То ли оттого, что я не спал несколько дней напролёт, сражаясь с этими ублюдками из Культа Кровавой Крови и самим их Главой...
Я был слишком измотан.
Сколько же крови я потерял? Конечности онемели, а веки неустанно подёргивались в судороге.
На миг даже промелькнула мысль, что лучше было бы просто рухнуть и сдохнуть прямо здесь.
Хлыть.
Неужели яд от Ладони Кровавого Яда добрался до самой печени?
Вместе со сгустками изорванной печени хлынула тёмная кровь.
— Кха, кха-кха, тьфу!
После того как я несколько раз сплюнул кровь, выплеснув всё из себя, стало хоть немного легче дышать.
— Ох-хо-хо... Так ведь и правда сдохнуть можно...
И это не было преувеличением.
Первый среди Темного пути.
Человек, правивший как Император Зла и покоривший Каннам.
Я, Чин Мёнун, умирал.
А всё из-за этого Главы культа Кровавой Крови, который даже с мечом в дантяне всё пытался как-то выжить, и его сумасшедшей своры последователей.
— Ха-а.
Вздох вырвался сам собой.
В нём не было какого-то глубокого смысла — просто жизнь, полная невыносимых трудностей, пронеслась перед глазами, словно панорама на вращающемся фонаре.
Чёртова жизнь.
Я собрал остатки угасающего сознания и обратился к Главе культа Кровавой Крови:
— Эй, паршивый Глава, ты там сдох?
— ...
— Если не сдох, то поторапливайся.
Чисто по-человечески: если тебе вогнали меч глубоко в дантянь, в грудь и в спину, пора бы уже и честь знать. Тебе не кажется?
Пошатнувшись.
Я с трудом поднялся на ноги и, направляясь к тому месту, где лежал Глава культа Кровавой Крови, продолжил:
— Ты чего там возишься? Подыхай быстрее.
— ...
— А? Что ты там мямлишь? Ты, целый Глава, что, даже жидкой каши из лебеды не ел? Отчего же ты такой хилый?
Это была чистой воды бравада. Хоть внешне я и казался более крепким, раз уж мог передвигаться, на деле же всё обстояло иначе. Не было бы ничего удивительного, если бы я испустил дух в ту же секунду.
«Держись. Терпи. Продержись, пока этот ублюдок не сдохнет!»
Хлыть.
Дантянь словно разрывало на куски, а кровь в жилах бурлила, готовая взорваться.
Яд, проникший в тело, в этот самый миг пытался миновать спинной мозг и захватить разум. Если бы не капля оставшейся Истинной Ци Предка, моя нить жизни оборвалась бы прямо сейчас.
Топ-топ.
Неужели один чжан — это так далеко?
Обычно мне хватило бы и полшага. Но сейчас каждое движение давалось с неимоверным трудом.
Впрочем, не мне одному.
— ...Вы.
Чем ближе я подходил, тем отчетливее чувствовал шевеление Главы культа Кровавой Крови. И его голос, уже наполовину принадлежавший покойнику, стал слышен яснее.
— ...Глава Союза Садо.
Шлёп.
Я присел совсем рядом с ним и ответил:
— Ну, что?
— ...Эта... война. Ты... и впрямь... думаешь... что победил?..
— А? Разве это не очевидно? Все твои безумные сектанты полегли от моей руки.
Чёрт, как же это было тяжело.
— Я же говорил тебе: даже не заглядывайся на Каннам.
— ...Кхе, кхе-кхе... кха... ха... ха...
— Да-да, вижу, недолго тебе осталось. Дыши глубже и говори медленнее. Я человек милосердный, так и быть, выслушаю твою предсмертную волю до конца.
Услышав мои слова, Глава культа Кровавой Крови издал омерзительный звук, похожий на клокотание мокроты в горле, и принялся нести какую-то чушь:
— ...Признаю... ты силён.
— Ну да, я знаю.
— ...Признаю и то... что Культ Кровавой Крови так и не смог... захватить Каннам...
— Ты что, решил покаяться перед смертью? С чего бы это вдруг?
Пока я усмехался, Глава культа Кровавой Крови произнёс дрожащим голосом:
— ...Но... Глава уже... на пути в Каннам...
— Глава? Глава Пачхон?
— Именно так...
В этот момент у меня потемнело в глазах.
«Неужели те лицемерные старикашки из Праведных школ не смогли его остановить?»
Девять сект и одна банда, Семь великих кланов. И их объединение — Альянс Мурим?
В это трудно было поверить. Я лучше кого бы то ни было знал их мощь. Эти старики не были из тех, кого легко одолеть. К тому же, по объективной оценке, они были сильнее возглавляемого мною Союза Садо, и уж точно не могли уступить каким-то чужакам из-за границы.
— Альянс Мурим... сдался...
— ...!
— ...Глава Пачхон... сильнее и меня... и тебя...
— ...
— И, конечно... сам союз Пачхон... сильнее Культа Кровавой Крови...
— Насколько.
Я сжал кулаки, выжимая из себя последние силы, и поднялся. Взглянув сверху вниз на задыхающегося Главу культа Кровавой Крови, я спросил:
— Я спрашиваю, насколько он силён.
— ...Они... потомки Демонического Культа.
— Демонический Культ? Тот самый, что пал триста лет назад?
— Именно... Их Глава уже давно... превзошёл легендарного Небесного Демона...
— ...
— Теперь... Срединные равнины... наши...
Хрусть!
Я раздавил череп Главы культа Кровавой Крови, прошептав свою собственную заупокойную молитву:
— Бред.
Шлёп.
После этого я рухнул рядом с телом уже бывшего Главы.
— Тьфу, проклятый ублюдок. Чушь нести тоже надо в меру. Что? Потомок Демонического Культа? Превзошёл Небесного Демона?
Подыхает — так подыхай достойно, а не неси ахинею. Паршивец.
Спросить об этом уже было не у кого, так что пришлось принять всё как есть. Но от абсурдности ситуации на губах играла лишь горькая усмешка.
— Говорил же, надо было Праведным и Темным объединиться и навалиться толпой. И ради чего была вся эта гордость?
Так вам и надо, дряхлые маразматики. Как бы то ни было, вы — проигравшие. А я — победил.
— Ха, но почему же я, победитель, должен вот так сдыхать?
Разве не должен победитель жить припеваючи, пока старость не возьмет своё? Почему я должен отправляться на тот свет вместе с этим Главой культа Кровавой Крови в качестве попутчика?
Чёрт бы всё побрал.
А, плевать.
Всё равно такова моя судьба. Теперь у меня не осталось сил даже пальцем пошевелить. Буду просто лежать смирно, пока всё не кончится.
«Дерьмовая была жизнь. Хотя бы уйду спокойно».
В этот момент сознание начало медленно угасать, а тело — словно погружаться в землю. Конечности постепенно костенели, а звуки мира доносились всё слабее, будто эхо.
И в какой-то миг наступила тишина, словно я оказался в бездонной пропасти. В моей душе, всю жизнь трепетавшей от тревог и недоверия, сражавшейся за выживание, наконец воцарился покой.
«Правда, жаль, что я так и не увидел рожу этого Главы Пачхон».
Ну, встреть мы его — скорее всего, так же и сдохли бы.
Крошечная капля сожаления. Вот и всё, что осталось.
Но какой смысл в сожалениях? Я уже иду по дороге в загробный мир вслед за этим мерзким Главой культа Кровавой Крови.
«Хотелось бы в следующей жизни пожить поспокойнее».
Очень бы хотелось.
Путешествие по дороге в загробный мир оказалось приятнее, чем я думал. Ощущение, будто душа сбросила оковы плоти и безмятежно парит. Едва уловимый запах травы и жизнерадостная симфония птичьего пения. Тёплые лучи солнца, кажется, готовы поджарить тело, но в то же время нежный ветерок ласкает кончик носа.
«Что это за путь такой? А ведь здесь не так уж и плохо».
Может, это из-за того, что всю жизнь я провёл среди интриг, тайных заговоров и предательств? Такое спокойствие казалось непривычным. Я-то думал, что после смерти прямиком угожу в огненную геенну.
«Неужели это путь в рай?»
Моя жизнь была полна убийств и злодеяний, совершённых из-за искалеченной души и изломанной судьбы. Кто бы мог подумать, что такой, как я, посмеет рассуждать о рае?
Может, это награда за то, что я уничтожил Главу культа Кровавой Крови и его банду, которые высасывали из людей энергию, используя её для своего пропитания?
«Что ж, тогда отказываться не стану».
Но почему сознание такое ясное? Перед самой смертью оно меркло, словно я проваливался в обморок.
Дёрнулся.
«Ч-что это? Почему чувства возвращаются?»
Неужели...
Я попаду в рай, так и не увидев физиономию Князя Демонов Яма? Что ж, это само по себе неплохо.
«Но почему в груди так давит, будто её выворачивает?»
Внезапно дыхание открылось, а к застывшим рукам и ногам вернулась чувствительность. В тот же миг я судорожно глотнул воздух и пришёл в себя.
— У-у-у-уп! Пху-э-э-эк!
Закашлявшись, я принялся колотить себя по груди. В это время кто-то похлопал меня по спине и обеспокоенно произнёс:
— Вот так, вот так. Выплесни всё.
— Кха, кха, тьфу!
— Ц-ц-ц, как же ты умудрился наглотаться такой скверны?
— ...Э-э?
— Всё хорошо, хорошо. Не буду спрашивать, что случилось, сперва позаботься о себе.
Я последовал совету таинственного мужчины средних лет и, приходя в себя, начал размышлять:
«Что это вообще за ситуация?»
Худые, обтянутые кожей кости, лохмотья, перед которыми пасанули бы даже нищие из Банды Попрошаек. К тому же — тошнотворный смрад, от которого закладывало нос, и налипшие на тело нечистоты. Я выглядел так, будто провалился в выгребную яму и едва из неё выбрался.
— Теперь ты пришёл в себя?
— ...
— Здесь неподалёку есть ручей. Пойдём, омоешь тело.
Мужчина, не брезгуя, стряхнул нечистоты с моей одежды и, крепко взяв за руку, помог подняться.
— Идти сможешь?
— А, да...
— Хорошо, тогда скорее к ручью.
— ...
Мы шли около пятнадцати минут. Всё это время мужчина не заводил лишних разговоров и ни о чём не расспрашивал. Его интересовало лишь моё состояние: не тошнит ли меня, не кружится ли голова и не болит ли живот.
— Давай, присядь здесь.
— ...
— Вода холодная, не пугайся.
Плеск.
Мужчина зачерпнул воды из ручья и аккуратно облил меня. При этом он внимательно следил, не осталось ли на мне грязи. Пока я раз десять принимал этот импровизированный душ, по спине поползли мурашки от сильного чувства дежавю.
«Почему эта сцена кажется мне такой знакомой?»
Всё было так привычно, будто я уже проходил через это. Лицо мужчины, проявлявшего ко мне бесконечную доброту, тоже казалось знакомым. И я, кажется, вспомнил, почему оказался в таком виде.
Я угодил в нужник, пытаясь спастись от нападения бандитов из преступных группировок. Всё это всплыло в памяти так ярко, словно случилось только вчера.
«Ч-что? Это же моё прошлое, моё детство!»
Разве такое возможно? После смерти я не переродился, пройдя круг сансары, а вернулся в собственное прошлое? И не в младенчество, а именно в тот момент, когда я был самым слабым за всю свою жизнь?
Пока я пребывал в глубочайшем шоке, мужчина смыл нечистоты со своих рук и формы.
Подойдя ко мне, он спросил:
— Послушай, дитя, как твоё имя? Я — Танри Чжончхон из Академии Лазоревого Дракона, что при Альянсе Мурим.
А? Танри Чжончхон? Тот самый Меч благородного мужа, которого считали величайшим простаком, нет, святым Мурима?
Внезапно меня охватила досада. Почему же я в прошлой жизни сбежал от этого простака... нет, от этого благодетеля?
«Ну и дурак же я был».
В этот момент воспоминания о годах лишений, на которые я обрёк себя, упустив этот шанс, пронеслись перед глазами. И одновременно с этим пришла другая мысль:
«Постойте-ка... Если я вернулся в прошлое, значит, я знаю не только то, что произойдет, но и вообще всё в этом мире?»
Чмок-чмок.
Я почувствовал сладость на кончике языка. Вот он какой, вкус регрессии.
Я ещё ничего не совершил и не добился, но стоило мне взглянуть на Меч благородного мужа, как улыбка сама собой расплылась на лице. А когда я подумал о Судьбоносных встречах, техниках и сокровищах, сокрытых по всей Поднебесной...
На глаза навернулись слёзы. И впрямь говорят: «за горьким следует сладкое».
«В моей дерьмовой жизни наконец-то расцветают цветы».
Кха-ха-ха-ха-ха-ха!
http://tl.rulate.ru/book/176404/15468964
Готово:
