— Аромат приятный. Горячий, так что пей медленно.
— Да.
Слегка улыбнувшись, Сон А потянулась к чашке.
— Ах, точно.
Однако перед тем как взять чашку, она замерла, словно что-то вспомнив, и снова посмотрела на Джэ Сина.
— Что?
— Что мы будем делать четырнадцатого февраля в следующем году? На День святого Валентина.
— Четырнадцатого февраля?
На этот раз он выглядел по-настоящему растерянным; было заметно, как в руке Джэ Сина, державшей чашку, на мгновение пропала сила.
Он не выронил чашку и не пролил чай. Глядя на Джэ Сина, который сразу же поставил чашку, Сон А сделала обиженное лицо.
— Что такое? Только не говорите, что вы забыли про нашу годовщину?
— Забыл? Как я мог забыть про этот день? Ты же знаешь, насколько он важен для меня.
Казалось, Джэ Син уже обрёл спокойствие. С невозмутимым лицом он ласково улыбнулся и продолжил:
— Что же нам сделать? Это, кажется, будет суббота? Может, съездим куда-нибудь, давно не путешествовали?
— В путешествие? Звучит неплохо.
Сон А слегка улыбнулась.
— Куда бы нам поехать? Наверное, в тот день будет много народу, так что как насчет пригорода, не слишком далеко? Например, в Чхунчхон?
— В Чхунчхон? Было бы недурно.
Губы Сон А, накрашенные розовой губной помадой, растянулись в еще более широкой улыбке. Однако вскоре эта улыбка сменилась выражением жалости.
— Но что же делать? Похоже, в тот день в Чхунчхон начальнику отдела придётся поехать одному.
— Мне одному? О чем ты? У тебя уже есть планы?
Глядя на Джэ Сина, который спрашивал так, будто ничего не подозревал, Сон А какое-то время молчала. С лица Сон А исчезла даже жалость, оно стало холоднее всего на свете.
— Просто в тот день я хочу поехать не в Чхунчхон, а в Хончхон.
— В Хончхон? Если хочешь туда, поедем туда. Есть какой-то особенный пансионат, в котором ты хочешь побывать?
— Да. Поэтому я уже забронировала место.
— Уже забронировала?
Сон А открыто усмехнулась в лицо Джэ Сину, который спросил об этом с удивлением. Только тогда Джэ Син, видимо, почувствовав неладное, слегка нахмурился. Сон А заговорила с издевкой:
— Вы соображаете медленнее, чем я думала.
— О чем... ты говоришь?
— У меня появился другой мужчина. Давайте больше не будем встречаться.
— Что?
Сон А внимательно наблюдала за нелепым выражением лица Джэ Сина, застигнутого врасплох этой абсурдной новостью.
— Вчерашняя ночь была своего рода тестом.
— Тестом?
— Благодаря этому я решила бросить начальника отдела без малейшего сожаления. Спасибо. За то, что отвернулись от меня вчера ночью.
— Эй, Юн Сон А.
Только теперь Джэ Син, кажется, полностью осознал её слова, и его лицо и голос стали резкими. Непоколебимая Сон А вела себя еще более непринужденно.
— Видимо, вы не ожидали? Что такие слова первыми сорвутся с моих губ.
— Что ты сейчас со мной делаешь? Ты хочешь сказать, что вчерашнее событие тебя настолько задело?
— Это не каприз и не уловка. Я просто хочу одного — чисто и окончательно закончить наши отношения прямо здесь.
Лицо Джэ Сина в конце концов покраснело от гнева. Он выглядел так, будто с трудом сдерживает желание взорваться прямо сейчас, и, казалось, считал её наглой за то, что она посмела сказать такое.
«Кто из нас еще наглый?»
Сон А надавила на него еще сильнее.
— Почему? Вы собирались на мне жениться?
— Ты заводишь этот разговор, чтобы я предложил тебе пожениться?
— Я спрашиваю. Начальник отдела, вы собирались на мне жениться?
Взгляд Сон А, непривычно дерзкий, застыл на губах Джэ Сина. Ей было любопытно, какой ответ он выдаст. Но даже в конце концов Джэ Син не выдал такой лжи. Сон А, которая только что решила со всем покончить, но глупо надеялась еще раз, почувствовала, как её рана стала еще на слой глубже.
— А ты? Собираешься замуж за этого парня?
Спустя долгое время Джэ Син наконец выдал это, и Сон А невольно хмыкнула с презрением. Джэ Син, казалось, просто был задет в своём самолюбии. Без капли сожаления о ней самой. Сон А посмотрела на него еще более вызывающе.
— Кто знает. Но было бы неплохо, если бы так случилось. Он действительно прекрасный мужчина.
Джэ Син снова не смог скрыть уязвленного самолюбия и яростно скривился. Через мгновение он спросил, явно с трудом подавляя ярость:
— Что за парень? Почему ты переметнулась к нему? Чего я тебе не додал?
— Верно. Начальник отдела относился ко мне хорошо, ни в чем не отказывая.
— Тогда почему ты ушла к нему? Тот придурок удовлетворяет тебя больше?
От вопроса, оказавшегося куда более ребяческим, чем она ожидала, Сон А снова сдержала смех. Его реакция была просто смехотворной. Сон А любила Джэ Сина, который был на семь лет старше её, за его зрелость. Однако иллюзия, которую она сама себе создала, в очередной раз с треском разбилась. Джэ Син, который выглядел откровенно мелочным, уже давно перестал иметь хоть что-то общее с великодушием.
— Да. Он удовлетворяет меня во всех смыслах.
— Что конкретно?
— И то, как он прёт напролом до беспамятства, и то, как он изводится от ревности из-за мелочей, и то, как он донимает меня, желая показать всем вокруг, — и днём, и ночью я всем довольна.
В ответ на её слова Джэ Син, не скрываясь, продемонстрировал кипящий гнев, с которым не мог совладать. Сон А, не обращая внимания, с улыбкой на лице взяла чашку. Остывший чай показался ей горьким, как чувства Джэ Сина к ней, но Сон А проглотила его, притворяясь, что всё в порядке. Как и говорил Хён Сын, даже некрасивая любовь была любовью, и она решила принять это как свою долю, смиренно и кротко.
— Ты всегда была такой женщиной? — снова насел Джэ Син, словно больше не мог терпеть.
Сон А ожидала, что от такого незрелого человека последуют подобные слова, поэтому, поставив чашку, сразу парировала:
— Такой женщиной? Это какой же?
Сон А снова посмотрела прямо на Джэ Сина. Прежде чем он успел что-то сказать, она открыла рот первой.
— Вы про ту женщину, которая считает двойную игру пустяком, говорит «люблю» и здесь, и там, спит и здесь, и там, а потом вот так нагло вываливает всё это, не чувствуя ни капли вины или угрызений совести?
Каждое её слово, казалось, попадало в цель, и брови Джэ Сина вздрагивали. Но Сон А этого было мало. Она не собиралась раскрывать, что знает о его двойной игре, но намеревалась воспользоваться этим фактом. Она будет и дальше наслаждаться зрелищем того, как Джэ Син, не желая становиться виноватым и не решаясь признаться, изнывает от беспокойства.
— Но я хотя бы не назначала дату свадьбы с другим человеком, прежде чем сообщить об этом.
Брови Джэ Сина снова дернулись.
— И я не скрывала всё до последнего, чтобы в один прекрасный день внезапно бросить свадебное приглашение в лицо.
На этот раз между его бровей залегла глубокая складка.
— К тому же, прошло всего три месяца. Я не выставляла вас слепцом на протяжении целого года.
Его слегка прищуренные, хитрые глаза теперь, казалось, выражали подозрение: неужели она что-то знает? Сон А не собиралась уклоняться и прямо встретила его взгляд.
— Ты...
Наконец он открыл рот. Но больше не произнес ни слова. Как бы он ни подозревал, он не мог так просто признаться в этом сам.
— Что? Если есть что сказать, говорите.
— Ты, случайно...
Скрывая все эмоции, Сон А продолжала пристально смотреть на Джэ Сина. Джэ Син так и не показал своего истинного, уродливого обличья. Казалось, он намерен до конца скрывать его, выставляя её единственной виновницей.
«Мелочный и вдобавок коварный человек».
Сон А ещё сильнее похолодела лицом.
— Кажется, нам больше не о чем говорить. Будем считать, что на этом наши отношения закончены?
В ожидании ответа Сон А в упор смотрела на Джэ Сина. Он продолжал крепко сжимать губы. Поскольку ей не обязательно было слышать ответ, Сон А собрала вещи и встала. Она уже собиралась уйти, когда услышала голос Джэ Сина:
— А если я скажу, что не могу расстаться?
Если бы Сон А была хоть чуточку глупее, она бы приняла эти слова за надежду. Она бы подумала, что он собирается порвать с Хё Джу и выбрать её, и, обрадовавшись, отменила бы всякое расставание и бросилась бы в его объятия.
Но Сон А не была настолько глупа. Она понимала, что слова Джэ Сина продиктованы уязвленной гордостью, и он удерживает её сейчас лишь для того, чтобы бросить её позже самому.
«Как и говорил Хён Сын, я, кажется, знатно растоптала его гордость».
Сон А с трудом подавила порыв усмехнуться и посмотрела на Джэ Сина с притворным удивлением.
— Не можете расстаться?
— Я не хочу тебя так терять, Сон А. Подумай еще раз. Мне действительно искренне жаль за то, что я не пришёл вчера ночью.
— Вы сможете простить мне двойную игру?
— Смогу. Если ты выберешь меня... У тебя ведь еще остались чувства ко мне, верно?
Сон А не ответила. Джэ Син, казалось, и так в этом не сомневался, поэтому ответ был не нужен.
— Начальник отдела, должно быть, вы меня очень сильно любили.
— Я думал, что достаточно доказал это за всё время, но, видимо, тебе было мало. Прости. В будущем я буду стараться больше.
Джэ Син с мольбой посмотрел на неё. Если бы Сон А смотрела, ничего не зная, она бы поверила, что в его взгляде искренность. Но всё это была актерская игра.
И он, и она — оба вели пустую игру без капли искренности, и это было настолько смешно, что Сон А едва сдерживала смех. Подавив смех внутри, Сон А посмотрела на Джэ Сина так, словно его слова поколебали её решимость.
— Тогда... может, нам и правда пожениться?
Как и ожидалось, только в этом вопросе Джэ Син не смог соврать — его зрачки снова забегали.
«Значит, всё-таки не настолько он конченый?»
Однако Сон А тут же отчитала себя за подобные мысли.
— Ты действительно этого хочешь? Свадьбы со мной?
— А если хочу? Вы женитесь?
— Хорошо. Тогда давай в будущем серьёзно об этом подумаем. У меня пока не было мыслей о браке. И мне казалось, что у тебя тоже.
— Ха.
Прежде чем Сон А успела сдержаться, у неё вырвался смешок. Жаль, что она не записала его слова на диктофон. Интересно, как бы отреагировала Хё Джу, услышь она это?
Сон А думала, что Хё Джу не знает о двойной игре Джэ Сина. Если бы знала, то не сидела бы сложа руки, когда до свадьбы осталось всего два месяца. Вспоминая лицо Хё Джу в салоне свадебных платьев, Сон А помнила, что та выглядела такой же счастливой, какой была сама Сон А до того, как увидела их. Зная ситуацию, она бы так не светилась.
— Давай так и сделаем. Подумай еще раз.
Не подозревая, о чём думает Сон А, Джэ Син вцепился в неё с еще большим отчаянием. Сон А молча смотрела на него, притворяясь сомневающейся, и вдруг коротко усмехнулась.
— Прошу прощения. Думаю, свадьба с начальником отдела — это всё-таки не то. Вы больше не привлекаете меня как мужчина, так что причин для этого нет.
— Что? Что ты сейчас делаешь? Ты издеваешься надо мной?
По-настоящему разозлившись, Джэ Син резко вскочил. Сон А не чувствовала ни страха, ни угрозы.
— Вам так показалось? Если так, прошу прощения. А теперь мне пора. Я хочу поскорее оказаться рядом с человеком, которого хочу видеть.
Слегка поклонившись Джэ Сину, Сон А развернулась.
— Ах!
Внезапно ей пришла в голову мысль, и она снова остановилась, поворачиваясь к Джэ Сину.
— Хоть всё и закончилось вот так, время, проведённое с начальником отдела, было неплохим. Поскольку наши отношения были тайной, надеюсь, это не создаст неудобств на работе.
Понаблюдав, как лицо Джэ Сина медленно бледнеет от шока, Сон А снова отвернулась. От отвращения к нему ей хотелось немедленно выплеснуть всё, что было внутри, но Сон А твердо шагала прочь.
— Эй! Юн Сон А!
Полный ярости голос Джэ Сина преследовал её в спину. Но Сон А, хладнокровно выходя на улицу, не замедлила шаг.
http://tl.rulate.ru/book/177539/15980944
Готово:
