Глава 6. Присвоение ресурсов?
Дом Линна находился в старом квартале, в обветшалой «коробке» советского типа. Крохотная коморка площадью всего в тридцать квадратных метров, общий туалет на этаже — быт здесь был суровым и крайне неудобным.
Взбежав на пятый этаж, он привычным движением выудил ключи и отпер дверь.
— Сяо Энь вернулся? — Из кухни высунулась его мать, Чжоу Юнь, сжимавшая в руке потемневшую от времени лопатку.
Ей едва исполнилось сорок два, но выглядела она на все пятьдесят с хвостиком. Волосы наполовину тронула седина, а на лице застыла восковая бледность — печать многолетней изнурительной работы.
— Мам, — Линн выдавил улыбку. — Почему ты сегодня так рано?
— Взяла отгул на полдня. — Мать вытерла руки о фартук, внимательно вглядываясь в его лицо. — Как прошло... Пробуждение?
В её глазах перемешались надежда и леденящий страх. Она всем сердцем желала сыну успеха, но при этом до дрожи боялась увидеть его разочарование, ведь тогда она просто не нашла бы слов, чтобы его утешить.
Линн ответил как можно непринужденнее:
— Обычный вид, Гоблины. Ранг Е.
На кухне воцарилась гнетущая тишина. В глазах матери на мгновение вспыхнула острая боль за сына, но она тут же поспешила её скрыть. Подойдя ближе, она накрыла ладонь Линна своими огрубевшими руками. Её ладони были покрыты мозолями и мелкими шрамами — вечными отметинами от работы на ткацких станках.
— Обычный вид — это тоже хорошо. Безопасно, — тихо проговорила она. — Твой отец в молодости пробудил Полуорков. И что в итоге? Его Божественное царство разгромили, жизнь была разрушена... Он так и сгинул в шахтах.
Голос её дрогнул, глаза подозрительно заблестели, но она волевым усилием сдержала слезы. Линн почувствовал укол вины. Он понимал чувства матери, но не мог раскрыть ей правду о своём «золотом пальце».
В этом мире, где правили сверхъестественные силы и могущественные кланы, любая аномалия могла стать приговором. Стоило ему обнаружить свою исключительность, и на следующий же день он мог оказаться в подземелье какого-нибудь знатного семейства в роли живого «генератора ресурсов»...
Спустя мгновение мать незаметно смахнула слезу.
— Ты, должно быть, проголодался? Обед почти готов.
Она развернулась и ушла на кухню. Её спина казалась такой хрупкой и беззащитной. Линн остался стоять в тесной гостиной, глядя на выцветшее семейное фото на стене. Лин Цзяньго, мужчина с доброй, простодушной улыбкой. Когда-то он тоже был полон амбиций, опираясь на силу своих Полуорков. Но после того как ядро его мира было безжалостно уничтожено врагами, он долго пребывал в глубоком унынии. Только благодаря поддержке Чжоу Юнь он смог взять себя в руки; они поженились, и на свет появился Линн.
Свою Божественную искру Линн унаследовал именно от отца, мать же была обычным человеком. Чтобы прокормить семью, Лин Цзяньго был вынужден отправиться на заработки в рудники на далеких планетах. А потом... за год до того, как в это тело попал нынешний Линн, отец погиб в результате обвала. Сын так и не успел увидеть его живым.
За ту аварию владелец шахты выплатил ничтожную компенсацию в восемьдесят тысяч альянс-коинов. Мать потратила эти деньги на раздачу старых долгов и оплату его учебы в старшей школе. Сейчас от той суммы не осталось почти ничего. Последние годы она едва сводила концы с концами, работая на ткацкой фабрике за гроши.
Линн занял тело прежнего владельца и, хотя не наследовал кровную привязанность в полной мере, всё же глубоко ценил ту безграничную заботу, которой окружала его мать. Если бы не его подработки посудомойщиком в ночных лавках после школы, их жизнь была бы ещё беспросветнее. В этом высокотехнологичном мире избыток рабочих рук был самой дешевой валютой.
Вскоре на столе появился скромный, но пахнущий домом обед: тарелка лапши на воде, пара листков капусты и золотистая яичница сверху. Мать наблюдала за тем, как Линн с аппетитом ест, пытаясь уловить в его мимике хоть тень досады. Видя, что он спокоен, она немного расслабилась.
Поколебавшись, она отложила палочки, встала и ушла в спальню. Линн, не отрываясь от лапши, услышал тихий скрежет сдвигаемых досок кровати. Через минуту мать вернулась с выцветшей жестяной коробкой в руках. Открыв её, она извлекла тонкую сберкнижку и стопку аккуратно сложенных купюр.
— Здесь около восьми тысяч, — она протянула книжку Линну, голос её звучал приглушенно. — Возьми. Тебе нужно развивать Божественное царство. В следующем месяце я получу зарплату и смогу...
— Нет, — Линн решительно отодвинул её руку.
Он знал эти цифры. Раньше он мельком видел остаток — 8213,5 коинов. Если он тронет эти деньги, им не на что будет жить весь месяц, не говоря уже о дешевых обезболивающих, которые мать принимала постоянно.
— Я планирую подать заявку на студенческий кредит. Оставь эти деньги себе.
— Кредит... — лицо матери омрачилось тревогой, она бессознательно затеребила край фартука. — Там ведь огромные проценты? Я слышала, они растут как снежный ком... Что, если ты не сможешь отдать?
— Мам, не волнуйся, — Линн поднял голову и ободряюще улыбнулся. — «Кредит поддержки новичков» от Академии беспроцентный. Его нужно вернуть в течение года. Как только я налажу начальное производство в своём мире, я смогу использовать Гоблинов... ну, они будут работать, добывать руду и приносить доход.
Мать смотрела на него, и её глаза снова наполнились слезами.
— Сяо Энь, я такая бесполезная... Если бы твой отец был жив, если бы мы могли хоть чем-то тебе помочь...
Линн почувствовал, как в груди защемило. Больше всего на свете он ненавидел это её «я бесполезная», от которого веяло такой безысходностью, будто он был самым несчастным ребенком на свете. Наверное, все родители чувствуют себя в долгу перед детьми, даже если отдали им последнее.
Он прервал её, крепко сжав её ладони:
— Верь мне. Я обязательно сделаю так, чтобы мы жили в достатке.
После обеда Линн ушел в свою крохотную комнатушку, отгороженную пенопластовыми панелями, и закрыл дверь. Он не лег отдыхать, а сел на кровать, скрестив ноги, и снова погрузился сознанием в своё Божественное царство.
В три часа дня на рынке карт должна была начаться «Распродажа сезона новичков». Сейчас был лишь час дня — времени предостаточно, чтобы всё спланировать.
Его сознание вновь опустилось на бесплодные земли. Сейчас в его мире царила ночь — автоматическая симуляция земного цикла. Позже, когда божественной силы станет в достатке, он сможет менять климат и время суток по щелчку пальцев.
Луны не было. Лишь редкий звездный свет едва очерчивал контуры пустоши и тени маленькой рощицы. Из-за отсутствия каких-либо построек большинство Гоблинов сбились в кучу под деревьями, прижимаясь друг к другу, чтобы согреться. Повсюду слышалось голодное урчание животов. Те немногие насекомые, ящерицы и полевки, что жили в роще, уже были съедены. Даже траву местами выдрали с корнем, обнажив сырую землю. К счастью, эти зеленокожие твари были неприхотливы — в крайнем случае могли и земли пожевать.
Некоторые, совсем обессилев от голода, ковыляли к мутному ручью. Они жадно глотали холодную воду и неуклюже шарили руками в иле, надеясь поймать хоть какую-то живность. Но, судя по их движениям, без инструментов им светила разве что горсть песка.
Линн перевел взор в центр рощи. Там было оживленнее. Десять самок с более светлой кожей окружили одного невероятно мощного самца. Сомнений не было — это был вожак, Хару, который днем добыл ящерицу. Сейчас он развалился на плоском камне, а «наложницы» грубыми ладонями разминали ему спину и чесали пятки. Вожак лишь довольно хмыкал.
«Этот парень... присвоил себе всех самок?» — Линн нахмурился.
Это был тревожный знак. Монополия на ресурсы неизбежно вела к внутренним конфликтам и снижала общую скорость размножения. А ведь он рассчитывал, что эти десять самок как можно скорее произведут на свет первую волну пополнения.
http://tl.rulate.ru/book/178721/16379655
Готово:
