Эффект проявился незамедлительно.
Стоило мне озвучить цену в пять миллиардов долларов за один процент акций и уйти, как от «Катарко» и «Арамко» тут же посыпались предложения, словно они только этого и ждали.
Крупные корпорации, включая «Эйпл» и другие именитые гиганты, в унисон направили мне протестные сообщения.
[Уважаемый доктор Ким, мы, компания «Арамко», по-прежнему заинтересованы в переговорах. Надеемся, что вы проявите широту души и дадите нам возможность всё обсудить.]
[Великий ученый, доктор наук Ким Чжондо, «Катарко» чрезвычайно высоко оценивает ваши достижения. Пожалуйста, дайте нам шанс...]
От ближневосточных государственных корпораций, выражавших страстное желание вести переговоры в подчеркнуто вежливом тоне, до...
[Доктор Ким, «Эйпл» и альянс корпораций выносят вам решительное и строгое предупреждение. Мы не оставим без внимания ущерб, понесенный из-за вашего одностороннего уведомления. Все неблагоприятные последствия, которые вы можете понести из-за этого...]
[Доктор Ким, это президент компании «Мирэ» Хан Чжон Гю. Простите за внезапность. Я пишу, потому что мне нужно обсудить с вами кое-что важное касательно недавней второй презентации...]
...до частных компаний и лоббистов, которые, подобно «Эйпл», неизменно придерживались высокомерного тона.
Ясно было одно: что бы они там ни болтали, мне это никак не вредило.
— Кха-ха-ха-ха-ха!
И это также было связано с тем, что почетный Председатель Ли Мён Сок хохотал так, что, казалось, весь мир его слышит.
— Ха-ха-ха-ха-ха!
Несмотря на его невысокий рост, смех звучал невероятно заливисто и бодро.
Когда долгий приступ смеха наконец утих, Ли Мён Сок посмотрел на меня прищуренными от удовольствия глазами.
— Несносные выскочки. Опять пытались провернуть свои грязные трюки и в итоге получили по заслугам от нашего доктора Кима! Кха-ха-ха-ха. Боже, никак не могу перестать смеяться.
Но вскоре смех раздался вновь.
Могло показаться, что он преувеличивает, но это вовсе не было притворством.
Ли Мён Сок был не тем человеком, который стал бы передо мной кривить душой, да и причин для веселья у него, судя по всему, было предостаточно.
— Я всегда говорил, что когда-нибудь обязательно собью спесь с этих типов из «Эйпл». И надо же, это желание старика исполнили не сыновья, а наш доктор Ким.
Изначально «Осон» и «Эйпл» всегда находились в состоянии конфронтации.
Хотя «Осон» и считалась компанией номер один в Корее, по сравнению с мировым лидером «Эйпл» она выглядела довольно скромно. «Эйпл», которой не в чем было нуждаться и которая не жаловала конкурентов, неизменно пыталась сдерживать «Осон» — это было неоспоримым фактом.
Ярким примером тому были споры о патентных правах, длившиеся последние десять лет.
Большая часть злорадства Ли Мён Сока проистекала именно из той глубокой эмоциональной неприязни, накопившейся за эти годы.
— Я всегда подчеркивал, чтобы вы были осторожны с мерзавцами из «Эйпл»... но в итоге всё разрешилось на уровне доктора Кима. Ух, как же гора с плеч свалилась.
Наконец успокоившись, Ли Мён Сок отхлебнул чаю из чашки, стоявшей на столе.
Наступила короткая пауза.
Ли Мён Сок молчал около минуты, после чего снова посмотрел на меня.
— И что теперь планируешь делать? Капитал ты потихоньку обеспечил. Похоже, теперь тебе ничто не мешает.
Глаза Ли Мён Сока светились. Теперь это были отношения не просто спонсора и подопечного, а полноправных партнеров. Возможно, поэтому в его взгляде читалось еще большее ожидание, чем раньше.
— Раз есть капитал, я планирую двигаться вперед без остановок. Благодаря Маску и государственным компаниям Ближнего Востока я уже обеспечил сотни триллионов. Этой суммы вполне достаточно для управления корпорацией.
Я ответил спокойным голосом.
«Осон» — 30%, я — 20%, прочие компании-инвесторы — 50%.
На данный момент рыночная капитализация производственной компании оценивается примерно в 400 триллионов вон.
В таком случае сумма, которая естественным образом перепадает мне, составляет около 80 триллионов вон.
Хотя акции — это не наличные деньги в кармане...
Поскольку при составлении рейтингов делового мира учитывается стоимость акций, я мгновенно должен был занять первое место в списке богатейших людей Кореи.
По сути, я стал чеболем в одночасье. Поэтому и отношение Ли Мён Сока ко мне явно изменилось.
В его глазах не было ни зависти, ни ревности... это был взгляд на равного себе предпринимателя.
— Хе-хе, прости, что «Осон» не смогла помочь сильнее. Просто мой сын наворотил слишком много дел.
— Что вы, Председатель. И того, что есть, уже более чем достаточно. Мне даже как-то неловко.
Ли Мён Сок бросил дежурную фразу, и я поспешно покачал головой.
Хотя «Осон» и получила 30% за относительно небольшие деньги... эта доля досталась им вовсе не даром.
Изначально основное производственное оборудование и персонал предоставляла «Осон», к тому же они планировали выделить дополнительный бюджет в размере около 10 триллионов вон. Для меня, у кого даже при наличии капитала не было готовых мощностей, это была ситуация, за которую стоило бы поклониться в ноги.
— Оборудование прибудет примерно к середине следующей недели, около половины. После этого останется только строительство объектов.
Ли Мён Сок, посмеиваясь, изучил карту, разложенную на столе.
План был составлен уже давно, и эскиз завода был проработан довольно детально. Можно было бы подумать, что всё идет слишком быстро, но на самом деле это было не так.
Потому что место, которое я выбрал, было пустующим участком, принадлежавшим «Осон».
— Кстати, тебя действительно устраивает это расположение? Если нужно, я могу прямо сейчас перенести всё поближе к Сеулу.
— Этого достаточно.
Ли Мён Сок, видимо, тоже осознавая это, осторожно переспросил. Разумеется, я вежливо отказался.
Для меня было достаточно Хвасона.
Близость к Сеулу дает свои преимущества, но мне не хотелось за этим гнаться. Напротив, если взвесить все факторы, у Хвасона были свои плюсы.
— «Нью-Эра»... судя по названию, кажется, что этот завод должен стоять где-нибудь в Антарктиде.
Когда разговор о местоположении закончился, Ли Мён Сок сменил тему.
NEWEra.
Название компании, выбранное в итоге в ходе открытого конкурса, несло в себе решимость открыть новую эру. Поначалу предлагались идеи, основанные на бренде «Осон», вроде «Чхильсон» (Семилучевая звезда), «Кусон» (Девятилучевая звезда) или «Сверхновая», но я лично их отклонил.
Потому что путь, по которому я собирался идти, определенно будет отличаться от прежнего пути «Осон».
— Скоро настанет день, когда это имя станет нарицательным.
— Кха-ха-ха-ха.
В ходе беседы я мельком взглянул в окно. Наверняка сейчас вовсю выходят масштабные статьи. Сначала разработка, теперь массовое производство.
В отличие от прежней атмосферы сомнений, теперь мои достижения признавались практически безоговорочно. Возможно, поэтому тон статей сменился на прямо противоположный, будто так и было всегда.
[Доктор Ким Чжондо: от ученого до генерального директора корпорации стоимостью в сотни триллионов.]
[Запуск завода по производству сверхпроводников, полноценная работа начнется в первой половине следующего года.]
[Доктор Ким Чжондо, в одночасье перекроивший иерархию делового мира: споры о верности своим истокам.]
Таковыми были заголовки основных СМИ, которые я смог вспомнить. Закончив с размышлениями, я снова перевел взгляд на стол.
Перед глазами был план частичного завершения строительства в ближайшие несколько месяцев. Необходимые объемы будут производиться на территории лаборатории, а основные партии — в западной зоне Хвасона.
Сейчас я и все причастные лица собрались вместе, чтобы заняться проектированием завода. Расположение зданий с учетом безопасности и логистики, подземные бункеры и подземные лаборатории, а также жилые помещения и общежития для сотрудников.
Хоть мы и называли это заводом, на самом деле это было равносильно созданию целого города.
— Доктор Ким, вы могли бы даже баллотироваться в этом районе. Разве это не город, построенный вами?
— Масштабы — это то, чего не избежать. Со временем я построю заводы и в провинции... но прямо сейчас я планирую разместить в Хвасоне объекты для производства аккумуляторов и оборонные мощности. Если втиснуть всё это, масштаб неминуемо разрастется.
— А я-то гадал, почему в плане есть расхождения. Так я и думал.
Ли Мён Сок посмеивался, изучая различные части карты.
— Куй железо, пока горячо.
Это был капитал, который я получил. В будущем я планирую разделить компанию в зависимости от потребностей, но сейчас я собирался вложить в неё всё, что только возможно.
— И здесь я планирую построить специализированную лабораторию по коммерциализации.
— О-о...
Пока мы рисовали чертежи, указывая то на одно, то на другое место, Ли Мён Сок в какой-то момент в недоумении наклонил голову и указал на одну точку.
— А это место пустует. Из-за горы?
Место, на которое он указал, было единственным свободным участком. Оно контрастировало с плотно застроенными объектами.
Я кивнул в ответ на вопрос Ли Мён Сока.
— Я оставил его пустым намеренно.
— ...?
Как только взгляд Ли Мён Сока снова обратился ко мне, я невозмутимо продолжил:
— Вся эта гора состоит из гранита, так что она идеально подходит для испытаний рельсотрона.
— Поздравляю с тем, что вы стали богачом. Хе-хе-хе.
Маск поздравил меня со своим характерным ухмыляющимся лицом.
— Да ладно вам, это ведь не совсем мои деньги.
Я отмахнулся, отшучиваясь.
— Хе-хе-хе... Вы в одночасье стали самым богатым человеком в Корее, не стоит быть таким скромным.
От настырности Маска мне невольно стало неловко. Конечно, я так сказал, но его слова не были ложью. Обычно акции тоже считаются имуществом.
Моя доля в «Нью-Эре» составляет 20%. При общей рыночной капитализации около 400 триллионов вон, у меня в руках оказалось около 80 триллионов. Для сравнения, капитализация «Мирэ» составляет около 40 триллионов. А вместе с дочерней компанией «Киа Авто» — около 60 триллионов. Так что 80 триллионов — это сумма, которую трудно даже вообразить.
— В любом случае, тот факт, что доктор Ким является генеральным директором, неизменен. С сегодняшнего дня началась новая эра...
Атмосфера потеплела. Однако, как и подобает очень занятым людям, Маск перестал улыбаться, чтобы перейти к делу.
— Говорят, что с сегодняшнего дня США тоже начнут действовать всерьез.
Снова поднялась тяжелая тема. Я кивнул без лишних возражений. По крайней мере, я слышал об этом.
Я вспомнил предостережения Ю Мён Джина. Предупреждение о том, что в худшем случае может возникнуть прямая угроза.
— Но внешне нет никаких проблем, — напротив, Маск снова улыбнулся. — Официально «Нью-Эра» и SpaceX стали партнерами. Хе-хе.
Это был «медовый месяц», который можно назвать идеальным взаимовыгодным союзом. Наверняка сейчас уже вышли статьи, упоминающие конкретные условия нашего сотрудничества.
Маск, очевидно думая о том же, порылся в телефоне и протянул его мне.
— Как раз вышло. Вот, ABC News.
На экране на главной странице висела статья на английском. Маск, заметив мою реакцию, снова взял телефон и отчетливо зачитал статью:
— SpaceX договорилась о транснациональном сотрудничестве. Сверхпроводники жизненно необходимы для гиперпрыжков, и SpaceX решила проводить совместные исследования в ногу с «Нью-Эрой».
В общих чертах там были довольно подробные сведения. Если вкратце:
Мы не можем вмешиваться в основные технологии и технологии массового производства, но обе компании заключают соглашение о сотрудничестве в области коммерциализации и поставок.
Это был самый идеальный контракт из тех, что я мог представить. Настолько, что его можно было бы использовать как пример для подражания.
— Я в таком восторге. Хе-хе-хе...
— А вы не беспокоитесь?
— Я? Почему? Вовсе нет! Обо мне не беспокойтесь, доктор Ким. Федеральное правительство больше не может действовать так бесцеремонно, как раньше... да и такие бизнесмены, как я, не позволят так просто обвести себя вокруг пальца.
Для кого-то это был бы неприемлемый неравноправный договор...
Но для эксцентричного бизнесмена Маска всё было наоборот. Больше всего его интересовала технология коилгана. Хотя мне эта технология пока не была нужна.
Поскольку была обещана полная поддержка, компания Маска предложила вариант, близкий к обмену технологиями.
Обмен технологиями означал технологии коммерциализации. Это означало, что различные новейшие разработки, включая технологии SpaceX, будут поступать в «Нью-Эру».
А что мы даем им взамен?
— Как вы и просили, в определенных областях, включая аэрокосмическую инженерию, возможны эксклюзивные поставки. Однако... в отношении электромобилей нам придется сделать исключение из пункта об эксклюзивности. Я не могу бросить «Мирэ».
— Я верю, что и здесь найдется возможность для сосуществования, доктор Ким. Было бы здорово встретиться втроем: я, «Мирэ» и вы.
Электромобиль с использованием аккумулятора третьего поколения. Это была новость, способная перевернуть мир, оправдывая название компании. Тем не менее, Маск выглядел на удивление спокойным.
— На самом деле... от исследований доктора Кима пострадает не только «Тесла». Это коснется всех автомобильных компаний мира. Но если в этом цунами выживут только «Тесла» и «Мирэ»? Кто бы отказался от такого предложения?
Значит, вот о чем он думал. На мгновение мне стало не по себе.
Каким бы быстро адаптирующимся человеком он ни был, «Тесла» была компанией номер один, которой он посвятил всю свою жизнь. И то, что он готов пойти на убытки ради такого будущего... действительно...
— Так что пока, пожалуйста, сосредоточьтесь на коилгане. Хе-хе-хе-хе-хе...
Но с другой стороны, его ухмылка, когда он представлял радужное будущее... он казался человеком из другого мира.
— Чиу, благодаря тебе мы нанесли им удар. Спасибо.
— Что-о?!
На следующий день после триумфальной презентации. Как только я пришел на работу, я поблагодарил Чиу.
— Э-это... это же всего лишь... прототип...
Хоть она и скромничала так на словах.
— И всё же, если бы не ты, мы бы проиграли этому подлому «Эйпл». Конечно, пока еще много ограничений, но в мире нет исследователя, который смог бы выдать прототип всего за несколько дней!
Мой восторг был оправдан. Какая разница, что есть недостатки? Он работает здесь и сейчас, и его можно показать! С точки зрения использования его как козыря в переговорах, это было изобретение огромной ценности. Возможно, в далеком будущем это событие отметят отдельно.
— Ты ведь точила клинок несколько месяцев, поэтому это стало возможным. По сути, изменился только материал.
— П-поэтому... ни о какой оптимизации и речи нет... даже нормальных углеродных нанотрубок...
— Всё в порядке! Всё в порядке! Этим мы займемся теперь.
Прошло всего несколько недель с момента разработки нового образца. Это была просто грубо переделанная версия кабеля на базе KJD-23 A1, где просто заменили материал. К счастью, он сработал, и мы достигли успеха. У меня до сих пор мороз по коже при мысли о том, каким провалом всё могло обернуться.
— Это... не только мои усилия... профессора по аккумуляторам тоже очень помогли...
Пока Чиу продолжала скромничать, я покачал головой.
Как ни крути, она — главный исследователь. Мы препирались так довольно долго.
— Ах, точно! Вспомнила...
Вдруг она будто что-то вспомнила и начала поспешно рыться в ящике стола. Покопавшись в беспорядке, она наконец что-то нашла и протянула мне.
— Что это?
Она протянула мне свернутый лист ватмана. Развернув его, я увидел плотно нанесенные сложные чертежи.
— Это... аккумулятор, который мне предлагал профессор с кафедры аккумуляторов... Я и раньше хотела поговорить с вами об инвестициях, но до сих пор забывала...
Инвестиции? Если речь о профессоре, занимающемся аккумуляторами и посещающем это место, то это мог быть только Ян Джун Хи из Корейского университета. Говорили, что, несмотря на вхождение в рабочую группу и выдающиеся способности, он был довольно эксцентричным...
— Хм-м...
И действительно, чертеж, который она мне дала, с первого взгляда казался необычным. Торчащие в разные стороны шипы, сетчатое зарядное устройство и пластины, напоминающие солнечные батареи...
— Кажется, это была... молния... Он сказал, что это конструкция, способная поглощать энергию природы, такую как молнии или солнце.
— Что?
— Он говорил, что всегда вынашивал эту идею. Даже несколько раз публиковал статьи. Но он всегда откладывал этот проект из-за сверхпроводников... и на этот раз решил взяться за него всерьез.
Энергия природы? Молния? При её словах меня будто осенило. Теперь я видел: то, что было похоже на иглы, — это громоотводы; то, что напоминало сетку, — каналы для движения электронов; а пластины действительно были солнечными панелями. То есть, проще говоря, это было заземление.
— Э-это...
— Он сказал, что даже если не сейчас, такая конструкция рано или поздно должна была появиться.
Она продолжала говорить совершенно спокойно. В отличие от меня, она, казалось, привыкла к этому и совсем не удивлялась.
— Он сказал, что раз уж это всё равно произойдет... он хочет сделать это прямо сейчас.
— ...
Я на мгновение замолчал, изучая чертеж. На сложенных листах бумаги были подробно расписаны концепции. Чем больше я смотрел, тем больше разгорался мой интерес. Хотя я не силен в аккумуляторах... если эта концепция действительно реализуема...
— Это... странно?
Заметив моё серьезное выражение лица, Чиу обеспокоенно спросила.
— Нет, это просто нечто. Потрясающе.
http://tl.rulate.ru/book/176321/15444931
Готово:
