«И что?» — казалось, спрашивал он. — «И что ты с этим сделаешь?» На мгновение Цзинь Соль лишился дара речи.
Как бы плохи ни были его отношения с Ви Джином, он и представить не мог, что тот скажет нечто подобное.
Гунсунь Хваран принял решение без колебаний.
— Скоро Гоу. Значит, нам нужно как можно быстрее разузнать о передвижениях войск империи Юань. Учитывая скорость их марша, они прибудут уже после завтрашнего дня. Цзинь Соль, я понимаю твои опасения, но такое расстояние вполне допустимо.
— Соль не во всем ошибается. Поэтому было бы разумно усилить бдительность.
Подошедший Город Гучэн поддержал слова Цзинь Соля.
Гунсунь Хваран, некоторое время хранивший молчание, кивнул.
— Хорошо. Удвоим охрану. Хотя от этого устанешь только ты один…
Цзинь Соль промолчал. Он понимал, что продолжать спор бесполезно.
— Пойдем.
Город Гучэн потянул Цзинь Соля за рукав.
Началась подготовка к ночлегу.
Однако Цзинь Соль не спешил распаковывать вещи. Что-то его останавливало. Казалось, вот-вот должно что-то произойти. Он просто наблюдал за людьми, которые усердно работали.
— Ты чего не работаешь?
К Цзинь Солю, который стоял и безучастно смотрел в пустоту, подошла Гунь Сохе. В ее голосе слышалось явное раздражение.
— Э-эй.
Он повернул голову в ту сторону, откуда доносился звук.
Но взгляд Цзинь Соля был устремлен не на нее. Он смотрел далеко в лес за ее спиной. Звук, который он услышал, доносился из глубины чащи.
— Проклятье.
Цзинь Соль сорвался с места. Он мог не успеть.
Увидев, как Цзинь Соль внезапно бросился к ней, Гунь Сохе испугалась.
Цзинь Соль навалился на нее всем телом.
В то же мгновение мимо места, где она только что стояла, промчалась лошадь. Это был монгольский разведчик. Их обнаружили. Меч кавалериста, метивший в Гунь Сохе, рассек воздух.
Цзинь Соль увидел, как несется еще один всадник. Он оглянулся: первая лошадь уже умчалась вперед.
— Поздно.
Выкрикнул Цзинь Соль, вскакивая на ноги. В его руках, невесть когда подхваченная, оказалась палка. Он прижал ее к поясу, словно настоящий меч, и сжал правую руку на импровизированной рукояти.
«Солнечная вспышка. Техника мгновенного обнажения клинка».
Рассчитав скорость скачущей лошади, он занес палку. Бросившись вперед, он пригнулся так низко, что клинок противника не мог его достать, и ударил по ногам коня.
Хрясь!
В боку вспыхнула жгучая боль. Он думал, что враг вооружен мечом, но ошибся — у того было копье.
Но останавливаться было нельзя. Он взмахнул палкой.
Хруст.
И-го-го!
Лошадь с перебитыми ногами в агонии завалилась на землю.
Цзинь Соль без колебаний прыгнул вперед. Копейщик, сидевший в седле, пытался прийти в себя. Не раздумывая, Цзинь Соль обрушил палку на его голову.
«Солнечная вспышка. Форма наклонного лезвия».
Палка по косой траектории размозжила череп копейщика.
Брызнуло.
Наружу вылетел мозг. Цзинь Соль даже не пытался уклониться. Кровь, хлынувшая первой, уже залила его лицо.
Все это произошло в считанные мгновения.
Цзинь Соль, чье лицо было измазано кровью, обернулся к Гунь Сохе.
— А-а-а!
Гунь Сохе, вскрикнув, повалилась назад. Увидев окровавленного Цзинь Соля, она лишилась чувств.
— В атаку!
Послышался чей-то крик.
— Идиоты… — бессильно пробормотал Цзинь Соль.
Они упустили его. Остальные не смогли поймать того, кто сбежал первым. Теперь их тайна была раскрыта. Убежавший кавалерист доложит своему отряду, и за ними немедленно снарядят погоню.
Нужно было бежать.
Быстрее всех действовал Цзинь Соль.
Только он не успел разобрать свои вещи. Он уже был готов вскочить в седло.
Хлоп! Хлоп!
— Вставай.
Цзинь Соль похлопал Гунь Сохе по щекам.
— А? Что?.. — Гунь Сохе открыла глаза и увидела перед собой багровое от крови лицо Цзинь Соля.
— А-а-а! Помогите!
— Приди в себя! — Цзинь Соль снова схватил ее и встряхнул.
— Молодой господин Цзинь…
Ма Чжан и По Джан подошли к ним, ведя лошадей. Там была и лошадь Гунь Сохе.
— Соль? — только тогда Гунь Сохе окончательно пришла в себя.
— Молодой господин Цзинь, вы ранены… Где болит? — По Джан вытер лицо Цзинь Соля.
— Это не моя кровь. Кх… — стон сорвался с его губ.
Только сейчас он вспомнил. Враг, которого он убил, был вооружен копьем. Несмотря на то что он увернулся, копье успело задеть его бок.
— Проклятье… Похоже, кровь всё-таки моя, — пробормотал Цзинь Соль, ощупывая бок. Он почувствовал рваную рану. Видимо, из-за напряжения он до этого момента не чувствовал боли.
— Ты ранен? Когда? Из-за меня? Где именно?
Ма Чжан приподнял пропитанную кровью одежду Цзинь Соля.
— Ра-ра-ра… — Цзинь Соль попытался улыбнуться.
— Разорванная рана? Что ж, зашьем ее позже, а пока нужно перевязать.
К ним подъехал уже сидевший на коне Ви Джин. За ним, прыгая на одной ноге и пытаясь вставить вторую в стремя, поспевал Ви Му.
— Лечиться будете потом, помогайте отступать! Если бы вы его не упустили, мы бы не оказались в такой ситуации!
Внезапно вспылившая Гунь Сохе закричала:
— Старейшина Ви, как вы смеете его упрекать! Их было двое! Двое! Пока Соль расправлялся с одним, что делали вы? Нет, не только вы — что делали все остальные десять человек, пока второй сбегал? Вы просто стояли и смотрели, а теперь обвиняете человека, который сражался и получил ранение? Не вы ли сами виноваты в том, что случилось?!
От ее крика, переходящего в визг, люди замерли на месте.
Даже Цзинь Соль, который хотел было что-то вставить, замолчал и ошеломленно уставился на Гунь Сохе.
Ви Джин, молча сверкнув глазами на девушку, развернул коня.
— Поторапливайтесь.
— Очень больно? Ты сможешь потерпеть? Если больно — говори.
Как только Ви Джин отошел, Гунь Сохе со слезами на глазах начала осматривать рану Цзинь Соля. Она безжалостно прижала к ней кусок ткани.
Будто только и дожидаясь ее прикосновения, боль нахлынула с новой силой. Против воли у Цзинь Соля вырвался крик:
— А-а! Больно! Кх!
Цзинь Соль забрал у убитого монгола меч, лук и стрелы. Он был уверен, что они пригодятся. К тому же он пока не хотел использовать свой Гибкий меч, Кольцевой клинок или метательные ножи «Ивовый лист». Особенно он хотел скрыть их от Гунсунь Хварана.
Свист!
Полетели стрелы.
Погоня уже настигла их.
— Проклятье…
Цзинь Соль, не колеблясь, рванулся вперед.
— Сюэдянь!
Ему даже не нужно было кричать — Сюэдянь уже бежал рядом с ним. Цзинь Соль вскочил на спину зверя, и тот, будто только этого и ждал, припустил во весь опор.
— Погоня!
Кто-то закричал. Хотя и без криков всё было ясно. Стрелы сыпались градом.
— В лес! — крикнул Цзинь Соль.
Лошадям там бежать труднее, но зато легче укрыться от стрел. К тому же преследователи — такие же всадники, и им в лесу будет не легче.
И-го-го!
Послышалось ржание.
— А-а-а!
Пронзительный женский крик усилил напряжение. Это была Гунь Сохе.
— Черт…
Поколебавшись мгновение, Цзинь Соль развернул Сюэдяня. Можно сказать, это была плата за их общее испытание…
Он увидел, как подстреленная лошадь бьется в попытках встать. Рядом на земле лежала Гунь Сохе, упавшая вместе с ней. В поле зрения Цзинь Соля попали скачущие к ней монгольские всадники.
Если поспешить, он мог успеть спасти ее. Времени было достаточно. Проблема заключалась в том, что после спасения у него не останется времени, чтобы развернуть Сюэдяня и уйти.
— Ха!
Топ-топ-топ!
Как только Цзинь Соль ослабил поводья, Сюэдянь рванул вперед.
Цзинь Соль выпрямился в седле. Тем самым он увеличил себя как мишень. Он надеялся, что враги будут целиться в него, а не в Сюэдяня. Его правая рука крепко сжала меч.
Свист!
Стрелы полетели в сторону Цзинь Соля.
«Двенадцать форм реки Тан».
Будто только того и ждя, меч Цзинь Соля начал свой танец.
Сюэдянь набрал скорость. В то же время он увидел Гунь Сохе, которая с трудом высвободила ногу из стремени.
В одно мгновение Цзинь Соль пригнулся, практически прижавшись к седлу. Не колеблясь, он свесился набок. Сюэдянь пронесся мимо Гунь Сохе.
Хвать!
Цзинь Соль крепко обхватил ее за талию.
— Вперед!
В таком положении он прорвался сквозь самый центр вражеского отряда.
— А-ай, больно…
Гунь Сохе поморщилась. У нее были сплошные ушибы. Голени, лодыжки, ступни — всё было в ссадинах. Шелковые туфли «данхе», которые были на ней, бесследно исчезли.
— Терпи, — пробормотал Цзинь Соль, нанося Золотую мазь.
— Где ты видел такого дурака, который так гонит лошадь? Из-за этого я и поранилась!
Гунь Сохе повысила голос, будто вся вина лежала на нем.
Цзинь Соль не выдержал и свирепо посмотрел на нее.
— И что?
Встретившись с ним взглядом, Гунь Сохе вздрогнула и отвела глаза.
— Если бы я затаскивал тебя в седло, мы оба стали бы легкой мишенью. Лошадь бы замедлилась, и этого времени врагам хватило бы, чтобы окружить нас. К счастью, нас было только двое, а в лес убежало больше десяти человек, поэтому они решили прочесать лес, а не гнаться за нами. И еще…
Глаза Гунь Сохе блеснули.
— Что еще?
Цзинь Соль замялся, не зная, стоит ли говорить.
— И еще… все слышали твой крик, но никто не пришел на помощь. Поэтому они решили, что ты не очень важная персона.
— Что ты сказал?!
На этот раз уже Гунь Сохе вытаращила глаза.
— Терпи. Благодаря этому мы сейчас в безопасности.
С обиженным видом Гунь Сохе отвернулась.
— Не знаю, правда ли это… но хорошо, что мы спаслись. Ой! Больно!
Она снова поморщилась.
Цзинь Соль начал раздражаться.
— Похоже, тебе больнее, чем мне.
После этой фразы Гунь Сохе замолчала.
Закончив с ее ранами, Цзинь Соль осмотрелся. Поняв, что место безопасное, он наконец решил заняться своей раной.
К счастью или к несчастью, он не чувствовал присутствия остальных.
Цзинь Соль решил, что нужно обработать рану, пока не стало поздно. Когда он снял повязку, открылась зияющая рана.
— Ох…
Гунь Сохе не смогла сдержать возгласа. Она поморщилась так, будто это была ее рана и ей было больно.
Поскольку рана была на боку, Цзинь Соль не мог рассмотреть ее в деталях.
— Ну как? Глубокая?
— Не… не знаю…
Вглядевшись в рану, Гунь Сохе закрыла глаза и отвернулась.
— Ты либо глаза закрывай, либо лицо отворачивай, зачем всё сразу? И еще…
— Что еще? — прикрикнула она со слезами на глазах. Было ясно, что она напугана, но не хочет сдаваться.
— Мне же не видно. Ты должна посмотреть.
Спокойный голос Цзинь Соля заставил ее взгляд дрогнуть.
— Хорошо… Как мне смотреть?
— Глубина. Глубокая?
— Нет. Вот на столько…
Гунь Сохе ткнула пальцем прямо в рану.
— А-а-а!
Цзинь Соль закричал от боли.
— Ой, прости! Я просто хотела показать, насколько она глубокая…
Гунь Сохе подняла окровавленный палец. Подсохшая кровь покрывала примерно половину первой фаланги указательного пальца.
Лишившись дара речи, Цзинь Соль издал нервный смешок.
— Ну и ну. То ли ты совсем не думаешь, то ли…
Придя в себя, Цзинь Соль снова спросил:
— А кровь?
— Остановилась.
— Внутренности видны?
— Нет. Просто рана.
— Тогда почему ты так испугалась?
— Потому что это рана! Я впервые вижу ранение в бок. Увидев окровавленную повязку, я подумала, что всё серьезно. Но сейчас вижу, что не так уж и глубоко. Что делать? Мне тоже намазать ее Золотой мазью?
Цзинь Соль покачал головой.
— Нет. Нужно промыть и зашить. Брат говорил, что колотые раны заживают сами, если вычистить гной, но чтобы поправиться быстрее, лучше всего зашить края.
— Зашить? Кто? Чем?
Цзинь Соль указал на Гунь Сохе.
— Ты. Иголкой с ниткой.
Лицо Гунь Сохе мгновенно побледнело.
http://tl.rulate.ru/book/176554/15515622
Готово:
