Выслушав слова Цзян Фаня, Чжан Сюэ ощутила лёгкое беспокойство.
А вдруг её появление сбило ему вдохновение?
Ведь для композитора вдохновение — это всё. Поймаешь момент — и может родиться отличная песня.
А сейчас Цзян Фань уже подряд написал три хита. Если из-за неё он потеряет это состояние, не уволит ли её компания прямо на месте?
Когда она только шла сюда, менеджер Сюй и директор Чжан несколько раз подчеркнули: обязательно нужно вежливо пригласить Цзян Фаня.
Именно пригласить.
Если бы не опасения привлечь лишнее внимание, они бы, наверное, пришли к нему лично.
— Помощник Чжан, у вас что-то случилось? — снова спросил Цзян Фань, увидев, что она молчит.
— Ничего серьёзного, просто менеджер Сюй хочет вас видеть, — ответила Чжан Сюэ. — Если вы закончили, пройдёмте со мной.
— Тогда пойдём.
У Цзян Фаня дел не было. Он и сам предполагал, что Сюй Вэньчан вызывает его из-за песни «Тёмное небо».
Очень скоро он оказался в кабинете Сюй Вэньчана — и с удивлением обнаружил там Чжан Жулиня.
— Здравствуйте, директор Чжан, менеджер Сюй.
— Давно слышал, что во второй композиторский отдел пришёл молодой талант. Наконец-то познакомились.
Чжан Жулинь сразу подошёл к нему, без малейшей начальственной важности.
«Совсем не тот человек, каким он был на совещании», — отметил про себя Цзян Фань.
Он уже видел Чжан Жулиня раньше — всего один раз, на собрании. Тогда тот был строг до холодка.
— Вы преувеличиваете, директор Чжан. Я не какой-то там талант — просто немного лучше пишу песни, вот и всё.
— О...
Чжан Жулинь явно не ожидал такого ответа.
Назвать это скромностью? Он прямо сказал, что хорошо пишет песни. Но и не хвастовство — ведь при этом отверг титул «таланта».
— Садись, братец Цзян. Директор Чжан пришёл обсудить ресурсы для «Тёмного неба», — пригласил Сюй Вэньчан.
После того как все расселись, Чжан Жулинь перешёл к делу:
— Компания уже решила увеличить поддержку. Но пять крупнейших развлекательных компаний тоже не будут сидеть сложа руки. Насколько далеко зайдёт эта песня — никто не возьмётся предсказать.
Но мы приложим максимум усилий. В этом можешь не сомневаться.
Он, как и Сюй Вэньчан, назвал его «братом», чтобы создать более тёплую атмосферу.
Цзян Фань ничего на это не сказал. Им важно его умение писать песни. Пока он выдаёт хиты, хоть «братом», хоть «старшим братом» его будут звать.
— Спасибо, директор Чжа...
— Какой ещё директор? Зови меня просто старшим братом Чжаном.
Чжан Жулинь перебил его с лёгким недовольством.
— Хорошо, брат Чжан.
Цзян Фань не стал ломаться. Наладить отношения с Чжан Жулинем — только на пользу.
По крайней мере, можно будет спокойно отлынивать от работы — никто не рискнёт придираться.
Разговор продолжался почти час. И всё это время они, по сути, расспрашивали о нём: нет ли трудностей, как с жильём, как с зарплатой.
— Брат Чжан, брат Сюй, не переживайте. Пока компания меня не уволит, я сам никуда не уйду.
Я не люблю лишних хлопот и привыкаю к месту. Если где-то задержался, уже не хочется менять.
Цзян Фань прекрасно понимал: после трёх удачных песен они боятся, что его переманят, вот и пришли заранее укрепить отношения.
— Отлично, отлично.
Чжан Жулинь улыбнулся:
— Пусть наша компания и уступает пятёрке лидеров, но мы покажем максимум искренности.
Что касается доли отчислений — мы увеличим её на двадцать процентов.
— Это просто замечательно!
Услышав про повышение доли, Цзян Фань тут же оживился.
— Это будет действовать уже с этого месяца?
Он решил уточнить: в этом месяце у него три песни, и прибавка в двадцать процентов — весьма ощутима.
— Разумеется, с этого месяца, — с улыбкой ответил Чжан Жулинь.
— Отлично, отлично!
Цзян Фань радостно потер руки и, немного подумав, добавил:
— Брат Чжан, брат Сюй, вам не стоит переживать за чарт новых песен в этом месяце.
Даже если результаты окажутся не идеальными — ничего страшного, в следующем месяце продолжим.
Одна песня не сработает — напишу две. Две не сработают — напишу три!
— Хорошо, хорошо! С такими словами я спокоен, брат Цзян!
Чжан Жулинь был явно доволен....
Одни радовались — другие, наоборот, были недовольны.
Дин Мэнъяо и Го Цянь пребывали в скверном настроении.
— Если бы эту песню исполнила я, она точно вошла бы в топ-10. Тогда я бы стала артисткой второго эшелона.
Дин Мэнъяо была раздражена.
Такая отличная песня прошла мимо неё — и досталась какой-то стажёрке.
— Этот Сюй Вэньчан вообще нас не уважает. Его оправдание — композитор не согласился дать песню нам.
Го Цянь тоже злилась. Она ведь тоже хотела, чтобы Дин Мэнъяо исполнила эту песню.
Если бы та стала популярной, её собственные доходы тоже выросли бы.
А сейчас её финансовый шанс просто отобрали.
— Днём я сама пойду к композиторам и выясню, кто написал эту песню.
Последние два дня они были заняты записью и выпуском своих треков, так что до этого дела руки не дошли.
К тому же они предполагали, что компания отдаст песню какому-нибудь артисту второго эшелона.
Поэтому не придали значения.
И только сейчас выяснилось, что песню отдали стажёрке — тут уж они взбесились.
Не в лучшем настроении была и Сяожуй.
— Всё из-за того, что я недооценила ситуацию. Если бы тогда хоть глянула на текст... Такая песня — и мы её упустили!
— Сестра Вэй, давай ты меня поругаешь. Или даже ударишь — так мне легче будет.
— Эх... такую песню ещё неизвестно когда снова встретишь. И не факт, что в следующий раз она вообще нам достанется...
Сяожуй всё бормотала и бормотала.
Линь Байвэй беспомощно посмотрела на неё.
За всё утро та ни на минуту не замолкла, постоянно коря себя.
— Ладно, я же тебя не виню. Не нужно так. К тому же и я тоже виновата, — мягко сказала Линь Байвэй.
Сказать, что она не жалеет — значит соврать.
Песня действительно отличная.
И к тому же гораздо больше подходит именно её голосу. Она была уверена: если бы пела она, эффект был бы лучше, чем у Тан Шии.
Но сожаления уже ничего не меняют — песня принадлежит другому.
— Я понимаю. Но с такими результатами... если бы ты её исполнила, ты бы точно стала артисткой второго эшелона, — сказала Сяожуй. — Нет, нам всё равно нужно ещё раз сходить к учителю Цюй И. Даже если песню не дадут, надо хотя бы наладить отношения.
— Это как-то неудобно... Мы же только вчера к нему ходили. Если снова пойдём, он может начать раздражаться, — с сомнением ответила Линь Байвэй.
http://tl.rulate.ru/book/179010/20109086
Готово:
