Башня призрачной крови.
Одна из Сект Зла, обосновавшаяся в провинции Юньнань. О них говорили как о людях жестоких, готовых взяться за любое дело, лишь бы оно приносило деньги.
Типичные представители Сект Зла с порочным нравом, они считались довольно влиятельной силой в Юньнани.
Тридцать элитных бойцов Башни призрачной крови собрались в одном месте.
Причина их сбора была проста — заказ.
Глава Башни призрачной крови Мак Чонсу осушил кувшин с вином одним махом.
Несмотря на то что его свежевыбритая борода была перепачкана алкоголем, он в приподнятом настроении отшвырнул пустой сосуд.
Кувшин разлетелся вдребезги, и Мак Чонсу разразился громогласным хохотом.
— Ха-ха-ха! Какое знатное вино!
— Брат, я вижу, вы в добром расположении духа.
— Еще бы мне не радоваться. Нам подвернулось дельце — прирезать парочку молокососов и получить за это такие огромные деньги. Как тут не радоваться?
Мак Чонсу пребывал в превосходном настроении, предвкушая скорую прибыль.
Внезапный заказ заключался в том, чтобы убить новичков, только что поступивших в Академию Иллюзий.
Поскольку заказ поступил от его старого знакомого Вон Сасэна, Мак Чонсу поначалу колебался. Какой бы сильной ни была любовь к деньгам, Башня призрачной крови была слишком мала, чтобы переходить дорогу Магическому Культу.
Однако, выслушав объяснения Вон Сасэна, он был вынужден согласиться. План состоял в том, чтобы переодеться в воинов Внешних земель, выполнить работу и свалить всю вину на них.
К тому же им не нужно было никуда ехать — мальчишки сами направлялись в Юньнань, на территорию Башни призрачной крови.
Простое задание: спокойно дождаться и убить нескольких юнцов, которые сами ищут свою погибель. Вознаграждение за это почти равнялось доходу всей Башни за несколько месяцев.
От таких перспектив улыбка Мак Чонсу не сходила с лица.
В шумном постоялом дворе находились только воины Башни призрачной крови. Они захватили это место, не заплатив ни медного гроша, и вовсю наслаждались едой и выпивкой.
В самый разгар веселья раздался скрип.
Дверь постоялого двора отворилась, и из ночной тьмы вошел мужчина.
Хозяин заведения поспешно подбежал к нему.
— Извините, но обстоятельства таковы, что сегодня мы не принимаем гостей. Вам лучше поискать другое место...
Лицо хозяина было мрачным. Как оно могло быть иным, когда банда разбойников подчистую уничтожала все его запасы еды и вина? Тем не менее он хотел избежать кровопролития в своем заведении и попытался спровадить вошедшего.
Однако, несмотря на предупреждение, незнакомец невозмутимо прошел вглубь зала и занял свободное место.
Дерзкое поведение неизвестного мгновенно привлекло внимание воинов Башни призрачной крови.
Если бы он просто сбежал, они бы лишь посмеялись ему в след.
Но этот человек вошел внутрь, проигнорировав слова хозяина.
На лицах присутствующих заиграли жестокие ухмылки.
Воины Башни в мгновение ока окружили столик незнакомца.
— Ты покойник...
Грубо оттолкнув заговорившего воина, к столу подошел массивный Мак Чонсу. Все еще сжимая в руке большой жбан с вином, он тяжело опустился на стул напротив незнакомца.
Мак Чонсу тыльной стороной ладони вытер капли вина, стекавшие по подбородку.
— Хе-хе. А ты храбрец, парень. Я и мои братья выкупили это место целиком. Как думаешь, каково нам видеть, что кто-то вваливается сюда без спроса?
В ответ на провокацию Мак Чонсу уголки губ человека в бамбуковой шляпе взлетели вверх.
С язвительной усмешкой незнакомец произнес:
— И что же мне теперь делать?
— Как что?
Мак Чонсу с грохотом поставил жбан на стол и резко встал. Широко расставив ноги, он указал пальцем на просвет между ними.
— Проползи здесь, а потом полай по-собачьи — и я, так и быть, сохраню тебе жизнь.
— Ха-ха-ха-ха!
Подчиненные Мак Чонсу громко захохотали. Пока они заходились в смехе, человек в бамбуковой шляпе, до этого сидевший неподвижно, слегка взмахнул рукой.
В тот же миг из его рукава что-то выскользнуло.
Чж-ж-ж-жт!
Из рукава выпал серп, прикрепленный к тонкой металлической цепи. И красные пятна на лезвии серпа явно были...
«К-кровь?»
Испуганный Мак Чонсу в панике попытался разглядеть личность противника, но было уже поздно.
Вж-жух!
Легким движением запястья цепь пришла в движение, и серп на ее конце взметнулся вверх. В то же мгновение нос Мак Чонсу был срезан вместе с брызгами крови.
— А-а-а-а-а!
Схватившись за лицо, Мак Чонсу повалился на пол.
Человек в бамбуковой шляпе, одним ударом лишивший главаря носа, медленно поднялся с места. Воины Башни призрачной крови, ошеломленные внезапностью происходящего, только сейчас пришли в себя.
— Убейте его!
Они бросились на него со всех сторон.
Но вокруг уже вставшего воина бешено заплясала цепь.
Свист! Всплеск!
Под свистящие звуки цепь и закрепленный на ней серп описывали круги. С каждым взмахом конечности нападавших разлетались в клочья.
Стены и пол постоялого двора в мгновение ока окрасились кровью.
Только когда все соратники, так яростно бросившиеся в бой, были мертвы, в глазах оставшихся воинов Башни призрачной крови промелькнул первобытный ужас.
Человек, превративший заведение в кровавую баню, снял бамбуковую шляпу.
Острый подбородок и пронзительный взгляд.
В его раскосых глазах, напоминавших змеиные, полыхало безумие.
Превратив мир живых в сущий ад, он улыбался, словно получал от этого несказанное удовольствие. Весь забрызганный кровью, он походил на истинного демона.
Мак Чонсу, скорчившийся от боли и прижимающий руки к обрубку носа, посмотрел на противника и задрожал всем телом.
Как он мог не узнать это раньше?
Черная татуировка змеи на предплечье.
Это Кровавый культ Злого Змея.
Организация из Внешних земель, обосновавшаяся на Западе, чье влияние в последнее время росло с пугающей скоростью. Даже дворец Потала, издревле правивший в тех краях, не решался бросать им вызов.
И такой человек из Кровавого культа Злого Змея явился в эту захолустную деревушку.
Но зачем?!
Как только Мак Чонсу понял, кто перед ним, его мысли лихорадочно заработали.
Кровавый культ Злого Змея, змеиные глаза, возраст около сорока пяти лет... И это необычное оружие — цепь с серпом...
«К-кровавый бог пустыни?»
В тот миг, когда он осознал личность противника, отрезанный нос перестал его волновать.
Пятый по силе мастер Кровавого культа Злого Змея.
Человек не того уровня, с которым мог бы тягаться глава мелкой банды вроде него.
Мак Чонсу уткнулся лбом в пол.
Ему было плевать, что подумают о нем подчиненные. Он хотел жить. Не нужно было быть провидцем, чтобы понять, что ждет того, кто разгневает этого чудовищно жестокого человека.
— Пощадите! Великий герой Кровавый бог пустыни!
При звуках своего прозвища мастер, как раз сокрушавший серпом голову очередного воина, остановился.
Он прищурил свои змеиные глаза и усмехнулся.
— О-о. Значит, узнал меня.
— К-как же можно не узнать великого героя Кровавого бога пустыни даже здесь, в Юньнани?
— Вот как? А для того, кто меня узнал, ты устроил больно пышную встречу, когда я вошел...
— Про-простите! Вы были в шляпе, и я не признал вашу благородную особу. Мы признаем свою ошибку и молим о прощении, пожалуйста, пощадите хотя бы тех, кто остался...
— Ошибку? Вы, люди Срединных равнин, называете подобное «ошибкой»?
Хлысть!
Едва закончив фразу, Кровавый бог пустыни молниеносным движением полоснул серпом по глазам стоявшего рядом воина. Он намеренно не стал убивать его, и несчастный, из чьих глаз хлынула кровь, зашелся в мучительном крике.
— А-а-а-а!
Кровавый бог пустыни с интересом наблюдал за мучениями ослепленного врага.
Хотя его подчиненный бился в агонии, Мак Чонсу этого не видел. Он не смел поднять головы, лишь смотрел на приближающиеся сапоги Кровавого бога пустыни и продолжал неистово кланяться.
Остановившись прямо перед распростертым на полу Мак Чонсу, Кровавый бог пустыни слегка наклонился и спросил:
— Жить хочешь?
— Да, да!
— Хочешь, научу, как выжить?
Мак Чонсу начал активно кивать, когда Кровавый бог пустыни широко расставил ноги и указал пальцем на просвет между ними. Он слово в слово повторил то, что ранее сказал сам Мак Чонсу:
— Ползи. А когда проползешь, полай как собака. Тогда я тебя пощажу.
Унизительное предложение.
Но, едва услышав его, Мак Чонсу поспешно пополз между ног Кровавого бога пустыни. Он до смерти боялся, что тот передумает.
Жестокость Кровавого бога пустыни, о которой слышали даже в Юньнани, не поддавалась описанию.
Безумец, который наслаждался убийствами, не щадя ни стариков, ни женщин, ни детей; говорили, что он насиловал женщин, а затем сдирал с них кожу и отправлял останки их семьям.
И это было не всё.
Случай, когда он кромсал ребенка на мелкие кусочки от щиколоток до колен, заставлял сомневаться, человек ли это вообще.
Дьявол, выделявшийся своей злобой даже в печально известном Кровавом культе Злого Змея.
Проползя между ног ради спасения жизни, Мак Чонсу залаял по-собачьи.
— Гав! Гав!
Издав этот лай, Мак Чонсу поднял голову, словно спрашивая: «Теперь-то достаточно?».
Однако...
Увидев, как Кровавый бог пустыни с улыбкой заносит серп, Мак Чонсу в ужасе закричал:
— Ты... ты же обещал пощадить!..
Вжик!
Серп наполовину перерезал шею Мак Чонсу.
Из раны ударил фонтан крови. Повалившись на пол, Мак Чонсу забился в конвульсиях, медленно умирая.
Его можно было убить одним ударом, но Кровавый бог пустыни выбрал этот мучительный способ намеренно.
Глядя сверху вниз на умирающего Мак Чонсу, мастер поковырял в ухе.
— Только идиот станет держать обещание, данное собаке.
С самого начала Кровавый бог пустыни и не помышлял о том, чтобы оставить Мак Чонсу в живых. Он лениво крутанул цепь с серпом.
Свист! Свист!
Оставалось еще несколько воинов Башни призрачной крови.
Но для него они были не более чем добычей.
Лязг! Хруст! Хруст!
Цепь дернулась несколько раз, и воины встретили свою смерть: у кого-то были раздроблены все кости, у кого-то — оторваны конечности.
Расправившись с двумя десятками воинов в считаные секунды, Кровавый бог пустыни небрежно вытер кровь с лица тыльной стороной ладони.
Черная татуировка змеи теперь была багровой от крови.
В этот момент его взгляд встретился с глазами хозяина постоялого двора, прятавшегося в углу.
Оцепеневший от ужаса старик, собрав остатки мужества, поднялся.
Он боялся, что если останется сидеть, его примут за одного из бандитов и убьют. Он хотел показать, что тоже был жертвой.
— Б-благодарю вас, великий герой. Благодаря вам эти негодяи, разорявшие мой постоялый двор...
Хозяин сложил руки в воинском приветствии, но не успел закончить фразу.
Хвать!
Кровавый бог пустыни в мгновение ока оказался рядом и вцепился в горло старика. Тот захрипел, повиснув в воздухе.
Когда Кровавый бог пустыни сжал пальцы сильнее, язык старика вывалился наружу, и в тот же миг серп отсек его.
От болевого шока хозяин мгновенно лишился чувств. Увидев это, Кровавый бог пустыни раздраженно нахмурился.
— А ведь только стало весело.
Те, кто был без сознания, его не интересовали.
Он просто свернул старику шею и швырнул труп на пол.
Среди залитого кровью зала он нашел уцелевший стол и стул и вальяжно уселся. Кровавый бог пустыни взял чью-то недопитую бутылку и начал лить вино прямо в рот.
В этот момент раздался чарующий женский голос:
— Какой же ты все-таки неотесанный.
Услышав женский голос, Кровавый бог пустыни, не говоря ни слова, перевел взгляд. По лужам крови, оставленным трупами, шла женщина.
На вид ей было около двадцати пяти лет.
Она была одета в ярко-красное облегающее платье с разрезом, обнажающим стройные ноги.
Ее волосы были заколоты шпилькой, но несколько прядей нарочито небрежно спадали на белоснежную шею, придавая ей еще более соблазнительный вид.
Губы, накрашенные еще ярче, чем ее наряд, и томный взгляд — она выглядела как истинная обольстительница.
Это была Ночная дева белых призраков, занимающая седьмое место в иерархии Кровавого культа Злого Змея.
Опасная женщина, чья смертоносная сила была скрыта за роковой красотой.
Ночная дева белых призраков с недовольным видом принялась брезгливо пинать разбросанные трупы.
— Убийство — это искусство. Если ты так грубо всех кромсаешь, разве можно назвать тебя мастером? Ты просто мясник, забивающий скот.
Кровавый бог пустыни лишь презрительно хмыкнул.
Она была последним человеком, который имел право попрекать его в жестокости.
Дверь постоялого двора распахнулась, впуская свежий воздух.
Но запах крови от этого стал только гуще.
Снаружи высились горы трупов. Все они были делом ее рук.
Более того, Ночная дева белых призраков вырезала обычных жителей деревни, не владевших боевыми искусствами. Она уничтожила всех без разбору: и женщин, и детей.
И всё лишь ради того, чтобы опробовать свою новую технику боевых искусств.
Кровавый бог пустыни отхлебнул вина и спросил:
— И сколько же людей загубила эта «великая художница»?
— Ну... не знаю. Я считала до шестидесяти, а потом сбилась со счета и бросила это дело.
Услышав этот небрежный ответ, Кровавый бог пустыни коротко бросил:
— Настоящая живодерка.
— Ой. Как грубо ты разговариваешь с дамой.
— Оставь свое дешевое кокетство для кого-нибудь другого. Как продвигаются дела?
— Тридцать процентов намеченных территорий уже под нашим контролем.
— Черт. Еще прорва работы.
Кровавый бог пустыни поднялся.
Он небрежно отшвырнул пустую бутылку в сторону.
Дзынь!
Раздавив сапогом осколки стекла, он зашагал к выходу.
Мир темного пути начал давать трещины.
И Кровавый культ Злого Змея воспользовался этим, чтобы расширить свое влияние в сторону Юньнани.
Грубо вытерев рот, на котором смешались вино и брызги чужой крови, Кровавый бог пустыни вышел на улицу и посмотрел на небо.
Отовсюду доносился густой запах смерти.
Он глубоко вдохнул его и широко оскалился.
— Славная выдалась ночка.
Отряд Академии Иллюзий, отправившийся в экспедицию, во весь опор мчался к цели. Несмотря на усталость от бесконечных ночевок под открытым небом, лица учеников сияли.
С чего-то вдруг Вон Сасэн разрешил им сегодня заночевать в деревне.
Его внезапная перемена — после того как он твердил, что ночлег в поле тоже часть тренировок — казалась странной, но измотанные люди были слишком рады перспективе мягкой постели, чтобы задавать вопросы.
Устали не только люди.
Лошади, на которых они скакали весь путь, были на пределе сил.
Если не считать времени на сон и еду, они неслись без отдыха, так что даже лучшие скакуны начали сдавать.
Сегодня из-за того, что Вон Сасэн явился поздно, выезд задержался, и они до сих пор не добрались до деревни.
Солнце давно зашло.
Видя изможденные лица товарищей, Пу Имин подбодрил их:
— Деревня уже близко! Там мы отдохнем, так что соберитесь, осталось немного!
Все согласно закивали, пришпоривая коней. Ехавший позади всех Вон Сасэн довольно хихикнул.
«Да они же еле в седлах держатся».
Было видно, что они готовы свалиться от малейшего толчка. Наблюдая за этим, Вон Сасэн испытывал удовлетворение от успеха своего плана.
Неужели вы думали, что он предложил отдых в деревне из доброты душевной?
Он заранее договорился встретиться там со своими людьми.
Там их должны были ждать бойцы Башни призрачной крови, которые планировали напасть, как только группа войдет на постоялый двор.
Измотанным воинам Академии Иллюзий будет трудно отразить внезапную атаку, к тому же Башня призрачной крови обладала численным и качественным превосходством.
А если случится худшее и эти молокососы окажут достойное сопротивление, он сам вмешается и поможет нападающим.
«Главное — нейтрализовать Пу Имина, а остальные — просто зеленые новички».
Раскрыв боевой веер, Вон Сасэн расслабленно предавался мечтам. Новички Академии Иллюзий, да еще и из Земной группы — он не ставил их ни во что.
Би Соль, краем глаза заметившая его ухмылку, недоуменно покачала головой.
«Чему он так радуется?»
Не зная о гнусных помыслах Наставника, она все равно испытывала отвращение к его улыбающейся физиономии.
С тех пор как она поступила в Академию Иллюзий, она видела многих, но найти кого-то столь же неприятного было непросто.
Главный распорядитель, который заботится только о своем комфорте и постоянно опаздывает к выезду. Из-за него они каждый день теряли больше половины шичэня, что доставляло остальным немало хлопот.
Хуже всего было то, что он не чувствовал своей вины и не собирался исправляться.
Он считал, что ждать его — это их обязанность, и стоило кому-то проявить хоть каплю недовольства, он тут же менялся в лице. Он снисходил до разговоров только с Пу Имином, полностью игнорируя остальных.
Словно не желал осквернять себя общением с «простолюдинами».
Разве мог кто-то симпатизировать такому человеку?
Только из-за присутствия Пу Имина они не смели ругать его открыто, но все двадцать воинов, независимо от своего происхождения, терпеть не могли Вон Сасэна.
Усталые кони продолжали путь, и вскоре впереди показались очертания деревни.
На лицах воинов промелькнула радость.
Улыбка Вон Сасэна стала еще шире.
«Наконец-то всё закончится».
Они прибыли на место, а значит, его миссия почти выполнена. Академия Иллюзий, которая сидела у него в печенках, скоро останется в прошлом.
— Но-о!
Пу Имин сильнее натянул поводья, и кони ускорили бег.
Достигнув входа в деревню, они, словно по команде, спрыгнули на землю.
Спешившись, люди начали потягиваться, разминая затекшие тела. Вокруг царила тьма, и Пу Имин с озадаченным видом оглядел окрестности.
— Хоть уже и поздно... почему ни в одном доме не горит свет?
Деревню нельзя было назвать огромной, но в ней было несколько сотен дворов. То, что здесь не ощущалось ни малейшего признака жизни, было крайне странно.
Когда Пу Имин остановился, Вон Сасэн поспешно подошел к нему и стал подгонять группу:
— Чего вы застыли? Я специально разрешил вам отдохнуть в деревне, раз вы так устали.
— Но в домах не видно огней...
— Пустые тревоги. Вы видели, который час? Люди в домах у входа уже давно спят. Нам всё равно нужно на постоялый двор, там и отдохнем.
Договорив, Вон Сасэн прикрикнул на остальных:
— Живее, пойдемте же.
Пу Имин с подозрением посмотрел на необычно активного Наставника.
В этот момент Хёк Рёнхви, стоявший позади всех, пробормотал:
— Лучше бы нам туда не входить.
Голос был тихим, но Пу Имин и остальные услышали его. Все взгляды обратились к Хёк Рёнхви.
— Наставник Вон, подождите минутку.
— Да чего ждать...
— Я сказал: подождите.
Взгляд Пу Имина, брошенный на Вон Сасэна, был ледяным. Тот вздрогнул, а Пу Имин тем временем подошел к Хёк Рёнхви и спросил:
— Что ты имеешь в виду?
— Разве мы не приехали сюда отдыхать?
— Верно.
— Тогда это место явно не для отдыха.
— О чем ты? Почему ты так решил?
Пу Имин задал вопрос повторно, а Вон Сасэн тем временем облизнул пересохшие губы. Какого черта происходит, когда они уже почти у цели?
Вон Сасэн поспешно вмешался:
— Инструктор Пу. Как вы, будучи инструктором, можете идти на поводу у мальчишки-первогодки...
— Я лидер этого отряда. Слушать каждого из них — это тоже моя обязанность. Разве нет?
Осадив Вон Сасэна, Пу Имин снова повернулся к Хёк Рёнхви.
— Я знаю, что ты не из тех, кто болтает попусту. Договаривай.
Хёк Рёнхви ответил коротко:
— Просто я не хочу спать на трупах.
— На трупах?
Пока ошеломленный Пу Имин переспрашивал, Хёк Рёнхви, до этого смотревший куда-то вдаль, внезапно решительно зашагал в глубь деревни. Остальные, словно завороженные, последовали за ним.
Пройдя несколько шагов, Хёк Рёнхви внезапно наклонился и прижал ладонь к земле.
Его рука, наполненная внутренней энергией, легко вошла в почву. А когда он выдернул ее обратно, в его пальцах что-то было.
Это была отрезанная рука.
Совсем маленькая, принадлежавшая ребенку, которому не было и десяти лет.
Лица всех присутствующих мгновенно побледнели.
Хёк Рёнхви, держа руку, медленно огляделся.
Он почувствовал это еще на подходе, но здесь, внутри деревни, запах крови в воздухе стал невыносимым.
Запах был слабым, почти неощутимым для обычного человека, но он не мог укрыться от обостренных чувств Хёк Рёнхви.
Их засыпали землей, но он знал.
Там, под его ногами... нет, по всей деревне, под слоем земли покоятся сотни растерзанных тел.
Хёк Рёнхви прошептал:
— Это не деревня... это кладбище.
http://tl.rulate.ru/book/176939/15815722
