Час пик превратил дороги в одну сплошную пробку.
— Проклятье. Надо было ехать на автобусе...
Без возможности выехать на выделенную полосу легковой автомобиль казался медлительным, как черепаха. Впрочем, так оно и было на самом деле.
Однако для Суджин это время было как нельзя кстати.
Словно дождавшись подходящего момента, она начала выкладывать Ган Ину всё то, что долгое время держала в себе.
— Знаете, кем я мечтала стать? Врачом. И не просто врачом, а сексуальным хирургом, который с лёгкостью проводит сложнейшие операции!
Ган Ин невольно представил эту картину.
«Да, точно. Ей бы это очень подошло».
Разве могла быть профессия, которая не подошла бы Суджин?
Но важно было не это.
За время пути они переговорили о многом — хотя Чхве Ган Ин по большей части только слушал, — и в конечном итоге вся болтовня Суджин свелась к одной единственной истине.
«Скорее научи меня Холиуму!»
Ган Ин мгновенно понял подтекст её слов.
«То есть, в конце концов, она просто просит дать ей шанс!»
Или же она собирается искать лазейку, пока будет учиться, или планирует излучать бесконечное обаяние, чтобы он не смог в неё не влюбиться за время обучения. Что-то в этом роде.
«Этому не бывать. Кто бы что ни говорил, я люблю только нашу Джинхва!»
Ган Ин сразу провёл чёткую черту.
— Сейчас я официально встречаюсь с Джинхва. Да, мы очень любим друг друга. Мы вместе ездили в Капхён, и я поклялся, что буду защищать её всю жизнь и сделаю счастливой.
Он искренне открыл свои чувства, но это не помогло.
Она лишь широко распахнула глаза и переспросила:
— А кто против?
И при этом лучезарно улыбнулась.
— Встречайтесь на здоровье. Любите друг друга. Кто вам мешает?
«Какая умная женщина».
Её истинное намерение — получить шанс — было очевидным, но, поскольку веских оснований не было, она ловко пошла в обход.
— Я просто прошу научить меня Холиуму, только и всего. Вы ведь сами обещали.
После такого и возразить было нечего.
«Может, взять и отменить всё?»
Эта мысль тут же отразилась на его лице. Суджин, мельком взглянув на Ган Ина, сыграла на опережение.
— Вы сами сказали, чтобы я судила и решала: спасать, убивать или лечить. Сказали, что всё это — моя ответственность. И я... я её приму.
Ох, с ума сойти можно.
Раз она так ставит вопрос, он уже не может сказать, что не будет учить её Холиуму.
«Лиса...»
Ган Ину подумалось, что если бы существовала безумно красивая лиса, Кумихо, то она была бы точь-в-точь как Суджин.
На всякий случай он активировал магию Око Мудреца.
Он увидел, как от Суджин исходит яркое молочно-белое сияние.
«Чёрт. Молочно-белый».
Это означало, что её слова о желании использовать Холиум для несчастных пациентов и готовности нести ответственность за мучительный выбор между жизнью и смертью были правдой.
«Похоже, Холиуму всё же придётся её научить».
Вывод был однозначен.
Однако его не покидало чувство тревоги. Ведь вместе с молочно-белым светом от Суджин исходило и взрывное розовое сияние.
«С ума сойти, просто с ума сойти».
И так плохо, и эдак нехорошо.
Тем временем машина наконец добралась до Министерства науки, ИКТ и перспективного планирования.
Министерство науки, ИКТ и перспективного планирования, расположенное в городе Квачхон провинции Кёнгидо.
Время уже перевалило за семь и приблизилось к восьми часам вечера.
— Спасибо. Возвращайтесь осторожно.
— Что вы, это мне стоит вас благодарить.
Лицо Суджин, вышедшей вслед за Ган Ином, светилось приятной улыбкой. Эта улыбка была настолько обременительной, что Ган Ин поспешил отвернуться.
«Почему я не слышу звука отъезжающей машины?»
Пройдя немного, Ган Ин невольно оглянулся.
Вздрогнул!
Увидев, что Суджин всё ещё смотрит на него, он не на шутку испугался. Она, словно провожая возлюбленного, вовсю махала рукой с сияющей улыбкой на лице.
«Что делать?»
Помахать в ответ?
Или просто проигнорировать?
«Игнорирование — самый правильный ответ, но...»
Заметив, как мелко дрожит её рука, Ган Ин не выдержал и слегка улыбнулся.
«Улыбнулся!»
Эта мимолётная улыбка Ган Ина осталась в сердце Суджин искоркой надежды.
Вр-р-рум.
Машина Суджин, унося с собой эту надежду, бодро тронулась с места.
Ган Ин, молча глядя вслед уезжающему автомобилю, тихо произнёс:
— То, что движет тобой — это страсть, а не любовь.
Человек, которого он любит — это Джинхва. Будучи мужчиной, он может поддаться соблазну страсти, но даже если небо расколется надвое, его любовь останется непоколебимой.
— Джинхва, я люблю тебя!
Вспомнив лицо Джинхва, Ган Ин тут же достал мобильник.
Первым делом он отправил сообщение в Ккэток, сообщив, что благополучно добрался. Затем, испытывая чувство вины за то, что отодвинул её на второй план, он позвонил маме и вкратце объяснил ситуацию.
Только после этого он набрал номер сотрудника Министерства науки, ИКТ и перспективного планирования, который звонил ему ранее.
Спустя мгновение...
— Чхве Ган Ин-сси?
Исследователь Ким Чхансу выбежал навстречу, запыхавшись.
— Да, это я.
Ким Чхансу протянул руку.
— Рад встрече, я исследователь Ким Чхансу из Министерства науки, ИКТ и перспективного планирования.
— Ах, да. Взаимно. Я Чхве Ган Ин.
— Скорее идёмте. Вас все ждут.
«Все?»
Разве это не должно было быть личное собеседование?
Ган Ин недоуменно наклонил голову, но последовал за Чхансу.
Они направились в большой конференц-зал.
Распахнув двери, Чхансу жестом пригласил Ган Ина внутрь.
«Это ещё что такое?»
Глаза Ган Ина слегка расширились.
На него одновременно уставились около сотни пар глаз.
«Это не собеседование один на один».
Скорее один против сотни.
Однако Ган Ин ничуть не смутился.
«Я и перед миллионами выступал, так что пустяки».
Конечно, это было в прошлой жизни на Континенте Мьютис. Но тот опыт и те воспоминания целиком и полностью принадлежали нынешнему Ган Ину. Сотня человек для него была сущим пустяком.
Не выказав ни капли замешательства, Ган Ин уверенно прошагал к трибуне. Чхансу быстро подошёл и закрепил на его воротнике портативный микрофон.
Тем временем Ган Ин осмотрелся.
Большой конференц-зал. Переднее пространство было полностью очищено, за исключением одного длинного стола, чтобы обеспечить свободное место.
На длинном столе лежали различные предметы, которые, судя по всему, предназначались для проверки его аккумулятора.
«Измерительные приборы. И разные лампочки, электроприборы... Хотят проверить видео прямо сейчас».
Это было вполне ожидаемо. И именно этого он и хотел.
— Здравствуйте, я Чхве Ган Ин.
Ган Ин слегка поклонился.
Словно только этого и ждали, на него посыпались вопросы.
— Продукт на видео — это действительно правда?
— По какой технологии он работает? Литий-ионный? Или что-то другое?
— Этот аккумулятор применим только для мобильников? Или его можно использовать в других типах батарей?
— Какова вероятность массового производства?
— Как скоро возможна коммерциализация?
— Какова максимальная ёмкость накопления энергии?
Даже под градом вопросов Ган Ин сохранял спокойствие. Он просто поднял руку.
Люди, поняв жест, тут же замолкли.
Ган Ин открыл свою сумку и вытащил из неё некий предмет.
Это был тот самый аккумулятор для мобильника, который он снимал на видео. Конечно, это было не первое изделие, созданное в рамках проекта «Нью-Эйдж», а новая версия. Ёмкость первого прототипа была настолько велика, что его демонстрация сейчас могла вызвать слишком сильный резонанс, поэтому он изготовил новый образец.
«По сравнению с Прототипом размер Кристалла составляет всего одну десятую, но и этого будет вполне достаточно».
Количество использованных Кристаллов также было невелико. Если для метода Куба Метатрона требовалось 64 Кристалла, то здесь он сократил их число до 6, перестроив их в простую пирамидальную структуру.
Хотя размер и количество Кристаллов уменьшились, ёмкость накопления энергии всё равно оставалась за гранью воображения.
Щёлк.
Камера, стоявшая в самом конце зала, начала работу. В тот же миг на экране проектора за трибуной появилось крупное изображение Ган Ина.
Ган Ин слегка улыбнулся, держа аккумулятор в руке.
— К чему лишние слова? Сначала я продемонстрирую его в действии.
Как только он закончил говорить, Чхве Ган Ин сошёл с трибуны и направился к подготовленному столу. Первым делом он вскрыл внешний корпус аккумулятора.
Вж-ж-жух.
Камера максимально приблизила изображение. Весь экран заполнило внутреннее устройство аккумулятора, вызывавшее всеобщее любопытство.
— О-о-о!
— Вау, невероятно!
— Что это вообще за технология?
Все присутствующие, глядя на экран, издали возгласы изумления. Внутренности аккумулятора мобильника, покрытые геометрическими узорами, явно отличались от обычных. Магический круг сам по себе впечатлял, но пирамида, выделяющаяся в центре, добавляла ещё больше таинственности.
— Судя по тому, что электролит окружён полимером, основой, кажется, служит литий-ионная технология...
— Но что это за фигуры на внутренней крышке?
— Это что, тот же метод, что используется для рисования схем на печатных платах?
— Но как достигается такая эффективность?
— Дурак, похоже, но наверняка есть существенные отличия!
— Точно! Посмотрите на пирамиду в центре!
— Похоже на применение «энергии пирамид», о которой кричат псевдоучёные сакральной геометрии.
— Да ну, не может быть...
Поскольку здесь собрались сотрудники Министерства науки, ИКТ и перспективного планирования, они не могли молчать. Каждый пытался высказать своё предположение о принципе работы аккумулятора. Среди них нашлись даже те, кто узнал «энергию пирамид».
Ган Ин усмехнулся.
«Я покажу вам кое-что покруче».
Он взял тестер. Поднёс два щупа к центру, где была сконцентрирована энергия.
Бам!
Портативный электрический тестер просто взорвался.
— О-о-о!
— Ух ты, ничего себе!
— Насколько же там высокое напряжение, что произошло такое?
Притихшая было толпа снова загудела.
«Хе-хе. Чего вы так удивляетесь? Если бы вы увидели аккумулятор Прототип, вы бы вообще в обморок упали».
Из-за отсутствия оборудования он ещё не проводил точных тестов, но был уверен, что аккумулятор Прототип можно будет использовать даже в военных или промышленных целях.
Ган Ин продолжил своё дело. Он взял провода и подсоединил их к аккумулятору.
Вспышка! Разряды.
Десять ламп накаливания, подключённых к цепи, вспыхнули одновременно.
Но на этом он не остановился.
«Это только начало».
Войдя во вкус, Ган Ин подключил к аккумулятору ещё и стоявший рядом вентилятор.
В-в-в-в-в.
Лопасти вентилятора начали мощно вращаться, обдавая всех прохладным воздухом.
— Уа-а-а!
— Потрясающе.
— Ещё, Чхве Ган Ин-сси, подключайте ещё!
Усмехнувшись, Ган Ин согласно кивнул.
«Хорошо. Мне и самому интересно узнать предел этого малыша».
О возможностях первого изделия он примерно догадывался, но насколько хорош этот экземпляр с сильно урезанной ёмкостью, Ган Ин пока и сам толком не знал.
«Ну-ка, каков твой предел?»
Ган Ин подключил к аккумулятору даже стоявший рядом фен.
В-в-в-в-и-и-и!
Фен заработал на полную мощь.
— И-и-и-я-а!
— Не... не может быть!
— К-как такое возможно?
Все наблюдавшие не могли сдержать восхищения. Одно дело лампочки, но заставить работать фен!
Потребляемая мощность фена составляет от 1200 до 1650 Вт. Это означает, что от обычного источника питания запустить его практически невозможно. А тут он прекрасно работал от одного маленького аккумулятора. К тому же, фен был подключён не один. Десять ламп накаливания продолжали гореть, а вентилятор всё так же гнал прохладный воздух.
Хлоп! Хлоп! Хлоп!
Кто-то первым начал аплодировать. Вскоре зал наполнился громом аплодисментов.
Ган Ин снова слегка поднял руку. В зале мгновенно воцарилась тишина. Все, затаив дыхание, сосредоточили внимание на Ган Ине.
— Как вы видели, основой действительно является литий-ионный аккумулятор. Полимерный тип. Однако это можно назвать лишь «железом».
Ган Ин повернулся к экрану позади себя. Лазерной указкой он указал на магический круг и пирамиду, охватывающие полимер.
— Как видите, это «софт». Он в корне отличается от традиционных методов.
Все жадно сглатывали слюну. Они слушали максимально сосредоточенно, боясь упустить хоть слово из объяснений Ган Ина. Они смотрели на экран как заворожённые.
— Вам всем, конечно, интересно, как и каким образом этот «софт» демонстрирует такую мощь? Но на этом всё. Сейчас я не могу раскрыть подробности.
Даже если бы он сказал, они бы не поняли.
«Неужели все эти люди поймут и примут магию и магические круги? Хе-хе, ни за что».
Хорошо ещё, если сумасшедшим не назовут. Даже несмотря на очевидные доказательства прямо перед глазами.
Люди начали перешёптываться. Казалось, им не хватило объяснений, будто мучимому жаждой дали лишь глоток воды.
В завершение Ган Ин добавил:
— Говорят, Эдисон ответил тем, кто спрашивал его, что такое электричество: «Это электричество. Просто пользуйтесь им». Я скажу вам нечто подобное: «Это ключ, открывающий дверь в Нью-Эйдж. Просто откройте её и войдите». Таков мой ответ.
На губах Ган Ина заиграла уверенная улыбка.
Кто-то громко выкрикнул:
— Это слишком! Вы должны дать хотя бы минимальную подсказку!
«Подсказку? Ну, если только это...»
Ган Ин слегка кивнул. Он не мог сказать правду, но мог отделаться подходящей аналогией.
— Несколько лет назад я читал в газете об одном эксперименте американского инженера-компьютерщика. Он соединил параллельно 100 обычных компьютеров, чтобы максимизировать их эффективность. Знаете, каков был результат? Хотя он просто соединил 100 обычных настольных ПК в один, этот компьютер показал производительность, не уступающую любому суперкомпьютеру. Мой метод похож на это. Я просто до предела увеличил эффективность накопительной способности, которой изначально обладает аккумулятор. На этом всё.
Всё это время лампы, вентилятор и фен продолжали исправно работать.
Зал загудел. Как только Ган Ин замолчал, люди начали бурно обсуждать увиденное между собой.
В этот момент двери распахнулись, и в конференц-зал уверенным шагом вошёл представительный господин средних лет.
Гул мгновенно стих. Все присутствующие вскочили со своих мест.
«Кто это?»
Кто же это такой, что вызывает у людей подобную реакцию?
Господин, подошедший к Ган Ину, широко улыбнулся и протянул руку.
— Рад встрече, Чхве Ган Ин. Я Кан Ухёк.
— Ах, да. Я Чхве Ган Ин.
Не до конца понимая, что происходит, Чхве Ган Ин пожал ему руку. И слегка наклонил голову.
В этот момент вперёд выступил следовавший за ним молодой человек.
— Это господин Министр науки, ИКТ и перспективного планирования.
Это был сам Кан Ухёк, Министр. Он наблюдал за происходящим в зале через монитор в своём кабинете и, наконец, решил появиться лично.
Дёрг!
Веко молодого человека, представившего Министра, нервно дернулось. Видимо, он посчитал, что Ган Ин не проявил должного почтения, даже узнав, что перед ним Министр.
Пф-ф!
Ган Ин не удержался от смешка.
«И что мне теперь делать?»
На колени пасть и челом бить?
Чушь собачья!
«В какие времена живём...»
Ган Ин просто продолжал безучастно смотреть.
Выражение лица Кан Ухёка странно изменилось. Молодой помощник, чьё лицо исказилось от возмущения, заговорил резким тоном:
— Вы сейчас...
— А-а! Довольно, помощник Чхве.
— Да, господин Министр.
По приказу Кан Ухёка помощник Чхве тут же отступил.
«Прямо как в эпоху Чосон, честное слово...»
У Чхве Ган Ина даже возникло ощущение, будто он смотрит хорошо отрепетированную комедию. Но это была реальность. И это была одна из граней чиновничьего общества, погрязшего в чувстве собственного величия.
— Что ж, давайте пройдём и поговорим за чашкой чая.
— Сейчас всё организую.
Молодой помощник быстро развернулся. Он пошёл впереди, открывая двери. Наверняка он и чай будет заваривать лично.
— Прошу за мной.
Ухёк размашисто зашагал вперёд.
Ухмыльнувшись ещё раз, Ган Ин первым первым делом забрал свой аккумулятор. Лампы, вентилятор и фен, до этого момента исправно выполнявшие свою задачу, наконец затихли.
Только после этого Ган Ин направился туда, куда ушёл Ухёк. С гордо поднятой головой.
В конференц-зале на мгновение воцарилась тишина. Спустя мгновение кто-то подал голос:
— Ух! У этого парня духа хоть отбавляй.
— И не говори. Даже перед лицом Министра не спасовал.
Все искренне так считали. Даже после долгой подготовки к презентации, любой бы занервничал перед такой аудиторией. А уж когда в последний момент явился сам Министр... Естественно было бы замереть от напряжения.
Но Чхве Ган Ин был другим. Несмотря на то, что каждый здесь задал по вопросу, он отвечал спокойно и сказал всё, что хотел. Даже Министру он не отвесил поясной поклон, а лишь слегка кивнул. Для его возраста это была поистине выдающаяся выдержка.
В этот момент...
— Какой ещё дух! Это просто наглость, чистой воды наглость!
— ...!
Несмотря на столь резкий комментарий, никто не посмел возразить. Потому что обладателем этого голоса был Заместитель министра Ли Джонсу.
Джонсу снова проворчал:
— Молокосос, а уже возомнил о себе невесть что и ведёт себя так бесцеремонно. Тьфу. Неужели он не знает поговорку, что чем полнее колос, тем ниже он клонится?
— ...!
У людей на лицах отразились странные чувства.
«Да что такого сделал Чхве Ган Ин?»
«Блин. Что, он должен был на колени упасть?»
Никто не решился высказаться, но у всех это читалось на лицах и в глазах.
Джонсу, обладавший своеобразным душевным складом, вдруг хохотнул.
— Хе-хе. В любом случае, всё прошло отлично. Теперь осталось только бонусы грести!
Джонсу уже вовсю делил шкуру неубитого медведя.
— В связи с этим...
Растягивая слова, Ли Джонсу обвёл всех взглядом.
— Давайте-ка трижды прокричим «Манзе»!
Предложение было довольно странным, но против должности не попрёшь.
— Ну, давайте.
— Отличная идея.
Двое старожилов, ждавших повышения, начали ему подпевать. В итоге всем присутствующим в зале ничего не оставалось, как тоже готовиться кричать «Манзе».
Джонсу и тут вылез вперёд:
— Я начну.
— Разумеется, господин Заместитель министра.
— Конечно.
Снова поддакнули карьеристы, и Ли Джонсу с воодушевлённым лицом начал запевать:
— Тенно хэйка банзай! Тенно хэйка банзай! Тенно хэйка банзай!
— ...!
— ...!
В ответ — гробовая тишина!
По залу пробежал ледяной холодок. Никто не последовал его примеру. Каким бы странным ни был этот человек, с чего вдруг он решил славить японского императора?
— А? Вы чего? Почему не повторяете?
Джонсу внезапно вспылил.
Однако...
— ...!
— ...!
Люди лишь с недоумением переглядывались, и никто не собирался повторять за Ли Джонсу. Даже те двое, что заглядывали ему в рот в ожидании повышения, крепко сжали губы.
Лицо Джонсу перекосилось.
— Вот поэтому с быдлом невозможно иметь дело! В самом деле! Даже не знают, благодаря кому эта страна сейчас так живёт!
Грубо выругавшись, Джонсу резко развернулся. Видимо, кожей почувствовав накалившуюся атмосферу, он поспешил покинуть зал.
— ...!
— ...!
В зале продолжало висеть тяжёлое молчание.
Спустя мгновение чьё-то язвительное замечание нарушило тишину:
— На прошлом воркшопе он так гордо заявлял, что он потомок предателей-коллаборационистов, я думал, это пьяная шутка, а он, оказывается, серьёзно.
— Говорят, потомки борцов за независимость живут в нищете, а потомки предателей — все как один в шоколаде...
— Потомок предателя занимает высокий пост в государственном органе, блин! Уму непостижимо!
Атмосфера в зале стала просто «потрясающей». Все как один начали высказываться, добавляя по слову к этой прискорбной реальности.
В этот момент снова раздался голос, обрывающий дискуссию:
— Все, закройте рты!
— Если это выйдет наружу... понимаете, что будет?
Типичное поведение людей, ждущих повышения!
Ради карьеры, а иными словами — ради прибавки к зарплате и почёта, им было плевать, прославляет ли верхушка их ведомства японского императора или нет.
— ...!
Как только непосредственное начальство приказало молчать, в зале снова воцарилась тишина.
Кабинет Министра.
Ган Ин и Ухёк сидели друг против друга за чашкой ароматного зелёного чая.
— Чхве Ган Ин, верно? Молодой студент, а совершил такое великое дело.
Вроде бы похвала, но в ней чувствовалось какое-то пренебрежение.
Мало того что назвал «молодым студентом»...
«Совершил дело?»
Он что, начальник отдела в компании-заказчике, принимающий работу у субподрядчика?
«Совершил дело? Вы думаете, я задумал проект «Нью-Эйдж» ради вашей карьеры?»
Ган Ин невольно усмехнулся.
— Да ничего особенного.
— ...!
Лицо Ухёка снова приняло странное выражение. Он осмотрел Ган Ина с головы до ног, словно диковинку, и продолжил:
— Так этот аккумулятор полностью готов?
— Да. Однако...
— Однако?
— Ёмкость заряда слишком велика, поэтому остался процесс точной настройки мощности.
Это означало, что в зависимости от настройки технологию можно применить к любому виду продукции!
— Ого! Это действительно впечатляет.
На лице Ухёка отразилось искреннее восхищение. Будучи магистром Массачусетского технологического института, он мгновенно понял, насколько весомы слова Ган Ина.
— Я думаю, что для коммерческого продукта ёмкость заряда лучше сделать намного ниже.
— Я тоже так считаю. Для использования в мобильных телефонах такая ёмкость избыточна.
Ухёк кивнул.
— Верно. Сколько бы человек ни играл в игры, одного заряда на неделю, ну максимум на десять дней, будет в самый раз. Если же заряд будет слишком мощным, в случае какой-нибудь аварии человек может серьёзно пострадать.
— Согласен.
На этот раз Ган Ин уверенно кивнул.
«А с ним вполне можно договориться».
Как человек он ему не очень нравился, но то ли из-за того, что Министр сам был «технарём», то ли из-за его положения, разговор шёл конструктивно.
— И сколько времени займёт полная коммерциализация?
Ответ последовал незамедлительно, словно Ган Ин заранее его обдумал.
— Вы ведь понимаете, господин Министр, что если мы считаем этапом коммерциализации массовое производство, то это предполагает полную стабильность базовой технологии?
— Разумеется.
— В таком случае, для обеспечения полной стабильности базовой технологии потребуется два года. Двух лет будет достаточно.
— О-о-о! Два года!
Ухёк буквально просиял.
Ну ещё бы, если для доведения до ума новой технологии, способной потрясти мир, требуется всего два года, любой бы так отреагировал.
«На самом деле это долго. Если бы я не горел желанием заниматься магическими тренировками, физикой и генной инженерией, пары месяцев хватило бы за глаза».
За это время можно было бы спроектировать аккумуляторы не только для мобильников, но и для автомобилей, поездов, электроинструментов и прочих важных в быту вещей.
— Т-тогда как насчёт молнии?
— Простите?
— Молния! Вы же сами написали в конце заявления: конечная цель проекта «Нью-Эйдж» — довести технологию до максимума и обуздать небесную молнию!
«Раз уж магия запечатывания электрической энергии уже готова, при желании я мог бы начать работу прямо сейчас».
Это был лишь вопрос времени.
Но Ган Ин не был дураком.
«Думаете, я так прямо всё и выложу? Я буду выдавать по чуть-чуть, шаг за шагом».
Притворившись, что глубоко задумался, Ган Ин веско произнёс:
— Десять лет. Уверен, что максимум через десять лет это станет возможным.
— О-о-о!
Ухёк задрожал от восторга. Внезапно он схватил трубку и набрал чей-то номер.
— Господин Начальник отдела! Да, это я. Именно. Как я и говорил ранее, это вопрос, о котором нужно доложить незамедлительно.
Сказав это, Ухёк замер с трубкой в руке, ожидая ответа.
«Прямой доклад? Если прямой доклад, то неужели...»
Много ли в Южной Корее людей, занимающих столь высокие посты, что Министр науки использует термин «прямой доклад»?
Ган Ин смутно догадывался, кто это мог быть.
Спустя некоторое время...
— Да, это Кан Ухёк.
Министр Кан Ухёк вскочил с места и отвечал на звонок стоя.
— Совершенно верно. Для обеспечения полной безопасности базовой технологии нужно два года, а для финальной стадии будет достаточно десяти лет. Да. Да. Слушаюсь.
На этом разговор закончился.
— Фу-ух.
Тяжело выдохнув и на мгновение собравшись с мыслями, Ухёк перевёл взгляд на Ган Ина.
— У тебя есть немного времени?
— Вообще-то есть, но...
Ухёк внезапно крепко схватил Ган Ина за руку.
— Поехали со мной в одно место!
— Куда?
Глаза Ган Ина округлились.
— На месте увидишь.
Тр-тр-тр-тр-тр.
Звук вертолёта, доносившийся издалека, становился всё громче и громче.
http://tl.rulate.ru/book/178129/16128586
Готово:
