, уложенных в стиле гонконгской волны, были выкрашены в глубокий вишневый цвет. На указательном пальце правой руки алый лак сиял ярче, чем индикатор записи на камерах.
Она холодно обвела взглядом диванную зону. Ни с кем не поздоровавшись, она направилась прямиком к одиночному креслу в самом центре.
Села. Закинула ногу на ногу.
— Почему все молчат? — Голос был негромким, но он мгновенно перекрыл гул кондиционеров. — Меня ждете?
http://tl.rulate.ru/book/179556/16635765
Готово:
