— Всё верно. Она искусный лекарь, так что доверьтесь ей.
Пока Сухён лечила его, я вливал внутреннюю энергию в его раны.
Сухён с самого детства интересовалась этим и усердно изучала исцеление внутренней энергией, так что в этом деле я был в какой-то мере уверен в наших силах.
Я опасался, что из-за огромной потери крови надежды может не быть, но благодаря нашим совместным усилиям к человеку в чёрном постепенно вернулся здоровый цвет лица.
— В остальном всё в порядке, но здесь, кажется, глубокая рана, задевшая внутренние органы. Мне понадобится твоя помощь.
Сухён внимательно осматривала раны, отдавала мне указания и чётко знала, что делать.
Мы работали слаженно и, проявив предельную концентрацию, в конце концов завершили лечение.
— Какое облегчение, — с выдохом произнесла Сухён.
Раны оказались не такими глубокими, как казалось на первый взгляд. Можно сказать, ему просто повезло.
Даже если бы я сам оказался в такой ситуации, я не мог бы гарантировать, что Сухён сумеет меня спасти, так что всё это было лишь удачей этого человека.
Когда лечение закончилось, Сухён выглядела совершенно измотанной. У неё было не так много внутренней энергии, поэтому для неё это испытание оказалось крайне тяжёлым.
Раненый, казалось, осознал, что смерть больше не стоит у него за плечом.
— Как... как такое возможно? Как это случилось... Кто вы, барышня?
Когда он спросил об этом с изумлением в голосе, Сухён ответила:
— Меня зовут Тан Сухён из медицинской резиденции Чхонён, что в Каменной долине.
— Медицинская резиденция Чхонён...
Он словно пытался что-то вспомнить, но, судя по всему, никогда раньше об этом месте не слышал. Я подумал, что, когда мы вернёмся, нужно будет немного прославить резиденцию Чхонён.
— Я получил помощь, на которую и надеяться не смел.
Затем он посмотрел на меня и слабо улыбнулся.
— Юный герой, я предлагал тебе секретный манускрипт, почему же ты меня остановил? Я не боялся погибнуть от рук этого демона, я лишь страшился того, что этот секретный манускрипт будет украден. Если бы вы двое не появились, тот негодяй убил бы меня и обыскал. Тогда этот манускрипт попал бы в руки приспешника зла, и на Праведные силы Мурима вновь обрушилась бы великая беда.
Гадая, что же это за вещь, я стал ждать продолжения, и тогда он снова достал книгу и наконец вложил её мне в руки.
Увидев обложку, я лишился дара речи.
[Бичхонрок]
Я в оцепенении долго смотрел на неё.
В романе эта книга описывалась как сборник сокровенных знаний Ю Чжахёна, которого называли величайшим мечником всех времён и народов.
Это был один из тех Счастливых шансов, который Глава секты Чеунпа Чон Чжинхван почти заполучил, но в итоге упустил.
Среди обитателей Мурима пошли слухи, что появился секретный манускрипт с истинными знаниями Ю Чжахёна, и бесчисленные мастера боевых искусств отправились на его поиски. В водовороте интриг, тайной борьбы и предательств, унёсших множество жизней, Чон Чжинхван в конце концов завладел книгой.
Однако когда Чон Чжинхван открыл её, написанные там слова повергли его в отчаяние и ярость.
[Пусть это искусство изучает лишь тот, кому ещё не исполнилось восемнадцати лет. В противном случае неизбежно отклонение ци].
Увидев это предостережение, Чон Чжинхван, не колеблясь, хотел сжечь книгу. Не из мелочного желания «раз не досталось мне, то не достанется никому», а из страха, что если она попадёт в руки нечестивцев, мир утонет в крови.
Но в итоге он спрятал её, питая надежду, что однажды достойный человек найдёт её и сможет спасти мир.
И вот этот секретный манускрипт, о котором в романе упоминалось лишь вскользь, оказался прямо предо мной.
«Чон Чжинхван должен был защитить его магической формацией, используя свои техники...»
— Как... как вы его получили? — не удержавшись от любопытства, спросил я.
— Там, где я жил, однажды появились двое из 12 Почтенных Мурима. И сражались они там семь дней и ночей. Деревья и скалы разлетались в щепки, а земля была перепахана вдоль и поперёк. В тот день исчезло старое озеро и появилось новое ущелье. А когда они ушли, на пепелище осталась эта книга.
Это было невероятно. Похоже, магическая формация была разрушена, попав под удар в битве величайших мастеров.
— Вы пробовали изучать это?
Он покачал головой.
— Эта книга бесполезна для тех, кто перешагнул порог восемнадцатилетия. На самом деле я направлялся в Союз Мурима, чтобы отдать её главе союза. Но глядя на тебя, Юный герой, мне кажется, что книга наконец нашла своего истинного владельца. Сколько тебе лет?
В его взгляде смешались надежда и тревога. Вероятно, он боялся, что я тоже окажусь в том возрасте, когда изучать Бичхонрок уже невозможно.
— Семнадцать.
Его лицо тут же просияло.
— Какая удача! Это просто замечательно. Такой Юный герой, как ты, достоин владеть этим манускриптом. Ты когда-нибудь слышал о Бичхонроке?
Ещё бы. Но сейчас мне нужно было притвориться, что я ничего об этом не знаю.
— Нет, никогда.
Он пересказал мне всё то, что я и так знал о Бичхонроке. Слушавшая рядом Сухён округлила глаза и с изумлением посмотрела на меня.
У её удивления были веские причины. Изучая историю Мурима под началом Я Сольчжина, Сухён прекрасно знала, кем был Ю Чжахён. Услышав, что это секретный манускрипт с его сокровенными знаниями, она не могла не поразиться.
Человек в чёрном, глядя на нашу реакцию, выглядел удовлетворенным.
— Спасибо, что пришли мне на помощь без всякой выгоды для себя, лишь потому, что я был в опасности. Никогда не забывайте это стремление своей души.
— Благодарю вас. Позвольте узнать ваше великое имя.
— Нет. Я и сам позабыл своё имя.
Вряд ли это было правдой, но, похоже, у него было прошлое, которое он хотел забыть, поэтому я не стал настаивать.
Он осторожно пошевелился и, кажется, осознал, что его тело двигается легко.
— Поразительно. Такая юная барышня обладает столь невероятным мастерством. Однако сейчас вам лучше покинуть это место. Не похоже, чтобы у того демона были сообщники, но кто знает, вдруг он вернётся с подмогой? Куда вы держите путь?
— Мы направляемся в Хуашань.
— Видимо, хотите посмотреть на Турнир Дракона и Феникса. У меня больше нет дел в Союзе Мурима, так что я вернусь туда, откуда пришёл. Искренне желаю тебе достичь просветления.
Говоря это, он продолжал разминаться. Казалось, он всё ещё не мог поверить, что за столь короткое время его тело полностью исцелилось.
— Тогда доброго вам пути, уважаемый. Я не забуду вашей милости за этот секретный манускрипт.
— Это я никогда не забуду доброту, которую вы проявили.
Он ушёл первым, а следом за ним отправились и мы с Сухён.
— Кстати, жаль, что так вышло. Я хотела кое о чём спросить того демона.
— О прежнем Главе школы? О том, как он погиб?
— Да, и об этом, и о том, что стало с его телом.
— Даже если бы он знал, вряд ли сказал бы правду. И разве это не знают лишь те, кто был там в тот день? Не думаю, что рядовой демон в курсе всех подробностей. Мне кажется, многие из тех, кто там был, уже устранены. Голову прежнего Главы школы они ведь не сами добыли, им её выдали предатели из Праведных сил. Разве позволили бы они свидетелям разносить эту правду?
В её словах был смысл. Мне стало даже немного неловко, что Сухён додумалась до этого, а я нет.
— Мокхён, если хочешь поскорее взглянуть на секретный манускрипт, давай найдём тихое место. Разве сейчас это не важнее Турнира Дракона и Феникса?
Я как раз собирался предложить то же самое.
— Может, так и сделаем? Мне и самому любопытно. К тому же я боюсь, что, если буду просто носить его с собой, могу потерять или его отберут, так и не успев прочесть. Лучше сначала зайти на постоялый двор, всё проверить, а там решим.
— Хорошо, давай. Но... позволит ли Глава школы тебе изучать это?
Слова Сухён заставили меня осознать, что это действительно большая проблема. Я вспомнил, что, если ученик секты изучает боевые искусства, которым не обучают в его школе, его могут изгнать, а в некоторых случаях и лишить сил, разрушив Энергетический центр.
— Что же делать, нуна?
— Пока просто взгляни. От простого чтения ведь ничего не будет? К тому же Глава школы никогда не запрещал тебе подобного, так что в крайнем случае скажешь, что не знал.
Я сомневался, сработает ли столь наивное оправдание, но учитывая наши особые отношения с Ё Унгёном, такой вариант был возможен. Особенно учитывая, что я лично обучал Ё Унгёна боевым искусствам, доступным только Главе секты, была надежда, что всё пройдёт тихо.
Мы зашли в первый же попавшийся постоялый двор. Не заказывая еды, мы сразу прошли в комнату и открыли Бичхонрок.
— Можно мне тоже посмотреть? — спросила Сухён, и я кивнул.
Если бы Сухён тоже могла изучить это, я бы с радостью её научил. Сухён смотрела в книгу скорее не из любопытства к техникам, а из искреннего удивления — ведь это был тот самый легендарный манускрипт Ю Чжахёна.
Я испытывал те же чувства. Невероятно, что я воочию вижу секретный манускрипт из романа.
«Значит, в этом и заключается его величие?»
Книга, которая так долго не могла найти владельца, наконец обрела его в моём лице. Кто бы мог в такое поверить?
С этого момента я начал читать Бичхонрок.
«Это секретный манускрипт, который я, предчувствуя свой конец, начинаю записывать. Тот, кто найдёт и изучит его, сможет достичь великих высот, но крайне мало будет тех, кто сумеет постичь заложенный здесь истинный смысл. Если почувствуешь, что ты не истинный владелец этого манускрипта, прошу, верни его на прежнее место».
Это предупреждение ко мне не относилось. Кажется, я был именно тем, кому он предназначался.
«Мне удалось создать Метод сердца, который не вступает в конфликт ни с какими другими боевыми искусствами. Если тебе ещё нет восемнадцати, отбрось Метод сердца, что изучал доселе. Не жалей о нём. Время, которое покажется тебе упущенным, будет недолгим».
«Я пытался создать одну-единственную форму, в которую вошли бы все мои техники меча, но потерпел неудачу. Однако созданные мною Семь форм меча Летающего Неба совершенны. То, что это не одна техника, не делает их неполными. Я намерен вложить всё в это описание Семи форм меча Летающего Неба, но не знаю, сколько времени мне отмерено. Молю и надеюсь, что успею записать всё до конца».
Я поспешно перелистнул страницы, чтобы посмотреть, что написано в самом конце.
Почему-то... на душе было странное чувство.
На последней странице почерк совершенно изменился. Это было похоже на мазки кистью безумца, но, если присмотреться, в них всё же угадывались иероглифы.
Какая воля двигала им? В каких обстоятельствах он писал это?
Перед глазами встал образ человека, который, теряя сознание и уже не владея собственной рукой, из последних сил пытался оставить хотя бы ещё один иероглиф.
Хотя я никогда не встречал его, к горлу подступил комок. Я надеялся, что он обрёл покой.
«Но если так, то кто же собрал эти листы в книгу? Был ли кто-то рядом с Ю Чжахёном в момент его смерти?»
Я начал перелистывать книгу с конца к началу, просматривая подзаголовки. Даже если он не успел завершить её, я горячо надеялся, что на последней странице окажется именно Седьмая форма.
http://tl.rulate.ru/book/176406/15469459
Готово:
