Глава 9. Вступительный экзамен: Я всего лишь заурядный неудачник!
Вернувшись со Скалы Хокаге, Сэцуна вновь погрузился в тягучую, тоскливую спячку, растянувшуюся на два долгих года.
И хотя переполох той ночи всё же привлек внимание Данзо, месяцы кропотливого ищейства со стороны Корня не принесли ни единой зацепки. В конце концов дело закрыли, смахнув в архив с удобной пометкой: «необъяснимая сверхъестественная аномалия».
Маскировка Сэцуны оставалась безупречной.
Изо дня в день, забившись в самый пыльный угол сиротского приюта, он покорно и блестяще отыгрывал роль безмолвной марионетки, брошенной всем миром. Но внутри него давно бушевали тектонические сдвиги. Заполучив Тело Мудреца, он обрел воистину неисчерпаемый источник жизненной энергии; даже сон превратился в жалкий физиологический рудимент, от которого он с легкостью отказался. Каждую ночь, пока весь мир забывался в беззащитном сне, Сэцуна упивался поистине ненасытным пиршеством, жадно, глоток за глотком, поглощая новую силу.
Жалкая песочница в стенах Конохи больше не могла утолить его амбиций.
Каждые выходные, прикрываясь невинными прогулками, он бесшумной тенью выскальзывал за пределы Деревни Скрытого Листа, устремляясь к местам, овеянным кровавой славой истории Мира Шиноби, чтобы совершить там Регистрацию. Вдали от чужих глаз его боевая мощь разрасталась с пугающей, поистине чудовищной скоростью. Теоретическая база, рефлексы и глубинное понимание ниндзюцу уже давно и безнадежно превзошли уровень большинства экспертов ранга Каге этой эпохи.
И всё же внешне он оставался всё тем же щуплым, невзрачным и даже слегка истощенным детдомовцем. Этот колоссальный, режущий глаз диссонанс между внешней убогостью и внутренней первобытной мощью дарил ему извращенное, почти болезненное чувство абсолютного контроля над реальностью.
Время текло незаметно в этой нескончаемой рутине из искусного притворства и непрерывного роста. Вскоре для Сэцуны и его ровесников пробил час переступить порог Академии ниндзя.
Академия ниндзя.
Это была колыбель, в которой Коноха взращивала новые поколения шиноби, то самое место, где брали начало все великие истории. В день вступительных испытаний широкая школьная площадка ломилась от толп будущих учеников и их сопровождающих. Воздух гудел от звонкого детского смеха и нервных, суетливых наставлений родителей, создавая атмосферу шумного праздника.
И посреди этого кипящего котла жизни Сэцуна, застывший в самом неприметном углу, казался чужеродным, мертвым пятном. Рядом с ним не было семьи. Облаченный в выцветшее, поношенное тряпье, он просто стоял, не шевелясь, словно безжизненный истукан.
Разумеется, столь мрачная фигура не могла не привлечь внимания праздных зрителей.
— Этот мальчишка… он ведь из семьи Учиха, верно? — зашептались неподалеку перестраховщицы-мамаши.
— Ага, тот самый выживший… — понизив голос, отозвался кто-то в толпе. — Говорят, тронулся умом после того случая. Жаль пацана, а ведь тоже мог вырасти гением.
— Эх, какое горе, — вздохнула дородная женщина, — в таком-то юном возрасте…
Ядовитые шепотки, густо приправленные лицемерной жалостью, беспрепятственно достигали ушей Сэцуны, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Всё это уже давно было заложено в его грандиозный сценарий.
Вскоре вступительный экзамен официально стартовал. Руководил испытанием Ирука — Чунин-наставник с исключительно суровым лицом, которое пересекал глубокий шрам.
— Следующий! — рявкнул Ирука, сверяясь со списками. — Учиха Саске!
Из толпы, чеканя шаг, вышел черноволосый мальчишка. В его черных как смоль глазах стыло холодное презрение. Это был Саске. За прошедшие два года с его лица почти стерлись следы детской наивности; их место заняли ледяное высокомерие и мрачность, совершенно не свойственные его возрасту. Он выудил три сюрикена и, не раздумывая ни доли секунды, сделал резкий, хлесткий взмах кистью.
Вжик! Вжик! Вжик! Три холодных стальных блика распороли воздух, и все три лезвия с безупречной точностью впились прямо в «яблочко» удаленной мишени.
— Все в цель! — громогласно объявил Ирука, и в его взгляде мелькнула невольная искра уважения. — Высший балл!
Толпа родителей и детей вокруг тут же взорвалась восхищенными ахами.
— Чего еще ожидать от гения клана Учиха! — восторженно присвистнул кто-то из зевак.
— Какая мощь!
Купаясь во всеобщих овациях, Саске даже не улыбнулся. Его лицо оставалось непроницаемым каменно-холодным изваянием, когда он развернулся, чтобы вернуться в строй. Его взгляд вскользь прошелся по пестрой толпе и, наткнувшись на застывшего в углу Сэцуну, вдруг болезненно искривился. В глазах «гения» вспыхнул сложный, взрывоопасный коктейль из неприкрытого презрения и жгучего отвращения.
Как для Учиха, пережившего ту же резню, этот жалкий кусок мусора был ходячим позором всего их клана!
Сэцуна спинным мозгом почувствовал этот испепеляющий взгляд, но даже не удосужился поднять веки. В его глазах этот так называемый «гений», одержимый жаждой мести и пляшущий на ниточках чужих интриг, ничем не отличался от валяющейся у обочины гальки.
Экзамен шел своим чередом.
Сакура Харуно, Ино Яманака, Нара Шикамару, Акимичи Чоджи… имена, которым в будущем предстояло греметь на весь Мир Шиноби, сейчас принадлежали лишь неоперившимся юнцам, неуклюже демонстрирующим свои крохотные таланты.
И вот, наконец, настала очередь Сэцуны.
— Следующий! — голос Ируки эхом разнесся по площадке. — Учиха Сэцуна!
Стоило этому имени сорваться с губ экзаменатора, как двор мгновенно погрузился в давящую, звенящую тишину. Сотни глаз разом уставились на щуплую, сгорбленную фигурку, медленно выползающую из тени.
Сэцуна, сохранив на лице маску абсолютного безразличия, вышел в самый центр экзаменационной зоны и вяло подобрал три сюрикена. Подражая недавнему триумфу Саске, он сделал неуклюжий взмах рукой.
А затем…
Дзынь! Клац! Тук! Из трех брошенных клинков один жалко воткнулся в самый край деревянного щита, второй и вовсе улетел в «молоко», намертво застряв в коре ближайшего дерева, а третий вообще срикошетил в неизвестном направлении.
Площадку накрыла мертвая, осязаемая тишина.
А секунду спустя она взорвалась неконтролируемыми, издевательскими смешками.
— Ха-ха-ха, что он творит?! — надрывался от смеха какой-то мальчишка.
— Он даже в мишень попасть не может! — подхватил другой. — Да какой он, к черту, Учиха?
По лицу Ируки скользнула тень искренней жалости. Тяжело вздохнув, он внес результаты в ведомость:
— Метание сюрикенов — незачет. Второе испытание: Техника Клонирования!
Сэцуна вновь шагнул вперед и принялся складывать ручные печати. Его пальцы двигались так мучительно медленно, словно у разбитого артритом восьмидесятилетнего старика; от одного взгляда на эту пытку зрителей неумолимо клонило в сон.
— Техника Клонирования! — глухо выдавил из себя мальчик.
Пуф! Взметнулось облачко белого дыма. Когда сизая пелена рассеялась, рядом с ним обнаружился бледный, полупрозрачный «клон», который, казалось, развалится от малейшего дуновения ветра. Фантом продержался от силы секунды две, после чего с жалким пшиком сдулся, вновь обратившись в белесый пар.
Смех на школьном дворе перерос в оглушительный гогот.
— А-ха-ха-ха! Я сейчас умру! — заливался слезами кто-то в толпе. — Это самая убогая Техника Клонирования в истории!
— И этот кусок идиота реально приперся сюда, чтобы стать ниндзя?
Ирука громко, с нажимом откашлялся, обрывая шквал насмешек. Он посмотрел на Сэцуну, и в глазах Чунина плескалось бездонное сочувствие. Последствия Ночи Резни Клана нанесли психике этого ребенка слишком глубокие, непоправимые увечья. Скорее всего, ему до конца своих дней так и не суждено стать квалифицированным ниндзя.
— Техника Клонирования — незачет, — с явным трудом огласил вердикт Ирука. — Учиха Сэцуна, итоговая оценка — не сдал. Однако… — он запнулся, — учитывая твои особые обстоятельства, ты допущен к зачислению.
Таков был прямой приказ Верхушки Конохи. Позволить этому «бесполезному» Учихе тихо и безопасно просиживать штаны в Академии ниндзя вплоть до самого выпуска — вот величайшее «милосердие», на которое расщедрилась Деревня.
Сэцуне было абсолютно плевать на эти подачки.
Он молча развернулся и поплелся обратно в свой темный угол, продолжая безукоризненно играть роль серого фона. Ярлыки вроде «полного ничтожества», «мусора» и «позора клана Учиха» намертво приклеились к его спине.
И это был именно тот результат, которого он добивался.
http://tl.rulate.ru/book/175773/15260593
Готово:
