Это было звеном плана, который Сян Юань продумал заранее.
Раз грабители знали, что кто-то выдаёт себя за их сообщника, то в критический момент, увидев спешащего на помощь товарища, они с высокой долей вероятности насторожатся и даже могут атаковать первыми.
Именно этой брешью он и воспользовался.
Достаточно было ухватить мимолётный шанс, чтобы нанести смертоносный удар.
Его боевые навыки происходили из одной знаменитой аркадной игры — это была невероятно жестокая техника бросков. Захватив врага, нужно было сначала провести бросок через плечо, а затем добавить два свирепых броска в ближнем бою, швыряя противника из стороны в сторону, словно рваный мешок.
Ничего не поделаешь, он никогда не обучался настоящим боевым искусствам, поэтому мог полагаться лишь на своё крепкое телосложение, чтобы подавить врагов самым примитивным и грубым превосходством в грубой силе!
Не оставив ни единого шанса на сопротивление, он повалил главаря грабителей на землю. Затылок бандита с глухим стуком впечатался в твёрдый мраморный пол, и от мощного сотрясения его глаза моментально закатились.
Первый бросок в ближнем бою: Сян Юань схватил этого ублюдка за пояс и с первобытной яростью швырнул об пол. Тело врага изогнулось под неестественным углом в девяносто градусов, сломав неизвестно сколько костей.
На втором броске он сменил тактику. Схватив падающего врага, он резко вскинул колено, словно в его руках был не живой человек, а хрупкая бамбуковая палка!
Раздался оглушительный хруст!
Оглушённый главарь издал пронзительный, леденящий душу вопль. Его поясничный отдел позвоночника был безжалостно переломлен пополам. От невыносимой боли его зрачки задрожали и покрылись жуткой серовато-белой пеленой, словно их присыпали известью.
— Какой мощный Уровень Творения!
Чжоу Луньшо остолбенел, жадно глотая ртом воздух.
— Твою мать, брат Юань!
И Жань, уже решивший, что им всем конец, пришёл в неподдельный шок от этой сцены и машинально пробормотал:
— Плохо дело, плохо дело, у брата Юаня приступ неконтролируемой агрессии!
— Это... Сян Юань?
Одноклассники, зажимая раны на запястьях, в ужасе переглядывались, словно впервые видели этого молчаливого и нелюдимого юношу:
— Да нет же, это какой-то Капитан Китай!
Все присутствующие застыли в оцепенении. Юй Ся, наблюдавшая за происходящим от начала до конца, широко распахнула свои обворожительные глаза. Даже лучшие курсанты полицейской академии, которых она знала, не обладали столь пугающей физической мощью. В его боевом стиле не было никакого изящества или техники — только чистая, подавляющая сила.
Особенно это касалось классного руководителя, Старины Вана. Если бы он мог предвидеть подобное зрелище, то в первый день старшей школы ни за что бы не отвесил этому парню пинка под зад за опоздание.
После серии сокрушительных ударов Сян Юань развернулся, впечатал грабителя в стену, выхватил из-за пояса тактический нож и без малейших колебаний вонзил его прямо в горло врага.
Это была банда отморозков, готовых убивать ради наживы. Проявить к ним милосердие — значило обречь на смерть самого себя. В этот момент любая слабость или промедление стоили бы жизни.
Сян Юань должен был вернуться живым, чтобы заботиться о младшей сестре, поэтому у него не было права умирать.
А значит, умереть придётся грабителям.
Возможно, многие считают убийство чем-то немыслимым. Обычные люди боятся даже подумать об этом, не говоря уже о том, чтобы совершить.
Но на самом деле, когда тёмная сторона человеческой души вырывается наружу, особенно в момент смертельной угрозы, убийство становится пугающе простым действием — достаточно лишь нажать на курок или вонзить клинок в уязвимое место.
Особенно, когда над тобой не висит страх уголовного наказания.
Убить человека или перерезать горло курице — разница стирается.
Конечно, если вы не святой праведник.
Именно поэтому рука Сян Юаня не дрогнула, когда он наносил удар.
Однако к его удивлению, он не почувствовал, как лезвие пронзает плоть. Вместо этого нож словно наткнулся на твёрдую скалу и застрял, не продвинувшись ни на миллиметр.
Главарь грабителей невероятным образом обратил собственное тело в камень! Его смуглая кожа стремительно приобрела пепельно-серый оттенок и покрылась каменной коркой — способность, существовавшая лишь в фантастических романах!
— Каменный монстр?
К счастью, эта окаменелость не была абсолютно непробиваемой. Сян Юань навалился всем весом, с силой вдавливая рукоять, и лезвие миллиметр за миллиметром начало проламывать каменную защиту.
Главарь грабителей мёртвой хваткой вцепился в его запястье, и они сошлись в напряжённом силовом противостоянии.
Как раз в тот момент, когда Сян Юань начал брать верх, раздался отчаянный крик.
— Оставь его! Сначала прерви ритуальный массив!
Лежащий на земле Цзянь Мо кричал надрывая связки. Получив несколько пулевых ранений, он чудом оставался в живых и даже успел воспользоваться заминкой, чтобы из своего крупнокалиберного Кольта Питон застрелить четверых боевиков. Но теперь он был на исходе своих сил, его пламя угасало.
— Церемония жертвоприношения вот-вот начнётся! Если этот ублюдок получит силу, он превратится в монстра Секты мертвецов, превосходящего Уровень Творения, и тогда его уже никто не остановит!
Чжоу Луньшо, словно умственно отсталый, продолжал громко комментировать происходящее:
— Если поняли — аплодисменты!
В повисшей тишине раздался яростный, оглушительный драконий рёв.
Сян Юань резко обернулся к залитой кровью скульптуре. Ворвавшись в зал, он сразу бросился избивать противников и даже не обратил внимания на этот странный объект.
— Поздно... всё уже началось.
Грабитель хрипло рассмеялся. В его серых глазах вспыхнуло абсолютное безумие. Он неожиданно разжал руки:
— Взываю к дарам моего господина, даруй мне высшую эволюцию!
Драконий рёв прокатился раскатом грома. Искусно вырезанная скульптура древнего дракона словно ожила и пустилась в зловещий танец.
Волна всепоглощающих галлюцинаций обрушилась на каждого присутствующего. Они падали в бездонную бездну, где во мраке разгоралось пламя божественного гнева. Это были вертикальные зрачки, сочащиеся расплавленным золотом, смотревшие на них сверху вниз, как божество взирает на жалких муравьёв.
Древний дракон в маске из красной меди восстал из пучины. Его величественное, покрытое шипами тело изгибалось, словно горный хребет, а вокруг клубился разреженный туман, скрывая истинные очертания.
Тьма вокруг бурлила, как штормовое море. Люди барахтались в колоссальных волнах, пока исполинский зверь рассекал толщу воды, подобно древней бронзовой колонне, прорывающейся на поверхность.
Давящая драконья аура вызывала удушье, словно на дне глубокого океана.
Вокруг дракона вился призрачный дымок.
От этого дыма исходил ни с чем не сравнимый, экзотический аромат — иллюзорный и невероятно далёкий.
Древний дракон втягивал этот туман, и его дыхание гремело, как грозовые раскаты.
Сян Юань тоже оказался в плену видений, но его взору предстала иная картина: посреди тёмного океана возвышался одинокий остров. На берегу, свернувшись в клубок, сидела хрупкая фигура. Приливы и отливы сменяли друг друга, луна безмолвно опускалась за горизонт.
Струящийся дым окутывал её, напоминая благовония, тлеющие в древнем храме или святилище, и постепенно усмирял её бушующую ярость, принося умиротворение.
Драконий костяной браслет на его запястье слабо завибрировал, словно откликаясь на некий зов.
Главарь грабителей с трудом пробирался сквозь толщу воды. Преодолевая бушующие волны, он простёрся ниц перед одиноким силуэтом на острове, раз за разом повторяя свои слова:
— Взываю к дарам моего господина, даруй мне высшую эволюцию!
Только сейчас Сян Юань понял суть происходящего. Цель этих ублюдков заключалась в том, чтобы собирать так называемые Древние Реликвии и приносить их в жертву неведомому существу в обмен на силу.
Яростные волны почти накрыли главаря с головой, но его мольба так и оставалась без ответа. Безумный блеск в его глазах постепенно сменялся растерянностью и паникой.
Одинокая фигура на острове даже не обернулась. Она лишь холодно бросила:
— Пошёл вон!
Бум!
Ударил гром.
В галлюцинации Сян Юаня этот окрик принадлежал юной девушке, и её голос показался ему смутно знакомым.
Но главарь грабителей услышал в этом звуке лишь оглушительный, исполненный ярости рёв древнего дракона!
Его рассудок не выдержал и сломался под тяжестью этого рыка. Церемония, ради которой было приложено столько усилий, обернулась полным провалом — сила божества так и не снизошла на него.
— Этого не может быть...
В картине мира грабителя подобный исход был попросту невозможен. Этот первобытный ритуал непрерывно передавался из далёкой древности, и древний Небесный Принцип не имел причин отвергать подношение Духовной Субстанции от своего преданного последователя. Это было всё равно, что умирающий от жажды путник в пустыне отказывается от чистой воды, предложенной случайным встречным.
Это инстинктивная жажда жизни, от неё невозможно отказаться!
Но реальность оказалась жестокой.
Главарь банды успел разглядеть в этих текучих, золотых зрачках совершенно человеческую эмоцию — нескрываемое презрение и глубокое отвращение.
Словно он был лишь мерзким, вызывающим тошноту насекомым.
Его жертвоприношение обернулось жалкой шуткой. Он был похож на жалкого ухажёра, из кожи вон лезущего ради благосклонности богини, но в ответ получившего лишь холодную насмешку.
Жалко и смешно.
Видения оборвались так же внезапно, как и начались, но у каждого присутствующего в зале из ушей, глаз, носа и рта потекла кровь.
Это были последствия чудовищного драконьего рёва.
Деревянная скульптура древнего дракона беззвучно осыпалась прахом, словно полено, горевшее три дня и три ночи. Оставшийся чёрный пепел смешался с алой кровью, превратившись в густую, похожую на чернила жижу, которая растеклась по швам мраморных плит.
Ритуал с треском провалился.
Грабитель не получил божественных даров.
— И ради этого жалкого пшика вы тут распинались?
— Сян Юань, наблюдавший за всем этим фарсом, повернулся к главарю.
— Твоё жертвоприношение ушло в пустоту?
Грабитель молчал. Его дух был сломлен яростным рёвом дракона, серые зрачки стремительно тускнели, а каменная корка кусками отваливалась от его тела.
— Как... как такое возможно?
Он с трудом поднялся на ноги и, шатаясь, побрёл к кучке пепла, оставшейся от статуи. Видимо, в нём ещё теплилась отчаянная надежда на последнюю попытку.
— Эй.
За его спиной раздался хриплый голос.
Грабитель инстинктивно обернулся, и в лицо ему ударил свистящий порыв ветра.
Сян Юань бросился на него с грацией дикого зверя. Сделав глубокий выпад и скрутив корпус, он вложил всю свою массу в жестокий боковой хук, который со страшной силой обрушился на затылок противника!
Чувство необузданной свободы и первобытной мощи ударило ему в голову. Триумф над поверженным врагом пробудил в его генах древний закон джунглей — выживает сильнейший. Восемнадцать лет серости, депрессии и безысходности испарились без следа. Их место заняла пьянящая жажда силы.
Ощущение собственного могущества... было просто невероятным.
...
Улица Тайшань, жилой комплекс Горные Воды.
Жуань Ци резко проснулась от кошмара. Она уже давно так крепко не спала — проспала до самого полудня. Шторы на окнах мягко колыхались от лёгкого бриза, а сквозь щели на спинку кровати падали тёплые солнечные лучи. На удивление, выдался прекрасный день.
На её прикроватной тумбочке тлела золотистая ароматическая палочка. В воздухе плыли тонкие струйки дыма, и этот экзотический аромат наполнял её тело энергией, словно она сидела в древнем храме, вслушиваясь в утренние и вечерние колокола, безмятежно наблюдая за плывущими облаками.
Но настроение у неё было отнюдь не безоблачным. Ей приснился сон, и если бы не он, она проспала бы ещё дольше.
Во сне её вновь преследовали эти мерзкие культисты из Секты мертвецов, разрушая её покой.
— Госпожа, вы в порядке? — раздался тихий стук, и голос из-за двери спросил: — Я только что закончил патрулирование. Этот жилой комплекс, находящийся на изнанке пространства, абсолютно безопасен. Если я не ошибаюсь, эта аномальная зона сформировалась меньше года назад.
Голос сделал паузу:
— Здесь безопасно, территория пока не подверглась искажению. Хоть отделка в доме и простая, но в качестве временного убежища это место подходит идеально.
Жуань Ци тихо отозвалась:
— Охотников нет?
— Никого, — с облегчением произнёс человек за дверью.
— Давно я не слышал в вашем голосе столько жизни.
Жуань Ци скосила взгляд на тлеющее благовоние и удовлетворённо прищурилась, словно сытая кошка:
— То, что дал босс — действительно неординарная вещь. Она и правда помогает мне стабилизировать рассудок. Теперь проблема моего невыносимого голода полностью решена, и мне больше не нужно поглощать чужую Духовную Субстанцию, чтобы сохранять ясность ума.
Она сладко потянулась, откинула одеяло и спустила ноги на пол. Белая шёлковая пижама свободно скользила по телу, открывая бледную, мерцающую странным светом кожу. Мелкая драконья чешуя во многих местах уже исчезла, а бушующая в венах агрессивная кровь мирно уснула.
Жуань Ци подошла к окну и раздвинула шторы, подставив лицо тёплому солнцу. За окном расстилалось сверкающее море, волны с шумом разбивались о скалы, а в небе парили крикливые чайки.
— Госпожа, что будем делать с Сектой мертвецов? — в голосе её водителя послышалась неподдельная тревога.
— Там, где проявляется Небесный Принцип, неизбежно собираются сектанты. Ваше существование притягивает их, как пламя манит мотыльков, и они будут стекаться сюда бесконечным потоком. Небесный Принцип — их божество, а вашего рассудка может не хватить надолго. Этой коробки с благовониями хватит от силы на семь дней. Что мы будем делать потом?
Жуань Ци на мгновение замолчала, а затем тихо ответила:
— Пока я не делюсь с ними силой, эти фанатики не смогут эволюционировать. Обычные культисты не представляют угрозы, Объединённая Глубокая Синева быстро зачистит их за это время. Меня пугает другое... тот человек обязательно найдёт меня.
— Нет, я — ключевое звено в его эволюции, он точно придёт.
Она немного поколебалась и с обречённой тоской добавила:
— Если ситуация станет безвыходной, придётся идти к боссу и умолять о помощи. Но я даже не представляю, что ещё я могу предложить ему взамен.
http://tl.rulate.ru/book/177921/16270229
Готово: