Началось ли это на следующий день после того, как было определено место для завода?
Внутри «Осон» вовсю шла мобилизация, напоминающая подготовку к генеральному сражению.
В тот момент, когда все подразделения, включая «Осон SD», из кожи вон лезли, чтобы раздобыть оборудование для PVD.
Даже те, кто не был непосредственно связан с процессом, кожей чувствовали: происходит что-то из ряда вон выходящее.
— Как минимум 50 триллионов. Лично я ставлю на 70 триллионов, доктор наук.
Аналитик Ли Джин Хо продолжал говорить с широкой улыбкой на лице.
Тем временем шла активная подготовка к объявлению о публичном размещении акций.
Эксперты прогнозировали капитализацию более чем в 10 триллионов вон.
Но этот аналитик, с которым связались тайно, без колебаний предсказал сумму свыше 50 триллионов.
Согласно анализу Ли Джин Хо, компанию, скорее всего, раскупят корпорации еще до того, как у неё появится возможность выпустить акции на биржу.
— На мой взгляд, нет никакой нужды делать публичное заявление.
— Вот как?
— Если бы вы хотели обобрать мелких инвесторов, я бы рекомендовал IPO, но… это ведь не афера. Если цель — обеспечить инвестиционный капитал, я бы скорее советовал прямые сделки.
Так говорил аналитик, которого Чхве Джонсу отрекомендовал как одного из лучших в Корее.
Этот сценарий я и сам предвидел заранее.
Поэтому решил последовать его совету.
Руководители «Осон», обладающие недюжинной смекалкой в таких делах, заблаговременно пустили нужные слухи.
Их главными целями были, разумеется, крупные брокеры и осведомители.
Посреди этой суматошной атмосферы заманчивые слухи быстро разлетелись по всему миру.
— Доктор наук, с нами связались из Microsoft.
На то, чтобы рыба заглотила наживку, ушло ровно меньше недели.
Хотя слухи распускались внутри страны, зарубежные компании среагировали даже быстрее.
Корейские предприятия, подгоняемые общественным мнением, казалось, замешкались.
А тем временем прозорливые иностранные гиганты уже вовсю выходили на связь.
— Почему они так спешат?
На вопрос Хёнсу я лишь усмехнулся.
Особой причины не было.
— Ну… нет повода медлить, верно?
Это как спросить бегуна, зачем он бежит так быстро.
Он бежит так, потому что может — нужна ли тут какая-то иная причина?
— И председатель Ли Джэ Ун так легко дал добро?
— Если подумать, у «Осон» нет причин отказываться.
— Почему?
— Изначально основные технологии принадлежат Лаборатории «Осон». Какой бы большой ни была рыночная капитализация завода, в конечном итоге это дочерняя компания «Осон», так что выгода очевидна.
— Значит, игра на долях в капитале…
В глубине души «Осон», возможно, и хотела бы забрать всё себе, но…
Всё просто.
Создать компанию стоимостью 30 триллионов, вложив 10 триллионов?
Или владеть компанией стоимостью 100 триллионов, имея 30% акций, вложив всего 1 триллион вон?
А если сейчас выложить 10 триллионов слишком тяжело?
Хоть и говорят «30%», на деле эта компания всё равно будет находиться под контролем «Осон».
Для «Осон» не было причин отказываться от курицы, несущей золотые яйца.
И прежде всего, важную роль играло то, что я решил сделать это сам, и помешать мне было невозможно.
— Э-э… Директор центра? Тут такое дело…
Это был магистр Ли, который вклинился в разговор.
Если он так себя ведет, значит, точно что-то случилось.
В тот миг, когда интуиция подсказала, что назревает нечто крупное…
— Заместитель директора Мун Мин Сок говорит, что должен передать вам нечто крайне важное… Вы не против?
Заместитель директора Мун Мин Сок?
На мгновение я подумал, что ослышался.
Потому что Мун Мин Сок, которого я знал, был начальником отдела планирования в Национальной разведывательной службе.
У него не было причин связываться со мной вот так внезапно.
— Сказали, это касается «Арамко».
— «Арамко»?
Как только я это услышал, всё сразу встало на свои места.
Я уже слышал об этой ситуации от Ю Мён Джина.
— Ох… Доктор Ким… Как продвигаются ваши исследования?
Когда я взял трубку, раздался характерный вкрадчивый голос.
Я ответил сдержанно, обменялся формальностями, и вскоре он перешел к делу.
— У меня есть отличное предложение, вот и решил связаться, чтобы познакомить вас. Ха-ха…
— От «Арамко»?
— Ха-ха… Да… Вы ведь хорошо знаете «Арамко»?
— Знаю, конечно.
Саудовская Аравия пристально следила за мной с тех пор, как их попытка переманить меня провалилась.
«Арамко» — государственная компания Саудовской Аравии.
Сверхгигант, занимающий второе место в мире по рыночной капитализации.
И если такая компания связывается со мной через Мун Мин Сока…
— Они предложили по 500 миллиардов за каждый 1% акций. Видимо, посчитали, что нужно доверенное лицо, вот и обратились ко мне с такой просьбой. Ха-ха…
Тактика посредника, значит.
За границей в переговорах часто прибегают к услугам лоббистов.
Это может выглядеть предосудительно, но имеет свою эффективность.
Интересно, сколько этот человек заграбастал себе за передачу этих слов…
В этот момент в голове мелькнула довольно неприятная мысль.
Чем авторитетнее посредник, тем выше уровень доверия, так что это был мудрый ход.
Конечно, в данном случае это не возымело особого эффекта.
— Кажется, рыбка начинает клевать?
После завершения звонка Хёнсу довольно усмехнулся.
И неудивительно, ведь это было уже четвертое предложение.
Сначала Microsoft, Google, Эйпл, а теперь и «Арамко».
Все они предложили свою цену через посредников.
Как ни странно, такие гиганты, как Эйпл, предложили довольно скупые условия.
Что ж, такое случается…
— Осталось около 30 минут?
Я то и дело поглядывал на часы, подходя к окну.
Вид на лабораторию по-прежнему оставался мирным.
— Если об этом напишут в прессе… условия станут еще лучше?
— Кто знает?
Когда эмбарго будет снято, перед главными воротами станет очень шумно.
Вечером того дня, когда состоялись испытательные стрельбы из среднего рельсотрона.
Мы сразу перешли к обсуждению оборонного предприятия.
Поскольку в нем участвовали лица из других ведомств, не входивших в рабочую группу, для меня это был ответственный момент.
— Демонстрация, которую мы видели днем, была поистине невероятной. Я даже подумал, как же хорошо, что доктор Ким — кореец.
Изначально министр занимал выжидательную позицию относительно выхода на рынок оборонной промышленности.
Он признавал существование сверхпроводников, но считал, что для их коммерческого использования еще слишком рано.
Армия — организация консервативная, так что это было вполне естественно.
Поэтому я подготовил демонстрацию со всей тщательностью.
Люди такого склада, будучи консервативными… в то же время моментально загораются, когда видят что-то по-настоящему убедительное.
— Каких конкретно масштабов вы ожидаете?
Министр обороны Пхё Ин Джэ заговорил заметно более мягким тоном.
— Что касается законопроектов для оборонных предприятий и государственной поддержки, мы будем активно сотрудничать. Если нужно, можем заключить специальное соглашение с Агентством оборонных разработок и предоставить данные.
Обычно оборонный бизнес в Корее начинается как ответвление деятельности крупных корпораций.
То, что министр лично вызвался помочь, было для меня, начинающего с нуля, золотым шансом.
— Однако, независимо от долей в капитале, вы должны признать государственный контроль.
Конечно, было одно условие.
Я кивнул на слова министра.
Государственный контроль я ощущаю и сейчас…
К тому же, любое оборонное предприятие в любой стране находится под контролем государства, так что в этом контракте не было ничего из ряда вон выходящего или несправедливого.
Я шел на это, прекрасно всё понимая.
— Конечно, есть небольшие опасения…
— Вы имеете в виду первоначальные затраты?
— Да.
В ответ на беспокойство министра я на этот раз покачал головой.
— Думаю, по этому поводу сильно переживать не стоит. Ведь есть немало продуктов, способных привлечь инвестиции.
— Помимо рельсотрона?
— Разумеется. Поэтому мы отдельно ведем переговоры и по заводу. Я бы и рад, чтобы «Осон» взял всё на себя, но у них, похоже, не хватает рабочих рук.
Кто в наше время ведет бизнес только на свои деньги?
Конечно, если собирать средства под пустышку — это афера, но у меня есть вполне реальный продукт.
— Но оборудование на основе сверхпроводников, такое как рельсотрон… должно рассматриваться как стратегическое вооружение. А это неизбежно затруднит каналы сбыта.
Министр Пхё Ин Джэ никак не мог избавиться от беспокойства.
Он твердо решил поддержать меня, но хотел, чтобы не осталось ни тени сомнения.
Я тоже был настроен серьезно, поэтому не испытывал никаких негативных эмоций по поводу его осторожности.
— Сначала продукцию должно закупать государство.
— Ну… это так, но…
— Но вы должны учесть вот что, господин министр. Сверхпроводник изменит мир на удивление быстро.
В этом и была суть.
— Парадигма полностью сменится.
— Из-за рельсотрона?
— Не только из-за него. Сверхпроводниковые детекторы для подводных лодок, койл-ганы, силовой экзокостюм, дроны… областей применения бесконечное множество.
Опасения министра основывались на нынешних условиях.
Сможет ли предприятие нормально функционировать с малым капиталом и ограниченными рынками сбыта?
Конечно, в его словах была логика.
В ситуации, когда преобладает обычное вооружение, добиться ожидаемых результатов, полагаясь только на стратегическое оружие, было бы сложно.
— Помимо завода, мы также ведем исследования в области аккумуляторов.
— Аккумуляторов?
— Их еще называют аккумуляторами третьего поколения.
— Гм…
Однако между министром и мной была огромная пропасть.
— Можете ли вы представить себе дрон, летающий на сверхпроводниковом аккумуляторе?
Всё дело в воображении.
Причем в воображении, подкрепленном реальными данными.
— Наступает эра, когда дрон размером с птицу сможет облететь полмира, выполняя разведку.
Кажется, только сейчас до него начало доходить.
Глаза министра постепенно расширялись от удивления.
— Осталось недолго. К тому времени, как наше юридическое лицо твердо встанет на ноги, такой мир уже наступит. А если мир не изменится, то Корея точно станет такой. Тогда мы просто сможем продавать за рубеж устаревшее оборудование второго эшелона. Этого будет вполне достаточно.
Мой прогноз скорости технологических инноваций был очень смелым.
Министр, столкнувшись с таким радикальным утверждением, казалось, колебался между восторгом и глубокими раздумьями.
— Ну, что скажете?
— У вас так много дел, должно быть, голова идет кругом.
— Пока что их можно пересчитать по пальцам одной руки. К тому же мне многие помогают…
Место, которое, пожалуй, было одним из самых безопасных в Корее.
Я мирно беседовал с министром науки и ИКТ Чхве Джи Тхэ, который впервые за долгое время заглянул в лабораторию.
Как и подобает политическому назначенцу, он привлекал внимание везде, где бы ни появился, поэтому встречаться с ним абы где было нельзя.
Даже совещания рабочей группы удавалось организовать с трудом, так что это было ожидаемо.
В этот раз он якобы приехал с инспекцией на завод «Осон Электроникс» и попутно заскочил в лабораторию.
Конечно, я знал об этом заранее, так что сюрпризом это не стало.
— Вы ведь слышали о недавнем разговоре с американским послом?
— Из-за этого мне пришлось уже несколько раз встречаться с президентом.
— Ого… Кажется, в последнее время вы видитесь с ним чаще, чем я.
— Всего-то три или четыре раза.
— Ха-ха… Я вот ни разу не был у господина президента дома.
Министр науки на мгновение удивился, услышав, что я уже встречался с президентом, да еще и в его частной резиденции.
Иногда для политических деятелей устраиваются такие мероприятия, как барбекю-вечеринки в резиденции, но это всегда лишь продолжение работы.
Но то, что он вызвал меня один на один, втайне от всех…
Чхве Джи Тхэ попытался скрыть эмоции и снова заговорил:
— В любом случае, поводов для беспокойства много. Давление со стороны США довольно сильное.
— Они ведь просили о сотрудничестве?
— Внешне — да, но…
Мы снова вернулись к главному.
Эту информацию я уже подробно слышал от президента, так что был в курсе.
Чем больше я об этом думал, тем больше закипал.
— Я уже сказал президенту. Я согласен на само сотрудничество. На условиях частичного взаимодействия.
— Но то, чего хотят США…
— Они нагло требуют неограниченного обмена данными. Мол, они гарантируют патенты, так давайте проводить совместные исследования… Это же абсурд.
Совершенно нелепая уловка.
До сих пор я был настроен по отношению к США положительно.
Но столкнувшись с их беспардонностью в момент, когда интересы разошлись, я потерял к ним всякое расположение.
— Гр-р-р…
Я снова стиснул зубы от негодования и продолжил:
— В конце концов, в этой области господство зависит от монополии на технологии. Стоит оступиться в одном из трех направлений — будь то базовые технологии, технологии массового производства или коммерциализации — и всё пойдет прахом.
— Гм…
Чхве Джи Тхэ кивнул, показывая, что понимает меня.
На его лице отразилась крайняя озабоченность.
Как ни печально, такова была реальность.
Какая страна захочет, чтобы Корея обладала монополией? На словах они обещают гарантировать превосходство, а за спиной копируют и воруют — разве это случается впервые?
Такая низость часто происходит не только между странами, но и между компаниями.
— США, вероятно, ведут себя так еще и из-за предстоящих выборов. Им нужно показать немедленный результат. Если уж у нас всё общество только и говорит о сверхпроводниках, то каково сейчас в Америке?
— Наверное… так и есть… Поэтому давление усиливается, и скоро они, кажется, перейдут к чуть ли не торговым санкциям…
В тот момент, когда разговор был в самом разгаре.
Пока Чхве Джи Тхэ говорил, снаружи внезапно раздался сигнал оповещения.
Тр-р-р-р.
— А?
— Кто бы это мог быть?
— Не знаю…
Если только не чрезвычайная ситуация, пункт управления должен был знать мой график.
Если кто-то решился прервать личную аудиенцию с министром…
Я быстро вышел и открыл дверь, за которой стоял знакомый сотрудник.
— В чем дело?
— Э-э… Директор центра, господин министр. Прошу прощения, что прерываю.
Это был магистр Ли.
Он не из тех, кто говорит попусту, значит, дело действительно важное…
Важный звонок?
Кто, кроме экстренных случаев, мог прервать встречу с министром?
VIP?
Премьер-министр?
Байден?
В голове за мгновение пронеслось множество мыслей.
Возможно, поэтому я шагнул вперед, даже не дождавшись ответа.
— Нужно идти.
— Ой, я с вами.
Министр последовал за мной, но дверь закрылась прямо перед ним.
По пути в аппаратную магистр Ли повел меня не к средствам связи, а в зал для видеоконференций.
— Это не телефонный звонок?
— Они подключились через Starlink. Как только откроете дверь, сразу появится изображение.
— Да кто это?
— Ну…
Я быстро подошел к дверям конференц-зала.
Скрип.
Я открыл дверь, не дослушав его.
На самом деле, я уже начал догадываться, кто это, еще до того, как вошел.
— Гм…
Как и сказал сотрудник, стоило мне открыть дверь, как меня встретил огромный экран.
Точнее, на экране меня встречало огромное лицо.
Человек, которого я видел впервые, но который казался… до странности знакомым.
— Хе-хе-хе-хе… Ан-нён-ха-се-ё~ Это Илон Маск.
Раздалось приветствие на ломаном корейском.
Лицо на экране, в отличие от речи, принадлежало белокожему мужчине.
— Кья~ Как же приятно видеть ваше лицо~ Рад встрече, док. тор. Ким!
Интересно, как долго он готовился — его корейская речь продолжалась.
На самом деле, я начал догадываться еще с момента упоминания Starlink.
Это было немного нелепо, но в то же время напряжение спадало.
В какой-то степени я этого и ожидал.
Поэтому я тоже улыбнулся.
— Рад встрече, господин Маск.
— Ха-ха-ха-ха-ха!!!
В ответ на мое приветствие Маск широко растянул рот и снова разразился диким смехом.
Своеобразный хохот, похожий на звуки тюленя из мультика «Пингу».
Наконец, успокоившись и перестав смеяться, Маск заговорил на естественном английском:
— Говорят, вы принимаете инвестиции? Ох… мне так много хочется сказать…
Маск, в чьих глазах плясало безумие, посмотрел на меня и замялся.
— Вот так общаться — это как-то не то… Хотелось бы встретиться лично.
И когда он, наконец, перешел к сути, он снова повысил голос и закричал:
— Саут Кориа~!!! Можно мне! Заглянуть к вам?!
Ситуация была такой, что я даже не знал, как реагировать.
Но не было нужды холодно отвечать такому веселому человеку…
Я пожал плечами и слегка кивнул.
— Препятствовать не буду.
— О-о~ Тогда я вылетаю прямо сейчас? Если приеду, вы ведь встретитесь со мной?
Ухмылка.
После этого Маск снова улыбнулся своей безумной улыбкой и подмигнул.
Щелк.
— Отключилось.
Как и сказал магистр Ли, и как было видно невооруженным глазом, связь через Starlink оборвалась.
Экран передо мной стал совершенно черным, как будто ничего и не было.
— …
Магистр Ли посмотрел на меня с ошеломленным видом.
Мне не нужно было спрашивать, о чем он думает.
— Всё будет в порядке?
На этот полный беспокойства вопрос я снова улыбнулся.
— Не волнуйтесь. Это пойдет на пользу.
— На пользу…?
Я как раз ждал, когда же он объявится.
Зная Маска, он ни за что бы не упустил такую добычу.
— Да, он станет отличным козырем в переговорах.
http://tl.rulate.ru/book/176321/15444928
Готово:
