— Для чего ты вообще собираешься это использовать?
— Чтобы перевозить пациентов.
— На чём?
— На Леоне и Иане.
— ...Как ни посмотри, это звучит как человеческие имена.
— Всё верно. Это мои друзья.
— Обычно друзей не называют средством транспортировки...
— Они сами первыми попросили меня нанять их.
Это близнецы постоянно шумели про «верность» и «рыцарей», хотя я пыталась относиться к ним просто как к друзьям.
Я пришла в кузницу вместе с Роном и Эвелин. Элла же отлучилась, чтобы найти рабочих для ремонта здания.
Кузнец, которого порекомендовал Рон, выглядел как обычный дедушка, если не считать трёх пар торчащих из щёк усов. Он был таким же крупным и мускулистым, как Рон. Когда они стояли рядом, то напоминали парочку завсегдатаев качалки. О... прошу прощения, но выглядело это не очень-то изящно.
— Я тоже в долгу перед Племенем Серых Волков. Заказ странный, но ничего сложного в нём нет. Скоро всё будет готово.
— Насчёт оплаты...
Как только Эвелин заговорила о деньгах, кузнец добродушно рассмеялся:
— Не нужно! Не думаю, что на это уйдёт много материалов, я не могу брать деньги со своего спасителя!
То есть, если бы материалов ушло много, он бы всё-таки взял оплату.
— В этом мире ничего не бывает бесплатно. Не отказывайтесь потом от своих слов и возьмите умеренную плату.
— Какая суровая барышня.
— Было бы неприятно, если бы вы позже использовали эти гроши как повод залезть Шане-ним на голову, кхм!
— Простите. Моя подопечная немного эксцентрична...
Я поспешно зажала рот Эвелин и извинилась за неё. Кузнец расхохотался во всё горло.
— Преданность зверолюдов псовых пород общеизвестна. Добиться такой верности без Ошейника раба... а ты, малявка, не промах!
— Мы друзья. Я разозлюсь, если вы будете так говорить.
— Ну, ладно...
Кузнец со скептическим видом посмотрел на меня и Эвелин. По лицу Эвелин было видно, что ей тоже есть что сказать, но я не собиралась её слушать.
«Вот поэтому я и не могу оставить Рейвена...»
После перерождения у меня появилось четверо друзей: Рейвен, Леон, Иан и Эвелин.
Однако единственным, кто действительно называл меня своим другом, был Рейвен. Остальные пропускали мои слова мимо ушей, сколько бы я ни подчёркивала, что мы друзья.
Рейвен тоже часто нёс чепуху, но я чувствовала, что он относится ко мне как к равному другу.
«Наверняка это ему помогло, верно?»
Судя по тому, что рассказывал Иан, Рейвен хоть и был назначен Наследным принцем, его положение ещё не было абсолютно прочным. Прекрасная Императрица всё ещё была в добром здравии, и у него была надёжная поддержка, но оппозиция во главе с герцогом Алгреном постоянно вставляла Рейвену палки в колёса.
Хорошо бы он не перетруждался...
«Если ему станет совсем тяжело, тогда я помогу».
Я верила, что Рейвен доверится мне, когда ему будет по-настоящему трудно, и попросит о помощи, ничего не скрывая.
Так что вместо того, чтобы беспокоиться о нём, лучше заняться тем, что я хочу сделать сейчас.
— Кроме этого, сделайте ещё вот это и это. И вот такое.
— О-хо-хо...
— В общих чертах это выглядит как-то так и вот так...
— У барышни явно нет таланта к рисованию...
— ...
Даже Эвелин, которая всегда твердила, что «Шане-ним подвластно всё», промолчала. Это ранило меня ещё сильнее.
— Шана!
Когда я вернулась домой, помылась и наслаждалась тёплым чаем со сладостями, ко мне прибежали взмыленные близнецы. Очевидно, они примчались сразу после окончания урока Марии.
— Мы всё слышали! Ты собираешься открыть больницу?
— Кто вам сказал? Мария?
— В этой больнице ведь найдётся место и для нас, верно?
Леон тараторил без умолку. Иан лишь молча смотрел на меня, переводя дыхание, но было ясно: стоит мне сказать «нет», как на меня обрушится поток возражений.
— Шана, ты сейчас о чём-то другом думаешь? — спросил Иан с нежной улыбкой. Своим улыбающимся лицом он очень напоминал мать. Никто бы и не усомнился, что он её сын.
— А, нет.
— Что «нет»?! — Леон нетерпеливо прикрикнул на меня, из-за чего Эвелин нахмурилась. Леон, Иан и Эвелин вместе тренировались у Марии. Леон вздрогнул и опасливо покосился на кулак Эвелин.
— Послушайте, у меня есть для вас роль, но...
— Но?
— Можно ли заставлять работать несовершеннолетних...
Я заговорила серьёзно, но ответ был ледяным:
— Ты ведь не забыла, что ты на четыре года младше нас?
— Но я директор больницы.
— И что, работать не будешь?
— В этом-то и проблема...
Я изложила близнецам свою задумку.
Родители сказали, что могут обустроить для меня больницу, но велели не раскрывать личность. Одно дело, если единственная дочь герцога Вентворта тешится детской игрой в больничку, но если я действительно смогу исцелять, это уже не закончится «просто игрой».
Возникнут проблемы с Храмом и прочая головная боль, да и моя главная цель — лечение зверолюдов — легко может стать поводом для пересудов.
«Хотелось бы поспорить, что в этом такого, но...»
Было бы глупо вскрывать нарыв, зная, что это принесёт лишь вред.
Я тоже считала, что если можно что-то скрыть, то лучше так и сделать.
— Поэтому я собираюсь выставить вместо себя представителя.
— Кого?
— Того, к кому я смогу приходить в гости без лишних подозрений, и с кем ваша работа не будет выглядеть странно.
— Кто же это?
— И того, кто достаточно силён, чтобы не подвергаться опасности в районах с плохой репутацией.
— Так это...
— Мария.
— ...
Лица Иана и Леона застыли.
— Разве это не отличная идея? Если мы выставим Марию врачом, никто не заподозрит Дом Вентворт, даже если он будет спонсором. И поскольку она меня вырастила, мои визиты к ней не вызовут вопросов! К тому же, вы с Эвелин сможете тренироваться у Марии так же, как и в резиденции — это же три зайца одним выстрелом!
— Именно это нам и не нравится... А мы-то надеялись прогуливать тренировки.
Я ничего не слышу. Не слышу.
— Я уже получила разрешение от Марии. Если подумать, пока я помогала Рейвену, моё лицо на тех улицах изрядно примелькалось. Элла говорит, что я стала довольно известной. Говорят, моё имя несколько раз появлялось в газетах, и мама с папой даже сделали вырезки.
— Ну ещё бы, ты не могла не прославиться... — недовольно проворчал Иан.
— Ты только посмотри, что ты натворила, когда внезапно сбежала среди ночи. Разве могло быть иначе? Юная леди из одной из самых знатных семей Империи заботится о больных на беднейших улицах. Это же идеальная история для сплетен. Появилось огромное количество людей, которым любопытно, кто ты такая... Мой отец даже ходит и хвастается: мол, он же говорил, что Шана-ним само очарование, а ему не верили.
Дядя Ллойд... Стоило бы ему побольше сдерживаться в присутствии собственных сыновей...
Я знала о необычайной преданности дяди Ллойда, но слышать об этом из уст Иана и Леона было странно. Будут ли близнецы хорошо относиться к отцу, который с детства гонял их в хвост и в гриву ради преданности девочке, которую они даже в глаза не видели?
На их месте я бы его возненавидела.
Став ближе к близнецам, я всё ещё не могла понять, почему они меня не ненавидят. Будь я на их месте, я бы недолюбливала и дядю Ллойда, и саму «Шану-ним».
Чем больше я узнавала о том, как сурово дядя Ллойд тренировал своих детей, тем сильнее становились мои сомнения.
— Я просто пошла помочь другу.
— Используя власть и богатство семьи, ты очистила улицы и обеспечила людей едой. Ты несколько дней не возвращалась домой, утешая больных и буквально держа их за руки...
— Разве люди не подумали, что это просто ребёнок невинно разгуливал по местам работы взрослых?
— ...Ты так легко произносишь слово «невинно» собственным ртом...
— Если семилетний ребёнок ходит среди взрослых, это именно так и выглядит!
— Всё потому, что ты сбежала одна! Если бы ты с самого начала вышла в сопровождении взрослых, тебя бы только ругали как избалованное дитя!
А-а...
— Хотя, конечно, мы бы не позволили им тебя ругать!
Иногда я не могла понять: вредничает Иан или проявляет доброту.
— Значит, вы хотите выставить госпожу Марию врачом, а сами стать маскотом больницы, Шана-ним?
— Не маскотом, а просто...
— Это замечательная идея! — воскликнула Эвелин с сияющими глазами.
— Все опасные люди будут обращаться к госпоже Марии, верно? Тогда вы, Шана-ним, будете в большей безопасности!
— А?
— И вас не похитят, как в прошлый раз.
— Ну, да...
— Давайте свалим всё на госпожу Марию!
— ...Я не собираюсь никого подставлять...
Я просто прошу её побыть подставным врачом...
Однако Эвелин уже не слушала меня. Леон и Иан тоже покачали головами, призывая меня сдаться.
— Леон, Иан. А вам двоим разве не нужно поступать в Академию в следующем году?
— Ну, не знаю... Его Светлость герцог сказал, что оплатит наше обучение, но...
— У нас нет веских причин идти в Академию. Если бы мы могли учиться вместе с тобой — другое дело, но там всего три года обучения, так что к тому времени, как ты поступишь, мы уже выпустимся.
— Мы с детства проходим обучение в качестве оруженосцев в рыцарском ордене «Рассвет» Дома Вентворт, так что с посвящением в рыцари проблем не будет. Не знаю, когда отец признает нас, но в Академии нам вряд ли чему-то научат. Час занятий у Марии будет куда продуктивнее.
— Хоть отец и командир рыцарей, он всего лишь барон без земель. Нам просто нужен рыцарский титул, чтобы стоять рядом с тобой... — по очереди говорили Леон и Иан.
— Нет. Если есть возможность учиться — лучше учиться!
Леон недовольно пробурчал:
— Сама-то тоже учиться не любишь!
— Не люблю, но учусь. Даже ребёнок, который на четыре года младше вас, учится!
— А, точно. Тебе же всего семь... — отрешённо пробормотал Леон. Иан усмехнулся и ласково взъерошил волосы брата.
— И то верно, Шана трижды в неделю посещает занятия придворного магистра, известного своей строгостью.
— А ещё дважды в неделю я занимаюсь у главы придворных магов, беру отдельные уроки у мамы, а по выходным тренируюсь с Марией... И у меня куча домашних заданий, ясно?
К этому списку Рейвену приходилось добавлять посещение различных мероприятий, которые нельзя было пропустить. Интересно, когда он вообще спит?
— Раз уж я делаю то, что мне не нравится, вы тоже поступайте в Академию и учите всякую всячину.
— Что за произвол?!
— Вот такой вот произвол, и что?
Стоит мне начать препираться с Леоном, как я тут же скатываюсь в детство.
Но знания лишними не бывают. Мина тоже иногда доставляла мне хлопот, заявляя, что бросит школу и пойдёт работать.
— Если пообещаете поступить, я разрешу вам работать до тех пор! К слову, много платить не смогу.
— Мы и не надеялись. Ладно, договорились.
Леон и Иан согласно кивнули. Это и было условие, поставленное моими родителями для привлечения их к делу. К счастью, всё разрешилось благополучно.
Я планировала поручить Леону и Иану роль санитаров, которые будут прочесывать переулки и доставлять пациентов.
— Какое-то время работа может быть неоплачиваемой...
— Да поняли мы.
Эх, разве вам понять сердце работодателя, который уже сейчас подсчитывает расходы на зарплату?
http://tl.rulate.ru/book/177950/16100729
Готово:
