Этот шлепок от Цинь Му просто ошеломил Син Ишань. Лицо горело, в голове гудело. Окружающие тоже застыли в изумлении. Хотя эта женщина действительно была мерзкой и заслуживала побоев, и почти все присутствующие хотели её ударить, но... хотеть — одно, а сделать — другое. Никто не решался. Не имея смелости нести ответственность за последствия, никто не поддавался порыву гнева.
Кто бы мог подумать, что этот старик окажется таким вспыльчивым и без раздумий перейдёт от слов к делу. Но, надо сказать, этот шлепок согрел душу. Чёрт побери, как же это было приятно!
• • •
【Очки эмоций от Син Ишань (злость) +20】
【Очки эмоций от заблокированных водителей (удовлетворение) +16】
【Очки эмоций от прохожих (шок) +9】
• • •
— Старый хрыч! — взвизгнула Син Ишань, прижимая руку к мгновенно покрасневшей и опухшей щеке. Её глаза, казалось, метали молнии. От злости её черты исказились. — Ты посмел меня ударить?!
— Ударил, так ударил, неужели нужно было день выбирать? — спокойно ответил Цинь Му и, развернувшись, влепил ей ещё один шлепок.
Хлоп!
Звук был оглушительным.
— А-а-а-а!!! — закричала Син Ишань в исступлении. С раскрасневшимся лицом, растрёпанными волосами и искажённым от ярости выражением, она походила на ведьму. Растопырив острые ногти, она бросилась на Цинь Му, пытаясь расцарапать ему лицо.
Она была вне себя от гнева. В её голове была лишь одна мысль: разорвать в клочья лицо этого старика, посмевшего её ударить. Ей было плевать, сколько ему лет, главное — отомстить. А потом можно и заплатить. Денег у неё было навалом!
Однако... Цинь Му простым движением в стиле «принять, трансформировать, выпустить» легко отразил её «атаку». А затем начал раздавать пощёчины направо и налево.
Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп!
Звонкие звуки пощёчин, казалось, заглушили шум всей улицы. Все присутствующие застыли в изумлении. Вот это да!
— Если выходишь из дома без воспитания, то лучше вообще не выходи! — с ледяным спокойствием произнёс Цинь Му. — Тебе повезло, что мы живём в цивилизованном обществе, иначе таких, как ты, давно бы уже скормили собакам!
Получив несколько мощных шлепков, Син Ишань наконец сломалась. Она рухнула на землю, зарыдала и закричала:
— А-а-а-а! Помогите! Спасите! Здесь старый хулиган бьёт людей, домогается! Неужели никто не может ничего сделать?!
Но никто ей не помог. Окружающие смотрели на неё с холодным безразличием, насмешкой, злорадством, но только не с сочувствием. Какое ещё сочувствие? Помогать ей? Смешно, если бы не здравый смысл, то, наверное, не меньше десяти человек набросились бы на неё и избили до неузнаваемости.
— Так тебе и надо!
— Ты же сама просила, чтобы тебя ударили. А когда ударили, тебе не понравилось.
— Ещё и мало всыпали.
— Эти шлепки — бальзам на душу, дед — молодец!
— ...
Слыша слова толпы, Син Ишань затряслась от злости. Её взгляд, полный яда, скользнул по окружающим и остановился на Цинь Му.
— Старый хрыч! — прошипела она. — Ты у меня дождёшься, мой муж рядом, я сейчас ему позвоню! Не уходи! Если есть смелость, не уходи!
Истерически крича, Син Ишань поднялась с земли, открыла дверь машины, схватила телефон и начала звонить мужу. Как только он ответил, она закричала в трубку, захлёбываясь слезами:
— Муж! Меня избили. Прямо у школы, скорее сюда. Какой-то старый хулиган, он, он ударил меня по лицу, у-у-у! Быстрее приезжай!
Закончив разговор, Син Ишань впилась взглядом в Цинь Му, словно боясь, что он сбежит. Цинь Му презрительно усмехнулся. Сбежит? Ещё неизвестно, кто от кого будет убегать.
Не прошло и пяти минут, как прибежал мужчина в цветастой футболке — невысокий, толстый, с заострённой головой, заплывшим лицом и татуировками на руках. Когда он бежал, жир на его лице трясся, что выглядело довольно комично.
— Чёрт! — заорал он. — Кто, мать вашу, посмел тронуть мою жену!
Это был муж Син Ишань, Ли Ваньцзи.
— Муж, это он, это он меня ударил! — увидев своего мужчину, Син Ишань наконец обрела опору. Она спряталась за его спину и, указывая на Цинь Му, зарыдала, жалуясь: — Моё лицо чуть не разбили. Муж, отомсти за меня, ударь его, убей его!
Ли Ваньцзи мгновенно вспыхнул. Его треугольные глазки злобно уставились на Цинь Му, слюна брызгала во все стороны:
— Старый хрыч! Ты что, мать твою, за хрен такой, чтобы трогать мою жену? Жить надоело, да?
Говоря это, Ли Ваньцзи достал кастет и надел его на правую руку. Окружающие, увидев это, инстинктивно отступили. Судя по его внешности и кастету, было ясно, что он не из хороших. Обычные люди не осмелились бы с ним связываться.
Но Цинь Му был не из обычных. С улыбкой на лице он, вместо того чтобы отступить, шагнул вперёд и прижался грудью к кулаку Ли Ваньцзи с кастетом.
— Ты прав, — с полным безразличием произнёс Цинь Му, его голос был пронизан спокойствием человека, которому всё равно, жить или умереть. — Мне действительно надоело жить. Восемьдесят лет прожил, хватит уже. Гипертония, ишемическая болезнь сердца, диабет... куча болезней меня мучает, ещё и рак прямой кишки, последняя стадия, всё равно недолго осталось.
Цинь Му достал заключение о раке и сунул его Ли Ваньцзи в грудь. Глядя ему в глаза, он приблизился к его лицу:
— Давай, бей меня. Ударишь — я умру. Я вижу, ты тоже не из хороших. Как раз, убьёшь меня, и тебя посадят, а я, считай, избавлю общество от зла.
Конечно, это были лишь слова. Если бы Ли Ваньцзи действительно напал, Цинь Му бы показал ему, что значит «стар, да удал» и «Кулак Кун непобедим».
Уголки губ Ли Ваньцзи дёрнулись. Он опустил взгляд на заключение, и слова «рак прямой кишки, последняя стадия» заставили его зрачки сузиться. Оказывается, это была правда, а не блеф.
Посмотрев на седые волосы, морщины и старческие пятна на лице Цинь Му, Ли Ваньцзи убедился, что перед ним действительно восьмидесятилетний старик со смертельной болезнью, дни которого сочтены. Такие люди на улице, без преувеличения, были как ядерное оружие. Кто осмелится их трогать?
Ли Ваньцзи с трудом сглотнул. Он привык вести себя нагло. Татуировки, заплывшее лицо, свирепый вид — обычно при конфликтах люди сдавались первыми. Но сегодня он столкнулся с тем, кто не боялся смерти. Наглец против бесстрашного — кто кого, трудно было угадать. Но Ли Ваньцзи чувствовал, как его сердце бешено колотится.
Увидев это, Цинь Му сделал ещё один шаг вперёд. Ли Ваньцзи, словно от удара током, отскочил назад, увеличивая дистанцию. Он поднял руки над головой.
— Эй, эй, эй! Не подставляйся, все же видят. Я тебя не трогал, если с тобой что-то случится, я не при чём. Жена, снимай видео, скорее, снимай, чтобы этот старик нас не подставил, — быстро проговорил Ли Ваньцзи.
— А? О, о, о! — Син Ишань опомнилась и, суетливо достав телефон, начала снимать.
Цинь Му усмехнулся.
Хлоп!
Он влепил Ли Ваньцзи пощёчину.
— Не решаешься ударить, так чего размахиваешь?
Хлоп!
И ещё одна пощёчина с другой стороны.
• • •
【Очки эмоций от Ли Ваньцзи (гнев) +10】
【Очки эмоций от Ли Ваньцзи (унижение) +10】
• • •
Надо же, как эта Син Ишань любит своего мужа. Не захотела в одиночку есть пощёчины и специально позвала его, чтобы разделить трапезу. А Цинь Му, будучи слишком добрым, был тронут их искренними чувствами и решил им помочь. Чтобы помочь им, он не пожалел своих рук, набив их докрасна. Пожилой товарищ, как же ему нелегко. До слёз, семья...
http://tl.rulate.ru/book/178550/16356294
Готово:
