Сольхва плачет.
Очень горько.
Юн Хи Вон не могла не растеряться, глядя на неё. Последние три дня она видела лишь сильную враждебность со стороны Сольхвы.
Впервые столкнувшись с такой её реакцией, Юн Хи Вон в замешательстве спросила:
— Почему... почему ты плачешь?
Всхлип.
Сольхва, с трудом сглатывая слезы и непрерывно их вытирая, произнесла:
— Грязная...
Даже сквозь рыдания она не скрывала неприязни, но на этот раз в ней было что-то иное.
— Ты забрала у меня Сонби...
Юн Хи Вон уже давно знала, что «Сонби», о котором она говорит — это Ан Джихо. Но «забрала»?
— Кто и кого забрал?
— Ты... Сонби...
С чего же началось это недопонимание? В этот момент Юн Хи Вон вспомнила недавнюю сцену.
«Неужели всё из-за того, что я сказала тогда у себя дома?»
Тогда она просто поддразнивала Ан Джихо, говоря, что не против даже состояния «Отравления». Видимо, Сольхва истолковала те слова по-своему.
— Я тоже... всхлип... могу хорошо отравлять, но Сонби на меня даже не смотрит...
«Что она имеет в виду под „хорошо отравлять“?»
Пока другие из-за этого статуса и пошевелиться не могут, она тут как будто издевается.
Юн Хи Вон, потирая занывшие виски, продолжила размышлять. Что же такого сделал Ан Джихо, раз Сольхва так за него цепляется?
«Конечно, он не лишен обаяния, но...»
Реакция Сольхвы явно выходила за рамки нормы. Юн Хи Вон было любопытно, но прежде всего нужно было прояснить ситуацию.
— Погоди, те слова были просто шуткой. Между мной и Ан Джихо ничего не было.
— П-правда?
Когда Сольхва посмотрела на неё своими чистыми глазами, Юн Хи Вон, выдавив улыбку, кивнула.
— Конечно. Чисто логически, мы ведь только в тот день встретились. Разве у нас было бы время на что-то подобное?
Сольхва, всхлипывая, на мгновение задумалась, но вскоре снова залилась слезами:
— Но со следующего дня вы всё время были вместе. А на меня он и внимания не обращал...
«Да насколько же сильно он ей нравится?»
Даже если это любовь с первого взгляда, такая реакция была необъяснимой. Как будто без Ан Джихо её жизнь теряла всякий смысл.
«Неужели...»
Внезапно Юн Хи Вон осознала: реакция Сольхвы была более чем серьезной. Казалось, если Ан Джихо умрет, Сольхва исчезнет вслед за ним.
Она не удержалась от вопроса:
— Слушай, я просто на всякий случай спрошу...
Сольхва подняла голову, заметив, что тон Юн Хи Вон стал на удивление осторожным.
— Ты можешь рассказать о том, как впервые встретила Ан Джихо?
— Почему тебя это интересует?
— Просто расскажи.
Услышав просьбу Юн Хи Вон, Сольхва задумалась.
«Похоже, он хочет скрыть тот факт, что я Кумихо...»
Ан Джихо не раз выпадал случай, но он так и не раскрыл окружающим её истинную сущность. Поэтому Сольхва начала свой рассказ, опустив эту деталь.
— Ну... в общем. Наша первая встреча произошла, когда за мной гнался плохой человек. Я была вся в ранах и умирала, когда Сонби спас меня. Он отмыл меня, израненную...
— Ч-что? Не в больницу отвез, а отмыл?
— Да. А потом он заботился обо мне несколько месяцев, прежде чем отпустить.
После этих слов лицо Юн Хи Вон начало бледнеть.
«Не несколько дней, а н-несколько месяцев держал в заточении...»
— И... и что дальше?
— И... спустя долгое время, не в силах его забыть, я снова разыскала Сонби. А он сказал мне прекратить. Но я просто тосковала по нему, я не могла забыть тепло его рук...
Видно, чувства захлестнули её снова — слезы, что ненадолго остановились, хлынули с новой силой.
Юн Хи Вон молча наблюдала за ней, а затем стиснула зубы. Для Сольхвы это была незабываемая прекрасная история с её Сонби, но для Юн Хи Вон это выглядело как история похитителя и его жертвы. Не больше и не меньше.
Стокгольмский синдром.
Сольхва, подвергаясь постоянному газлайтингу со стороны запершего её Ан Джихо, начала считать его своим спасителем.
«Ан Дохёк был прав».
Перед встречей с Наблюдателем Ан Дохёк говорил. Ан Джихо — человек, который добровольно берет на себя роль злодея. В его методах нет места состраданию, и он, если того требует цель, без колебаний может довести человека до безумия. Ан Дохёк говорил об этом с явной гордостью.
— И... что же случилось потом? — пробормотала потрясенная Юн Хи Вон.
Сольхва ответила с восторженным выражением лица:
— Мы принесли друг другу Брачный обет.
— Что?!
Юн Хи Вон пришла в ужас.
— Ч-что вы принесли?
— Сонби назвал это Клятвой верности.
Какой ещё «Брачный обет», и что это за «Клятва верности»?
— К-к-клятва... верности? Что за игры такие...
Когда Юн Хи Вон, заикаясь от шока, начала говорить, Сольхва, словно раздраженная её непониманием, продолжила. Она выдавала вещи, которые так легко было понять превратно... Совершенно непринужденно...
— Я делала всё, что Сонби хотел! Подстраивалась под его вкусы, терпела боль! А он даже ни разу на меня толком не взглянул!
«Ну и подонок же ты...»
В голове Юн Хи Вон начали всплывать сцены, о которых не хотелось даже думать. Сцены настолько непристойные, что их невозможно было смотреть без цензуры. Проникнувшись глубоким сочувствием к Сольхве, она представила, как тяжело ей пришлось.
Сама того не замечая, она обняла девушку.
— Тебе ведь пришлось так несладко...
— Ч-что ты...?!
Сольхва попыталась вырваться из внезапных объятий, но Юн Хи Вон крепко держала её.
— Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо, не беспокойся.
Она не могла в полной мере ощутить ту боль, но изо всех сил старалась понять её чувства. Дошли ли её слова до Сольхвы?
— Тогда Сонби...
Юн Хи Вон уже собиралась ответить, как вдруг...
Шорох.
В кустах неподалеку послышалось движение.
— О, Орк!
Те, кто стоял на страже, вздрогнули и насторожились.
— А, это я. Не стоит так напрягаться.
Из кустов вышел Ан Джихо — тот самый человек, который и отправил их сюда. На его лице сияла широкая улыбка, будто он и понятия не имел о происходящем.
— А эффект оказался лучше, чем я думал. Не ожидал, что вы так быстро поладите.
Подойдя к ним, Ан Джихо с удовлетворением произнес:
— Да, у вас отличная совместимость. Почему вы с самого начала не могли так? Я с нетерпением жду ваших будущих битв.
Способность Юн Хи Вон — Барьер. Конечно, были и барьеры с баффами, но большинство из них накладывали дебаффы. Сольхва могла сражаться в таких зонах без каких-либо ограничений, так что при должной слаженности они могли стать идеальным дуэтом.
Заметив, что они не ладят, он оставил их вместе, и, кажется, проблема решилась. Что могло быть лучше?
— Определенно, нет лучшего способа сблизиться, чем совместная битва.
Ан Джихо довольно кивал. Однако, к сожалению, момент для его появления был выбран крайне неудачно.
Увидев Ан Джихо, Сольхва поспешно вытерла слезы и бросилась к нему.
— С-Сонби!
— Да, выглядишь бодрее, чем я ожидал. Рад за тебя.
— Вы... вы беспокоились обо мне?
— Ну... не то чтобы прям сильно беспокоился.
Тут поднявшаяся с места Юн Хи Вон подошла к нему с пугающим лицом и ледяным тоном произнесла:
— Так ты, оказывается, такой человек?
Ан Джихо удивленно округлил глаза, не понимая, о чем речь.
«Что...»
Разве они не подружились? Судя по выражению лица, она была в ярости именно на него.
— Похоже, ты опять где-то наслушалась какой-то ерунды. Не знаю, что это, но это ошибка.
Учитывая прошлый опыт, по одному взгляду Юн Хи Вон можно было понять: она снова в чем-то заблуждается.
— И в прошлый раз так было... Как директор компании может быть таким легковерным? Не помешало бы хоть раз проверить достоверность информации.
Сердце Сольхвы, слушавшей их разговор, бешено заколотилось.
Прошлый раз.
Опять что-то, чего она не знает.
Тем временем Юн Хи Вон продолжала бросаться непонятными фразами:
— Я и не думала, что слова Ан Дохёка имели такой смысл... Знай я, что ты за тип, я бы даже просить тебя ни о чем не стала.
У Сольхвы закружилась голова, а к горлу подступила тошнота. Ещё одна история о Сонби, о которой ей ничего не известно.
Стиснув зубы, она заговорила, из последних сил сохраняя терпение:
— П-погодите. Мне тоже расскажите. О чем вы говорите, Сонби?
— Сольхва, помолчи минутку. Сначала я разберусь с недопониманием госпожи Юн.
Когда Ан Джихо ответил ей, качая головой, Сольхва почувствовала, как внутри неё что-то рушится. Но эти двое, игнорируя её состояние, продолжали обсуждать только им понятные вещи.
— Мне аж тошно от того, что я плакала перед тобой.
— При чем тут вообще это?
— Если бы я могла вернуть время назад, я бы ни за что не рассказала тебе такое.
— И что? Хочешь вернуться к тому парню или что?
Сольхва не знала, что сказать. От одного прослушивания их спора голова начала раскалываться.
«Наверное, Сонби просто работал».
Их нынешний разговор — тоже результат какой-то совместной работы. Сольхва пыталась убедить себя в этом. Пыталась утешить себя тем, что по-другому, видимо, было нельзя.
Однако...
Пронзительная боль!
Голова раскалывалась. Будто само её тело отвергало эти попытки найти оправдание.
Пока Сольхва боролась с невыносимой болью, обхватив голову руками...
— Давай закончим на этом, — сказала Юн Хи Вон.
Закончим.
На что Ан Джихо ответил:
— Ты хочешь вот так разорвать наши отношения?
И тогда Сольхва...
— Я не могу позволить... отобрать у меня Сонби...
— Что?
Как и в тот раз, когда в её тело влили ману Конденсированного камня... Она посмотрела на них покрасневшими глазами, в которых, казалось, угас последний проблеск разума.
Заметив неладное, они попытались её успокоить, но было поздно.
— С-Сольхва! Ну ты-то чего?!
— Отобрать? Кого отобрать?
Но трясина недопонимания уже утянула Сольхву на самое дно бессознательного.
— Я всех... убью...
Сольхва вышла из-под контроля.
Огромное количество маны, словно она использует все запасы, что я ей дал, начало растекаться вокруг мощным потоком.
«Это плохо».
Я пытался как-то её остановить, но ничего не приходило в голову.
«Эх, ничего не поделаешь».
В таких случаях лучшее лекарство — обморок.
В этот момент...
ТУ-У-У-У-УТ!
Раздался трубный звук горна, и моё чутье зафиксировало десятки монстров в округе. При виде приближающихся Орков я невольно нахмурился.
«Вот же морока».
Из-за того, что всплеск маны Сольхвы привлек внимание, сюда, скорее всего, сбежится больше половины всех Орков из поселения. Их могут быть сотни. Из-за разбушевавшейся Сольхвы они вряд ли нападут сразу, но проблема была в другом.
«Вся эта мана направлена на Юн Хи Вон».
Если бы она сорвалась, чтобы убивать монстров, было бы куда лучше. Эти руины были созданы для гармонии, мира и роста. Но Сольхва, будто в насмешку над моими планами, потеряла контроль, а Юн Хи Вон, даже стоя рядом с этой угрозой, вовсю излучала жажду крови в мою сторону.
Понятия не имею, что её так разозлило, но Юн Хи Вон сверлила меня взглядом.
«Сначала надо прояснить ситуацию».
Чтобы распутать этот клубок, нужно найти его начало.
— Не знаю, из-за чего ты злишься, но это ошибка. Это недоразумение, так что не делай поспешных выводов.
Интересно, что я вообще несу? Я и сам уже запутался.
— Ошибка?
— Да, ошибка.
— И в чем же она? Ошибка? Ладно, тогда объясни. Отвезти раненую Сольхву не в больницу, а к себе домой, чтобы отмыть, а потом держать в заточении несколько месяцев? Это тоже ошибка?
— Что? О чем ты вообще...
— И что ты заставлял делать такую добрую девушку! Вкусы? Заставлял её подстраиваться под твои извращенные вкусы, причинял боль, да ещё и силой принудил к Брачному обету? Попробуй сказать, что и это ошибка!
Ва-а, черт...
У меня аж лицо запылало, пока я это слушал. Что ещё хуже — я понимал, откуда растут ноги у всех этих обвинений. Это было то самое мерзкое чувство, когда вроде и правда, но в то же время наглая ложь.
— Погоди, погоди! Кажется, ты всё в корне неверно поняла...
— «Неверно поняла»? Хочешь сказать, что всё это ложь?
— Нет, это ошибка!
— Ошибка?
— Да! Ошибка!
— О-е? Ты сейчас сказал «о-е»?..
Да что за чушь она несет с таким невозмутимым видом? Стал бы я в такой ситуации кричать «о-е»...
Г-Р-Р-Р-Р-Р!
В этот момент мана, бушующая в теле Сольхвы, подобно урагану, начала крушить всё вокруг. Земля разверзалась, огромные валуны взмывали в воздух.
А мгновение спустя Сольхва приняла свой истинный облик — гигантской Кумихо, в которой остались лишь инстинкты.
— КХ-А-А-А-А-А-А-АК!
Она оскалила клыки на Юн Хи Вон. Глядя на это, я...
«Ха-ха, ну всё, приплыли».
Мог лишь издать сухой, опустошенный смешок.
Мой скелет — Тираннозавр
http://tl.rulate.ru/book/178161/16136757
Готово:
