— Хёк, ты должен показать на этом турнире отличные результаты. Только тогда, я думаю, ты сможешь найти себе достойную невесту.
— Ну, такие мысли посещали и меня, но, живя бок о бок с братом Ли, мне стало так спокойно, что я даже не уверен, нужно ли это...
— Сегодня Хёк сам не свой...
— Великий Герой Пхэн! Вы что, совсем перестали понимать намеки?
— Брат Пхэн, пойдемте. Тогда я отправляюсь вместе с братом. Пожалуйста, присмотрите за моим учеником эти несколько дней.
— Счастливого пути.
Поскольку в Турнире Золотого Дракона на Великом турнире Мурима участвовали воины от тридцати до пятидесяти лет, большинство из них уже были достаточно известны в мире боевых искусств.
По этой причине первый и второй отборочные этапы, которые проводились на Турнире Лазоревого Дракона, здесь были опущены за ненадобностью.
Однако Союз Мурима рассудил, что именно это дает возможность вражеским лазутчикам проникнуть внутрь. Поэтому они сосредоточились на использовании особых формаций, призванных проверить характер и истинную натуру человека.
Как и было объявлено заранее, присутствующим постоянно напоминали, что уровень мастерства боевых искусств не является абсолютным критерием отбора.
Пхэн Хёк вписал свое прозвище в книгу посещений, которую ему протянул страж ворот Союза Мурима.
«Непобедимый Кулак Синей Волны Пхэн Хёк»
А рядом с его именем было начертано:
«Король лесного боя Чан Ун»
— Брат, идемте скорее.
— Да... идем.
— Что случилось?
— Когда меня попросили вписать имя или прозвище, я вспомнил о титуле «Непобедимый Кулак Синей Волны», который получил на Южном море. Но когда я его записал, страж ворот сказал мне: «Благодарим вас за труды на Южном море».
— Вы ведь стали довольно известны после того случая с истреблением пиратов и вторжением пиратов Вако. Но почему вас это так задело?
— Просто внезапно вспомнились слова, которые мы вчера вечером обсуждали за чаркой вина с братом Ли...
— И что же это были за слова?
— Да ничего особенного. Брат Ли сказал, что мы многого достигли и преуспели... У нас есть деньги, заработанные во время службы в Императорском дворце, наших боевых искусств достаточно, чтобы постоять за себя, а теперь мы даже получили прозвища в Муриме. Он сказал, что это действительно успешная жизнь, и горько усмехнулся, вспомнив, как во времена жизни во дворце мы думали, что на этом наша судьба и закончится.
— Неужели у брата Ли Суёна действительно нет никаких амбиций насчет славы или других мирских желаний?
— Почему же? У него тоже их много. Точнее, было много. Но в последнее время он увлекся чтением книг о Срединном пути и даосизме, вот и стал похож на лесного отшельника. Позже я расскажу тебе о тех временах, когда он был полон жадности.
— Да, это было бы интересно. Расскажете как-нибудь под закуску и выпивку.
Войдя внутрь, Пхэн Хёк разделился с Королем лесного боя и был сопровожден в отдельный флигель для ожидания.
Поскольку Чан Чхоль и Сон Ён рассказывали, что при входе в постоялый двор активировалась формация, он ожидал появления воина, который проводит его в гостевой дом или ресторан, и спокойно сидел во внутренних покоях.
В этот момент дверь внезапно распахнулась, и в комнату ворвалась женщина.
— Эй! Это ты тот самый Непобедимый Кулак Синей Волны Пхэн Хёк, что ловил пиратов и сокрушил вторжение пиратов Вако в Южном море?
— Я делал это не в одиночку, но это прозвище действительно относится ко мне. Позвольте узнать, кто вы, госпожа, раз врываетесь с такими словами?
— Ты! Значит, и вправду умеешь драться?
— Ну... по крайней мере, я не из тех, кто дает себя в обиду. Так кто же вы, госпожа?
— Сейчас ты ничем не занят, верно?
— Я ожидаю своей очереди на турнире.
— Я все разузнала, твой черед сегодня не настанет... Идем за мной.
«Хм? Может, это часть формации? Задача, где я должен выбрать — следовать за ней или нет?»
— О чем ты там глупо задумался? Дядя, я же говорю, твоя очередь не сегодня. Так что просто пошли со мной. Ты что, не понимаешь человеческую речь?
«Ну и ладно, что в этом такого? Как и говорил брат Ли, я уже добился успеха... К чему мне так уж цепляться за этот турнир?»
— Хорошо, пойдем. Но если я пойду с тобой, ты угостишь меня чаркой? К слову, я предпочитаю Цзяньнаньчунь...
— Ого, а у тебя придирчивый вкус. Я куплю тебе бутылку, но Цзяньнаньчунь слишком дорогой, так что забудь. Будешь пить то, что дадут. Понял?
— Ладно, договорились. Идем.
Пхэн Хёк вместе с незнакомкой перемахнул через стену рядом с главными воротами Союза Мурима. Помог девушке, которая с трудом карабкалась по стене, и, вопреки ожиданиям о тайной встрече, они просто ели ледяную стружку на рынке и лапшу в захудалой забегаловке под навесом у дороги.
Устроившись в углу, они ели лапшу, и девушка заказала Пхэн Хёку бутылку огненного вина — хваджу.
Сгустились сумерки, взошла яркая луна. Обычная лапша и чарка вина в компании таинственной девушки, чьего имени он даже не знал, в придорожной палатке...
«Ха, так вот каково это чувство. Неужели я втайне завидовал брату Ли? Почему в этот непонятный момент я ощущаю такое спокойствие и полноту жизни? А атмосфера... действительно хороша».
— Дядя! Почему у тебя такое лицо? Ты говорил, что любишь Цзяньнаньчунь, а от обычного хваджу выглядишь самым счастливым человеком на свете.
— И то правда. У меня сейчас на редкость странное и приятное настроение... Ха-ха.
— Что за... странный вы...
— Кстати говоря, кто вы, госпожа? Почему вы перелезаете через стены Союза Мурима и ведете себя на рынке как обычная девушка своего возраста? Я не чувствую в вас злой энергии или дурных намерений... Вы что, дочь самого главы Союза?
— Ого! Я думала, вы медведь, а вы — лис?
— Что? Неужели правда? Вот черт! Объясните же, в чем дело.
— Что? Значит, вы не знали?
— Откуда мне знать?
— Вы же только что угадали.
— Это потому, что мы были в Союзе Мурима, и я просто ткнул пальцем в самого главного человека там.
— В любом случае, вы не совсем медведь. Хи-хи! По габаритам-то точно медведь... Простите. Меня зовут Ли Хварён, и мой отец — глава Союза. Мне просто хотелось делать то, что делают мои сверстники на рынке, но мне не разрешали, вот я и сбежала.
— Но почему выбрали меня?
— Мне было любопытно. Хотелось узнать о ваших впечатлениях от моря, о том, как вы истребляли пиратов и отражали вторжение пиратов Вако, дя... Простите, Великий Герой Пхэн...
— Давайте оставим «дядю». И что же дальше?
— Моя мама умерла, когда я была маленькой. К тому же, из-за того что отец стал главой Союза, мне пришлось жить там, и мои передвижения стали сильно ограничены. К тому же я не могу толком изучать боевые искусства.
— Раз ваш отец — глава Союза, разве вы не должны были обучиться хотя бы основам?
— Говорят, из-за болезни в детстве у меня возникли проблемы с даньтянем. Когда Божественный врач посещал Союз, он осмотрел меня и сказал, что я буду здоровее обычных людей, но освоить боевые искусства выше первоклассного уровня мне будет трудно. Для ребенка главы Союза это означает быть неполноценной. Отцу ведь тяжело от этого, верно? Поэтому у меня много охранников. Простите, что втянула вас в эти неприятности.
— Нет, это ведь не ваша вина. Но если это из-за детской болезни, разве это нельзя вылечить? Раз Божественный врач сказал «трудно», а не «невозможно», значит, способ должен быть, хоть и сложный...
— Вы и вправду настоящий лис. Но этого способа считай что нет. Говорят, среди скорпионов в Великой Пустыне есть Король Скорпионов. Нужно достать его внутреннее ядро, изучить суть Искусства йогического контроля из Тянчжу, чтобы сделать тело гибким, и в этом состоянии мастер с внутренней энергией в пять циклов должен пробить и расширить заблокированные каналы. Это невозможно. Мне и не нужно так уж сильно владеть боевыми искусствами. Просто мне горько от того, что я — слабое место своего отца...
— Но почему вы рассказываете такие болезненные подробности мне, человеку, которого видите впервые?
— И вправду. Нет, подождите! Это же вы спросили!
— И что, вы всегда так раскрываете душу каждому, кто спросит?
— Ой, как подло! Ладно. Видимо, ночной воздух настроил на сентиментальный лад.
— Вы закончили с едой?
— А? Почему так внезапно... Что-то случилось?
Пхэн Хёк, говоря это, изменил положение, словно закрывая собой Ли Хварён.
— Не пора ли тебе выйти? Ты двигался скрытно, и я не сразу тебя почувствовал, так что прошу прощения за задержку с приветствием. Выходи сейчас же.
— А у тебя хорошее чутье. Я пришел, чтобы сорвать турнир Союза Мурима, но тут подвернулась информация, что дочь главы вышла на прогулку. Кажется, это дар небес. Что скажешь на это?
— Заткнись... Ты еще кто такой?
— Какой дерзкий малец. Я — Мак Са-мён, прозванный Четырежды Смертоносной Кровавой Звездой Хэбэя. Слыхал о таком?
— Да ты бредишь, старик. Не слышал я о тебе. Псих несчастный! Тебе уже в гробу прогулы ставят, какого черта ты приперся в такую даль, в этот Ухань?
— Ах ты, смертник!..
— Госпожа исчезла! Искать повсюду!
— Глава, кажется, госпожа отправилась на рынок.
— Опять эта девчонка... Пусть командир отряда Чан займется этим. Сейчас из-за турнира в городе могут быть силы Демонического Культа или злых сект, стремящихся подорвать влияние праведных школ, так что нужно спешить.
— Слушаюсь!
«Она росла без матери, я слишком баловал ее, вот и выросла своенравной. Это беспокоит. Найди ее лично. Боюсь, как бы она не попала в ловушку злых сил».
«Будет исполнено. Я временно передам охрану главы Тени Юя».
У главы Союза Мурима было четыре личных охранника — Хомэн Саён. Они существовали только ради защиты главы и назывались в честь четырех благородных растений: Слива, Орхидея, Хризантема и Бамбук.
Когда Муджок-Комдже впервые стал главой Союза, он отобрал четверых самых талантливых воинов из своей гвардии, передал им свои знания и вырастил из них личных телохранителей. Они были как семья: были рядом, когда умерла жена главы, и вместе растили его дочь.
— Нужно найти Хварён, пока не стало слишком поздно...
«Не беспокойтесь. Я знаю, что Тень Сливы пометила госпожу ароматом Тысячи Ли. Найти ее не составит труда».
Особенно Тень Сливы, которая сейчас отправилась на поиски, относилась к Ли Хварён как к собственной дочери. Зная ее тоску по рыночной суете и опасаясь опасных моментов, она всегда заранее наносила на нее неуловимый аромат.
— Забавный ты тип. Значит, ты пришел сегодня не для того, чтобы убить нас? К чему тогда вся эта пустая болтовня? Идиот.
— Если я не убью тебя сегодня, я больше не Кровавая Звезда Хэбэя! Смертоносный Кровавый Рой!
— Лазурное море, безмятежный океан! Волны крушат всё. Непобедимый Кулак Синей Волны!
Мак Са-мён, Кровавая Звезда Хэбэя, был свирепым демоном из региона Хэбэй, настолько жестоким, что даже Демонический Культ отказался от него.
Все думали, что к семидесяти годам он уже давно мертв, но, услышав о Великом турнире Мурима, он объявился в Ухани.
В годы юности главы Союза Мурима, Муджок-Комдже, произошел случай, когда он столкнулся в тени гор с похотливым демоном, пытавшимся изнасиловать молодую женщину. В ходе ожесточенной схватки он отсек тому кончик пучка волос на голове.
В то время Мак Са-мён только начинал приобретать свою дурную славу в Чжунъюане и был полон самоуверенности, но, испытав позор от рук Муджок-Комдже, он был вынужден позорно бежать.
http://tl.rulate.ru/book/176932/15814420
Готово:
