Войдя в свою комнату, Ван Суган принялся лихорадочно перелистывать книги.
«Я просто чего-то не замечаю, способ исцеления точно должен быть».
В тревоге он одну за другой просматривал толстые рукописи.
«Снаружи преобладает энергия Ян, внутри же процветает Инь. Ян стремится внутрь, Инь — наружу. Избыток Ян согревает тело и разгоняет кровь, избыток Инь — холодит его. Чтобы разделить сросшиеся мышечные ткани, необходимо сначала убрать уже застывшую кровь. Но как это сделать? Вонзить иглы туда, где кровь застоялась, и пустить Ци, чтобы она начала двигаться сама и вышла через разрезы на коже? Нет. Так может прийти в движение и яд, который сейчас притаился. Если яд потечет по мельчайшим сосудам мимо заблокированных акупунктурных точек, последствия будут непоправимы. Что же предпринять? Разогнать застой крови просто, но вместе с ним придет в движение и яд».
Ван Суган вышел наружу лишь спустя сутки. За одну ночь он сильно осунулся и теперь отрешенно смотрел на лотосы, покачивающиеся в пруду.
Говорят, лотос расцветает даже в грязи?
Ему показалось, что этот цветок чем-то похож на неё.
Зачем она приняла этот смертельный яд? Её вид, будто она тяготится самим фактом своего существования, казался бесконечно печальным.
Плюх.
Маленькая птичка нырнула в пруд, решив, видимо, поохотиться на рыбешку, и тут же вынырнула, хлопая крыльями.
Словно испытывая дискомфорт, она продолжала отчаянно махать крыльями, опустилась на землю, высоко задрала крыло и принялась что-то отрывать клювом.
Наблюдавший за этим Ван Суган внезапно сорвался с места и бросился к тому месту, где сидела птица.
Испуганная птаха в суматохе взмыла в небо с громким криком.
Там, где она сидела, осталась валяться медицинская пиявка.
«А ведь это может сработать! Если разогнать застой крови, позволить этим существам выпить мертвую кровь, затем разделить переплетенные мышцы и с помощью трав восполнить кровопотерю, она снова сможет ходить!»
В порыве воодушевления Ван Суган бросился в комнату и начал подробно расписывать метод лечения.
Сначала размягчить застывшую кровь с помощью Ци, затем опустить ноги в чан с теплой водой, полной медицинских пиявок, чтобы те удалили кровь. После этого распутать спутавшиеся ткани, вернув их на свои места, и, используя Искусство оживления меридианов, наполнить акупунктурные точки энергией, чтобы восстановить нормальное кровообращение.
Теория выглядела вполне жизнеспособной.
Вопрос заключался лишь в точности и времени. Ключевым моментом было то, насколько быстро медицинские пиявки смогут высосать кровь.
«Нужно провести эксперимент. Сперва найду животное размером с человека, перекрою меридианы на ногах, введу яд и создам те же условия, что и у госпожи».
Ван Суган попросил служанку прислать ему большую собаку, заблокировал ей одну лапу и ввел сок журавлиной травы.
Затем он обратился к Хыкчи Санджи с просьбой собрать как можно больше медицинских пиявок — не только из ближайшего пруда, но и из озер и ручьев за пределами Дворца Тэджин.
Когда Хыкчи Санджи, удивленный странным поведением юноши, спросил о причинах, тот лишь с улыбкой ответил, что это необходимо для лечения.
Закончив приготовления, Ван Суган в волнении дождался следующего утра.
Бедный пес, которому ввели журавлиную траву, видимо, промучился всю ночь — он лежал, раскинув лапы, и тяжело дышал.
— Прости меня. Из-за моей жадности тебе пришлось страдать. Я скоро тебя вылечу, потерпи еще немного.
Словно понимая его слова, кобель, которого звали Беляк, казалось, уронил слезу.
Взяв таз, полный извивающихся пиявок, Ван Суган подошел к лежащей собаке.
Несколько стражников, наблюдавших за этой сценой, помогли поднять пса и вытянули перед Ван Суганом его переднюю лапу, посиневшую от действия яда.
Лекарь сосредоточил энергию в глазах, используя Божественный взор. Застой крови между мышцами лапы проступил темно-красными пятнами.
Он вонзил иглу в самый центр застоя, пустил Ци, заставляя сгустки крови начать движение, и опустил лапу в таз.
Словно стая голодных шакалов, пиявки темной массой набросились на лапу, облепив её.
Прошло около четверти часа, и они начали одна за другой отваливаться на дно таза, переворачиваясь раздувшимися брюшками кверху и испуская дух.
Еще через четверть часа на лапе собаки не осталось ни одной пиявки.
Зато посиневшая кожа вновь приобрела нормальный цвет. Пес, чувствуя усталость, высунул длинный язык.
Ван Суган поспешно проверил состояние собаки. Он боялся, не разнесся ли яд по всему телу.
«Слава богу. Какое облегчение. Прости, что заставил невинное существо так страдать».
В теле собаки яд больше не ощущался.
Ван Суган напитал мышцы и сосуды на передней лапе энергией и применил Искусство оживления меридианов, воздействуя на акупунктурные точки.
— Теперь ты будешь бегать еще быстрее, чем раньше. Согласно закону Пяти Стихий, место, где рана затянулась, становится только крепче.
Он погладил Беляка по голове, и на его лице расплылась широкая улыбка.
Хыкчи Санджи, наблюдавший за экспериментом от начала до конца, одобрительно поднял большой палец вверх.
— Поразительно. Ни один лекарь не додумался бы до такого. Придумать способ лечения всего за несколько дней... Говорили, что Уродливый лекарь ставит во главу угла человека и не боится ломать стереотипы, и, похоже, это правда.
«Ломать стереотипы».
Он слышал это впервые.
Хыкчи Санджи, усмехнувшись, похлопал Ван Сугана по плечу:
— Судя по лицу, ты и не знал. Люди называют тебя не только Уродливым лекарем, но и Странным лекарем.
— Про «Уродливого» я слышал, но «Странный лекарь» — это в новинку.
— А ты хоть раз брал деньги за лечение? Я слышал, ты даже прогонял тех, кто приходил за лекарствами, угощал их едой и говорил, что болезнь можно вылечить, просто сменив рацион, и ничего больше не нужно. Разве так ведут себя обычные лекари? К тому же, метод твой весьма необычен — ходят слухи, что ты запускаешь Ци в тела людей, чтобы определить болезнь. Умение управлять Ци означает, что ты владеешь боевыми искусствами, и если бы люди из Мурима узнали, как ты используешь свою силу, они бы просто лишились дара речи.
— Использование Ци при осмотре — обычная практика во многих школах. Это не что-то уникальное, присущее только мне.
— Конечно. Но разве цель не отличается? Кто еще станет тратить свою Ци, не жалея сил, ради простых людей? Твои мысли поистине удивительны.
Хыкчи Санджи, будучи воином до мозга костей, тоже с трудом понимал поступки Ван Сугана.
Лекарь должен определять болезнь по пульсу, а Ван Суган не только слушал пульс, но и вливал свою Ци в чужое тело, чтобы увидеть саму суть недуга — Хыкчи Санджи считал это крайне опасным.
У каждого человека своя уникальная энергия, и вливание чужой Ци могло привести к конфликту энергий и непредсказуемым последствиям.
Чтобы избежать столкновения, приходилось использовать собственную Изначальную энергию Ци, а она не берется из ниоткуда, как вода из колодца. Если кто-то десять лет практикует техники сосредоточения, он накопит определенный объем Внутренней энергии Ци, но Изначальной энергии за это время прибавится лишь на крошечную долю.
Тратить столь с трудом добытую силу на простых крестьян — для него это было за гранью понимания.
— Я не считаю, что боевые искусства должны ограничиваться лишь причинением вреда другим. Если они могут принести пользу, разве не стоит использовать их именно так?
— Ха-ха, точно, ты — Странный лекарь. Использовать боевые искусства во благо... Послушать тебя, так мне стоит отправить своих бойцов, что сейчас кричат на плацу, мостить дороги и чинить крепостные стены. Они ведь владеют боевыми искусствами, значит, силы у них немерено.
— Разве это не было бы эффективнее, чем принудительно сгонять на работы немощных бедняков?
Хыкчи Санджи посерьезнел:
— Опасные у тебя мысли. В эпоху великого процветания твои слова имели бы смысл, но в нынешние времена это лишь пустые мечтания.
Император давно утратил ту мудрость, что была у него в юности, а в его тени бесчинствовали те, кто захватил власть с помощью лести.
Немало было и знатных родов, затаивших обиду и мечтавших о мятеже. Разве в такой обстановке могут быть услышаны речи, уместные лишь для мирных времен?
— Я так не думаю. Забота о народе не должна зависеть от того, процветает страна или нет. Разве это не долг чиновника и каждого, у кого есть власть и сила — всегда оберегать их?
Внимательно глядя в лицо Ван Сугана, Хыкчи Санджи увидел в его глазах те же идеалы, о которых сам мечтал в юности.
— Странный лекарь, я надеюсь, что твоя мечта не останется лишь несбыточным сном. Если ты сможешь идти своим путем, не идя на компромиссы с миром, этого уже будет достаточно.
— Я еще сам не знаю, какой путь правильный. Но если это единственное, что я могу сделать, я буду просто идти вперед, не оглядываясь по сторонам.
— Может, закончим на этом серьезные разговоры? На нас многие смотрят. К тому же, не пора ли поскорее вылечить госпожу?
— Время для лечения еще не пришло. Сначала я должен убедиться, что этот пес полностью поправился, и только тогда сосредоточусь на её исцелении.
— Лекарь, госпожа тоже очень заинтересована в этом методе. Постарайтесь не затягивать.
— Понимаю. Я сделаю всё возможное.
Ван Суган устроил собаку рядом со своим жилищем, чтобы та могла спокойно отдыхать, и постоянно проверял её состояние.
Он раз за разом проверял её тело с помощью Ци, опасаясь, не осталось ли внутри яда, и сосредоточенно всматривался, восстановился ли кровоток в лапе, где пиявки высасывали кровь.
Спустя два дня пес, хоть и немного прихрамывал, уже бойко бегал. Благодаря ежедневному Искусству оживления меридианов и особому лекарству, восполняющему кровь, Беляк шел на поправку удивительно быстро.
За это время они успели подружиться, и пес вилял хвостом и следовал за Ван Суганом повсюду.
— Ну же, хватит за мной ходить. Сейчас мне нужно к госпоже. Сегодня важный день, так что иди и жди меня тихо.
Рука Ван Сугана, гладившая собаку по голове, дрожала от напряжения.
Увидев, что Беляк полностью здоров, Ван Суган назначил лечение на сегодня.
«За той стеной она. Надеюсь, лечение пройдет успешно, и она больше не будет грустить».
Он прошел через задний сад к покоям Ян Юйхуань.
«Фу-ух».
Глубоко выдохнув, Ван Суган крепко сжал кулаки, словно давая себе торжественное обещание.
— Госпожа, лекарь прибыл.
— Пусть войдет.
— Проходите.
За спиной Ван Сугана двое солдат несли по большому чану. Вид извивающихся пиявок, которыми были наполнены сосуды, явно не доставлял им удовольствия.
— Добро пожаловать, Уродливый лекарь.
Ян Юйхуань в скромном белом одеянии полулежала на кровати, встречая гостя.
— Я слышала, вы нашли способ меня вылечить. Это правда?
— Да, госпожа. Я уже провел один эксперимент. Могут быть небольшие отличия, но вам не стоит слишком беспокоиться.
— Жизнь человека в руках небес. Даже если что-то пойдет не так, я не стану вас винить.
— Госпожа, я должен кое о чем предупредить. В тех чанах, что принесли солдаты, полно медицинских пиявок. Они необходимы для лечения, но их вид безобразен, и я боюсь, что это может вас расстроить. Поэтому я хотел бы завязать вам глаза перед началом процедуры, если вы позволите.
Верхняя часть чанов была накрыта черной тканью, так что Ян Юйхуань еще не видела их содержимого.
— Нет, всё в порядке. Я хочу видеть всё своими глазами. Я должна увидеть, как я возвращаюсь к жизни и снова обретаю способность двигаться.
— Госпожа, всё же...
— Довольно. Я уже решила.
В характере Ян Юйхуань было нечто непоколебимое. Она не принимала решений поспешно, но если уж на что-то решалась, то никогда не отступала.
«Когда я решила оставить супруга, выбор был сделан. Я не стану оборачиваться назад. Если я снова смогу ходить».
— Тогда я приступлю немедленно, госпожа.
Она кивнула.
Ван Суган выложил приготовленные иглы на край постели и начал диагностику по пульсу, чтобы оценить нынешнее состояние Ян Юйхуань.
Как и прежде, меридианы на ногах были заблокированы, в остальном же кровь текла нормально.
Все присутствующие в комнате затаили дыхание.
Достав из футляра серебряные иглы, он начал вводить их в разные точки на её худых, неподвижных ногах.
Глаза Ван Сугана слабо светились, когда он находил застой крови и стремительно вводил иглы. По каплям пота под кожаной маской было видно, как сильно он напряжен.
Ян Юйхуань молча наблюдала за ним, а затем своим платком осторожно вытерла пот с его лба.
Ван Суган вздрогнул от неожиданности, его глаза расширились.
— Не нужно так нервничать. Просто делайте то, что обычно, как привыкли.
Дрожь в руках утихла. Его взгляд сосредоточился исключительно на пораженных ногах, и заблокированные сосуды проступили перед ним во всех деталях, обнажая сокровенные тайны плоти. Стали отчетливо видны даже мельчайшие капилляры.
«Теперь нужно последовательно разогнать застой крови. Начиная от кончиков пальцев и выше, постепенно, чтобы не дать яду разойтись».
Ван Суган пустил Ци через введенные иглы.
Когда сгустки крови начали разжижаться, ноги Ян Юйхуань приобрели густой синеватый оттенок.
Он пододвинул чаны и сорвал с них ткань.
— Ах! — вскрикнула стоявшая рядом служанка.
Ян Юйхуань, которая до этого закрыла глаза, почувствовала, как её ноги медленно погружаются в копошащуюся темную массу, и её веки мелко задрожали.
Мерзкие медицинские пиявки начали забираться на её ноги. Дрожащим взглядом она смотрела, как они, словно голодные демоны, впиваются в кожу.
«То место, куда я должна вернуться — это и есть такой же ад. Если я излечусь и смогу встать на ноги, я приму это как волю небес, призывающую меня начать новую жизнь».
Она подняла взгляд на Ван Сугана, от которого буквально исходил жар из-за предельного сосредоточения.
«Уродливый лекарь, вы дарите мне одновременно и отчаяние, и надежду».
Осуждающие взгляды общества заставят её отчаяться.
Но благосклонность Императора принесет ей богатство и власть, способные прикрыть любое уродство.
Ради этого нынешнее лечение могло показаться сущим пустяком.
Спустя полчаса пиявки в первом чане погибли всей массой.
Ван Суган быстро переставил ноги Ян Юйхуань во второй чан и внимательно следил за процессом.
Из-за долгой концентрации Внутренней энергии Ци его глаза застилала усталость. По мере того как яд выходил из ног, они становились белыми, лишенными крови.
Ян Юйхуань, почувствовав головокружение, бессильно откинулась на подушки, тяжело дыша.
Наконец, пиявки начали отваливаться сами — сосать больше было нечего.
Ван Суган поспешно вынул её ноги из чана и начал вводить серебряные иглы между переплетенными меридианами.
«Надо спешить. Еще немного, и сосуды окончательно затвердеют».
Когда он начал применять технику оживления меридианов, над его головой поднялся белый пар.
Горячий воздух заполнил комнату, а лежащая Ян Юйхуань почувствовала невыносимый зуд.
Заблокированные акупунктурные точки открылись, и теплая кровь неудержимым потоком хлынула к ногам.
«Ах, этот зуд... Неужели это доказательство того, что я жива?»
В ногах, которые так долго ничего не чувствовали, возник шум, похожий на шевеление тысяч муравьев.
По её щекам потекли слезы.
«Теперь очередь мышечных тканей. Чтобы она могла нормально ходить, я обязан это сделать. Я не позволю, чтобы над ней смеялись».
Нитка за ниткой, он распутывал сросшиеся ткани с помощью игл и Ци.
Наверное, именно эти зажатые мышцы станут главной целью лечения в последующие дни.
Ноги были очень слабыми из-за долгого бездействия, но это его не пугало. Он видел, как здоровая кровь, очищенная от яда, наполняет каждую клеточку.
В этот момент он по-настоящему гордился тем, что обучился Божественному взору. Где еще можно увидеть столь величественное зрелище?
Он подумал о том, что всё живое заслуживает благословения.
— Когда госпожа очнется, дайте ей это лекарство, которое я приготовил заранее. Её Ци сейчас сильно истощена, поэтому лучше избегать жирной пищи.
Ван Суган, выглядевший предельно измотанным, прошел через сад к своему жилищу и рухнул на кровать, не раздеваясь.
С момента начала лечения Беляка он почти не спал все эти дни.
Ему было тяжело, но на губах играла счастливая улыбка.
http://tl.rulate.ru/book/176421/15473941
Готово:
