Наблюдая за этой сценой, Баракиэль почувствовал, как его гнев понемногу начинает рассеиваться. Пусть он ещё не до конца опустил защиту, но уже ясно видел, что, возможно, слишком резко обошёлся с бедным мальчиком. Более того, заметив, как его дочь покраснела рядом с этим юным незнакомцем, он даже тихонько усмехнулся, решив, что, возможно, Акено впервые в жизни испытала детскую влюблённость.
Но прежде чем он успел извиниться перед Иссеем за своё поведение, он ощутил, как прямо перед ними в пространстве возникает чудовищно мощное присутствие. Чёрная аура, похожая на извивающихся змей, начала сгущаться перед ними — и из неё вышла разгневанная Офис, ставшая свидетельницей всего произошедшего.
Сам Иссей и не подозревал, что всю последнюю неделю она тайно следовала за ним, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке, — и увиденное привело её в ярость. Она видела, как многие дети и даже взрослые сторонятся Иссея только потому, что он был другим. Никто не хотел подпускать его к себе, и от этого Иссей всё больше замыкался в себе. Она видела это по его лицу, даже несмотря на то, как отчаянно он пытался скрыть это и от неё, и от Великого Красного. Однако оба понимали, что что-то случилось, и потому Офис сразу решила следить за ним в следующие дни, хотя Великий Красный и предупреждал её, что ей не стоит слишком вмешиваться, иначе это плохо скажется на его развитии — и, кроме того, может привлечь к ним лишнее внимание со стороны других сил в городе.
Какое право имели эти жалкие люди так обращаться с её маленьким Иссеем? Они должны были бы считать за честь уже то, что их детям выпала возможность играть с её сыном, а вместо этого осмелились относиться к нему вот так. Ей стоило невероятных усилий не стереть их с лица бытия прямо на месте. Хуже всего было видеть грустное выражение лица Иссея после каждой неудачной попытки — и это разрывало на части её сердце, в существовании которого она когда-то вообще сомневалась. Ей хотелось броситься к нему, обнять его крепко и нежно, сказать, что всё будет хорошо, — но то, с каким упорством Иссей старался не тревожить их и снова и снова пытался, не позволяло ей вмешаться. И всё же она была невероятно горда его несгибаемой решимостью. Такой силой духа обладают очень немногие — особенно в пять лет.
И вот теперь этот жалкий падший ангел пытался убить ЕЁ сына.
Одна только мысль о смерти Иссея заставила по её спине пробежать ледяную дрожь. И в тот же миг из глубины её существа поднялся всепоглощающий гнев — весь, без остатка, направленный на Баракиэля. К счастью, за прошедшие годы она научилась лучше контролировать свою силу, так что теперь её ярость была направлена лишь на тех, кого она сама выбирала целью, а не разливалась так, чтобы всякий мог ощутить её бесконечную ауру. Раньше ей было безразлично, чувствует кто-то её присутствие или нет: она была бесконечностью, и никто — кроме Великого Красного и ещё одного существа — не мог даже поцарапать её. Но теперь у неё был сын, о котором нужно было заботиться, и меньше всего она хотела привлекать к ним внимание и подвергать Иссея опасности.
Баракиэль же в этот момент был напряжён до предела. Он сразу понял, кто стоит перед ним, и его лицо исказилось страхом — ведь перед ним была сама Офис, Бесконечный Бог-Дракон. Лихорадочно он пытался решить, что делать. Позвать подкрепление? Нет — даже вся фракция падших ангелов целиком не смогла бы причинить ей ни малейшего вреда. Не зря же она считалась сильнейшим существом в мире. Такой шаг привёл бы лишь к уничтожению всей его фракции, а этого нельзя было допустить ни при каких обстоятельствах.
Оценив все варианты, он не увидел ни единого способа справиться с происходящим. И всё же за его спиной стояла его семья, и ради того, чтобы дать им хотя бы шанс убежать, он был готов отдать жизнь. Полный решимости не подпустить Офис к ним, он уже собирался вступить с ней в бой, когда вдруг между ними встала маленькая фигурка.
Расправив четыре драконьих крыла и раскинув руки в стороны, Иссей заслонил собой пространство между матерью и отцом Акено, надеясь тем самым уберечь его от её гнева. Он прекрасно знал, насколько мать ревностно оберегает его, и был очень благодарен ей за эту любовь. Но если он сейчас ничего не сделает, она отправит отца Акено в небытие — а это сделает Акено очень несчастной. А ведь он наконец нашёл того, кто не шарахнулся от него, как от чудовища, и, более того, назвал его своим другом — тем самым, чего он так отчаянно желал с самого приезда в этот город.
— Мама, пожалуйста, подожди! — воскликнул он, глядя прямо на мать.
Его поступок потряс обе стороны. Баракиэль был изумлён уже тем, что мальчик оказался готов защитить его, несмотря на то что ещё мгновение назад он сам собирался убить его. Но куда сильнее его поразили слова, сорвавшиеся с губ Иссея.
«Он только что сказал — мама? Насколько нам известно, у Дракона Уроборос никогда не было ребёнка. Может быть, это новый член её группы, о котором говорил Азазель? Что здесь вообще происходит?» — лихорадочно думал Баракиэль, пытаясь хоть как-то осмыслить ситуацию.
Согласно словам Азазеля, Офис никогда не интересовало ничего, кроме стремления обрести тишину, так что мысль о том, что у неё может быть сын и что она вообще способна заботиться о семье, казалась совершенно невероятной. И всё же Азазель также упоминал, что примерно пять лет назад Офис будто исчезла с лица мира — а ведь это как раз совпадало с возрастом стоявшего перед ним мальчика. Никто так и не узнал, что с ней тогда произошло, но втайне почти все были только рады, что им больше не приходится иметь с ней дело, и потому предпочли оставить всё как есть — за исключением нескольких лидеров вроде Азазеля и Сазекса.
Офис же не понимала, почему её сын встал между ней и этим пернатым. Будь она сейчас в здравом рассудке, возможно, нашла бы время задуматься об этом — но в данный момент её переполняла ярость. Этот жалкий падший ангел посмел поднять руку на её сына, и такое было непростительно.
— Иссей, отойди. Этот мелкий паразит посмел замахнуться на тебя — на моего собственного сына, — и я не потерплю этого. Я сотру его с лица бытия, — произнесла Офис, устремив на Баракиэля пылающий взгляд, от которого тот невольно вздрогнул.
Но Иссей не сдвинулся с места.
http://tl.rulate.ru/book/177739/16072188
Готово: