На улицах уже стемнело.
Сейчас они сидели на скамейке в некотором отдалении от двух сцен, возведенных на площади Хондэ. На скамейке рядом сидели девушка, глубоко нахлобучившая кепку, и мужчина средних лет в панаме и солнечных очках, несмотря на ночное время.
Это были айдол Хан Сэа и Директор SJ Ли Санджин. Ли Санджин проворчал с недовольным видом:
— В моем возрасте и заниматься таким. Я мог бы просто получить отчет в офисе, и этого было бы достаточно...
— Почему вы так говорите? Вам разве не в радость подышать свежим воздухом после того, как вы целыми днями просиживаете в четырех стенах?
Хан Сэа продолжила с сияющей улыбкой:
— К тому же этот фестиваль — довольно значимое событие и для вас, Директор. Ведь это была ваша дебютная сцена.
— Хм.
Ли Санджин усмехнулся и посмотрел на две сцены перед собой. Две сцены стояли необычайно близко друг к другу. До такой степени, что музыканты, поднявшиеся на помост, могли воочию наблюдать за выступлением другой команды, играющей в то же самое время. Это разительно отличалось от обычных фестивалей, где сцены стараются разнести как можно дальше, чтобы звуки не накладывались друг на друга.
«Почти ничего не изменилось с моих времен».
Удивительно, но эта причудливая система была традицией, которой «Фестиваль инди-музыки в Хондэ» придерживался до сих пор. В те времена, когда фестиваль только начинался, из-за плохих условий было невозможно найти достаточно большую площадку для выступлений. Поэтому был придуман такой способ, чтобы дать шанс как можно большему количеству музыкантов в ограниченном пространстве.
Из-за этого музыкантам того времени приходилось выкладываться на полную, стараясь выделиться на фоне других коллективов, выступающих одновременно с ними. Именно в процессе такого соперничества на свет появилось множество выдающихся музыкантов, чьи имена навсегда вошли в историю корейской популярной музыки.
Конечно, сейчас сцены не стояли вплотную друг к другу, как в самом начале, но расстояние всё равно было таким, чтобы можно было видеть и чувствовать выступление соперника — так поддерживалась традиция.
«Хотя, по сути, это лишь пережиток прошлого».
Ли Санджин как раз цинично улыбался этой мысли, когда...
— О! Кажется, скоро начнется!
Хан Сэа радостно улыбнулась и указала пальцем в сторону сцены. И действительно, на огромных экранах, установленных позади каждой площадки, крупными буквами высветились имена музыкантов, которые должны были выйти следующими.
«NOX»
«Ли Чихан»
Люди, завидев это, начали восторженно кричать. Из-за этого даже простые прохожие, не имевшие отношения к фестивалю, стали подходить ближе с любопытством на лицах.
«Как и ожидалось от NOX. Подавляющее преимущество».
На лице Ли Санджина заиграла довольная улыбка. На самом деле, большинство зрителей сейчас столпилось именно у сцены NOX. В то время как сцена Ли Чихана была практически пуста, не считая нескольких прохожих, лениво околачивающихся рядом из любопытства.
«С самого начала этот бой не имел смысла из-за разницы в узнаваемости».
Разве NOX — это не группа ветеранов, которые, пройдя через все трудности, годами защищали корейскую инди-сцену? Их неугасающую популярность и мастерство признавал даже Ли Санджин, который сам давно покинул этот мир.
И вот, старшеклассник, который только начал заниматься музыкой, выступает против NOX? С самого начала это было противостояние, которое не могло закончиться честно.
«Собственно, поэтому я и поставил его против NOX».
Внезапно Ли Санджину вспомнилась сделка с Ким Понсиком, председателем фестивального комитета. Суть была в том, что если Ли Чихану выделят то же время, что и NOX, SJ выплатит немалую сумму на поддержку фестиваля в следующем году. Для Ли Санджина это было в некотором роде убытком, но это было необходимо, чтобы окончательно закрыть вопрос с фичерингом для альбома Хан Сэа. Зная характер Хан Сэа, он понимал, что она не примет отказ, пока не увидит полное поражение.
И судя по ситуации на сцене, всё шло в точности по плану. Словно желая закрепить успех, Ли Санджин посмотрел на Хан Сэа.
— Ты ведь точно помнишь наше обещание?
— Конечно. Неужели вы думаете, что я уже забыла?
Хан Сэа с улыбкой кивнула.
— Если Чихан не сможет заполнить все зрительские места, разговор о фичеринге прекращается. Верно?
— Да. Каким бы ни был результат пари, ты признаешь поражение без лишних слов. Поняла?
— Да-да. Могут ли быть сомнения?
Несмотря на серьезный тон Ли Санджина, Хан Сэа выглядела расслабленной. Было в её виде что-то такое... уверенность, что она не проиграет этот спор?
«Неужели она пришла не с пустыми руками?»
Конечно, Ли Санджин тоже знал, что способности этого парня, Ли Чихана, были незаурядными. Живое выступление в репетиционном зале тогда тронуло даже его сердце, известное своей придирчивостью. Но всё же, разве он не просто неопытный школьник? Он не мог переломить атмосферу, которая уже настолько склонилась в пользу соперника.
«Но что, если он всё же перевернет ситуацию?..»
Ли Санджин усмехнулся.
«Если так, то, возможно, я действительно, как и говорила Сэа, не разглядел будущую суперзвезду».
Как ни посмотри, вероятность этого была ничтожно мала. Именно об этом думал Ли Санджин, когда...
Щёлк!
Внезапно погас свет, освещавший сцену. Последний этап «Фестиваля инди-музыки в Хондэ» вот-вот должен был начаться.
В то же время за кулисами.
— Выходим через десять минут. Приготовьтесь!
По тревожному крику стаффа участники NOX с суровыми лицами покрепче сжали свои инструменты. Несмотря на то что они были ветеранами, работавшими в этой сфере уже более десяти лет, они всё равно всегда нервничали перед выходом на сцену.
— ...Слушай, Сынчхан-хён.
Тишину прервал гитарист NOX.
— Что? В чем дело?
— То, что мы решили сделать в самом начале выступления. Точно ли всё будет нормально, если мы так и поступим?
На его лице отразилось беспокойство. Речь шла о так называемом «Риффе Дэвиса», который он исполнил в зале ожидания, чтобы подавить дух противника. Они решили продемонстрировать этот «Рифф Дэвиса» перед основным концертом, чтобы вызвать мгновенный отклик публики в самом начале выступления.
Ю Сынчхан наклонил голову.
— Почему? У тебя внезапно пальцы заболели?
— Да нет...
Гитарист замялся, а затем продолжил:
— Слова того пацана не выходят у меня из головы. Насчет того, что это просто быстро, но ритм совершенно не выдержан. Честно говоря, я и сам отчасти был с этим согласен. Но когда этот сопляк прямо на это указал, мне стало как-то не по себе. Хён, может, нам лучше сыграть как обычно...
— Приди в себя, придурок. Совсем струсил.
Ю Сынчхан шутливо улыбнулся и положил руку на плечо гитариста.
— Мы же NOX. Сколько лет мы уже в этом деле, неужели мы позорно пойдем на попятную из-за слов какого-то желторотика?
— Но...
— Всё! По-моему, в нашей стране и десяти человек не найдется, способных сыграть «Рифф Дэвиса» так, как ты. Я тебе гарантирую.
И это были не просто слова поддержки — так оно и было на самом деле. «Рифф Дэвиса» обладал такой запредельной сложностью, что называть его просто упражнением для разминки было кощунством. Говорили, что просто догнать его по скорости не под силу никому, кроме первоклассных гитаристов.
— Тот парень наверняка просто наболтал чего-то, что где-то слышал, сам в этом не разбираясь. Так что давай покажем этому наглецу, что мы за команда. Идет?
— ...Ага, спасибо, хён.
Гитарист широко улыбнулся, кажется, придя в себя. Благодаря этому остальные участники тоже заметно расслабились.
— Ну что, пойдем зажжём!
С этими словами участники NOX, словно сорвавшиеся с цепи дикие кони, вышли на сцену.
— О-о-о-о-о! Это NOX!
— Мы заждались, скука смертная была!
— Любим вас! NOX!!
Пространство прямо перед сценой уже давно было захвачено преданными фанатами NOX. А за ними постепенно начали собираться и обычные прохожие.
«Ну и как там его выступление?»
Взгляд Ю Сынчхана переместился на цену Чихана, расположенную напротив. Как и ожидалось, по сравнению со сценой NOX, она выглядела более чем жалко.
«Как ни крути, это наша территория».
На лице Ю Сынчхана расцвела довольная улыбка. Теперь пришло время показать этому неженке, выращенному в оранжерее крупного агентства, каков на вкус суровый мир Хондэ.
— Ну что, все готовы повеселиться?
— О-о-о-о-о!
Зрители ответили на крик Ю Сынчхана бурными овациями. В тот же миг гитара гитариста начала извергать огонь.
Дзиииинь! Кииииинь!
Благодаря поддержке Ю Сынчхана и восторженным крикам толпы, в «Риффе Дэвиса», который исполнял гитарист, не чувствовалось ни капли сомнения.
«Нет, это даже лучше, чем раньше».
Гитара, словно одержимая, источала громоподобные звуки. Зрители застыли с такими лицами, будто от этой виртуозной техники у них пропал дар речи.
«Есть! Атмосфера полностью на нашей стороне».
Очевидно, если всё пойдет так и дальше, эта ночь будет принадлежать NOX.
«Что ж, начнем?»
Ю Сынчхан улыбнулся и уже собирался начать подготовленный репертуар, когда...
— О-о-о-о-о-о!
Внезапно откуда-то донесся оглушительный рев. Звук явно шел с противоположной сцены.
«Что?»
Почувствовав неладное, Ю Сынчхан снова перевел взгляд на соседнюю сцену. И там его взору предстала картина, совершенно отличная от прежней.
Гул и шум.
Сцена, которая еще мгновение назад была практически пуста, теперь была заполнена почти наполовину. И даже сейчас она продолжала стремительно заполняться новыми людьми.
«Да что там, черт возьми, происходит?»
На лице Ю Сынчхана начало проступать замешательство.
Ли Санджин был удивлен внезапной переменой не меньше.
«Ха, это же просто невероятно...»
Ли Санджин стоял как раз посередине между двумя сценами. Поэтому он находился в идеальной позиции, чтобы видеть всё, что происходит на обеих сторонах.
Всё началось со сцены NOX.
Дзиииинь! Кииииинь!
Это был отличный, хоть и немного грубоватый «Рифф Дэвиса». Впрочем, это было ожидаемо. Несмотря на предвзятое мнение о том, что панк-музыканты не умеют играть вживую, мастерство участников NOX было на высоте. И в особенности техника гитариста — она была одной из лучших в стране.
«Неужели чуда не случится?»
Ли Санджин уже подумал, что легко выиграл пари у Хан Сэа. Пока Ли Чихан, стоявший на своей сцене, не улыбнулся и не ударил по струнам.
Дзиииинь!
— Что? — невольно вырвалось у Ли Санджина.
Звуки, летевшие из-под пальцев юноши, тоже определенно складывались в тот самый «Рифф Дэвиса», славящийся своей сложностью. К тому же...
«Это звучит точь-в-точь как тогда...»
В голове Ли Санджина мгновенно всплыло то потрясение, которое он испытал, когда впервые в жизни услышал «Рифф Дэвиса».
Это было давным-давно, он даже не помнил когда, на экране старого шипящего черно-белого телевизора. Белый мужчина в телевизоре играл на гитаре с таким невозмутимым видом, будто в этом не было ничего особенного. Но больше всего Ли Санджина поразила не скорость — пальцев было не разглядеть, — а чувство ритма, которое музыкант не терял даже на такой скорости.
С тех пор бесчисленное множество гитаристов пытались повторить этот «Рифф Дэвиса», но лишь избранным единицам удавалось идеально воссоздать то самое чувство ритма.
«Но как этот сопляк смог?»
Ли Санджин, словно завороженный, уставился на руки Чихана.
Дзиииинь!
Если в исполнении NOX чувствовалось, что они зажаты в тисках ритма, то игра юноши была полной противоположностью. Словно этот рифф был для него детской площадкой, где он мог свободно танцевать.
Даже без особых усилий ритм вязко облеплял каждую ноту, которую извлекал юноша. В это мастерство было невозможно поверить — ведь перед ним был старшеклассник.
«Неужели то, что он показал тогда в студии звукозаписи, не было его пределом?»
Исполнение NOX уже давно стерлось из памяти. Может, поэтому? Прохожие, словно околдованные, начали медленно стекаться к сцене Чихана. Это было естественно — при прочих равных люди всегда выбирают лучшее исполнение.
Глядя на сцену, которая уже была заполнена почти наполовину, Ли Санджин в тревоге стиснул зубы.
«Настоящее шоу еще даже не началось».
Как бы он ни был хорош, в конце концов, концерт невозможно вытянуть на одной гитаре. «Рифф Дэвиса» — это лишь разогрев перед основным выступлением, и когда начнутся подготовленные песни, атмосфера вполне может снова измениться. Ведь у NOX было гораздо больше хитов, известных публике.
«...Ну, и какую же песню ты подготовил?»
В тот момент, когда Ли Санджин с напряженным лицом смотрел на Чихана...
Щёлк!
По сигналу Чихана участники Blue Rain, словно сговорившись, одновременно начали играть.
Кииииииинь! Ду-ду-ду-дум!
Мощный звук прорезал восторженные крики толпы и ворвался в уши Ли Санджина. Мелодия казалась совершенно новой и в то же время удивительно знакомой.
Ли Санджин вслушивался в исполнение, и вдруг из его груди непроизвольно вырвался смешок.
— ...Ха-а? Ишь ты, посмотрите на этого наглеца?
Хан Сэа, наблюдавшая за ним со стороны, широко улыбнулась. Она выглядела так, будто именно этого и ожидала.
— Знакомая песня, не так ли?
На невинный вопрос Хан Сэа Ли Санджин ответил взглядом, полным изумления.
Еще бы ему не знать. Название этой песни — «Ночной пляж».
Легендарный хит, ставший символом эпохи расцвета рок-группы «Хвальхвасан». И это была песня, которую написал сам Ли Санджин.
Глаза Ли Санджина, устремленные на сцену, остро блеснули.
http://tl.rulate.ru/book/177021/15833611
Готово:
