Вначале он беспокоился, что за эти дикие грибы вряд ли удастся выменять что-то стоящее.
Теперь же на душе стало значительно спокойнее: с целой корзиной свежих огурцов он должен обменять на рынке немало зерна.
Чэнь Юнцян шёл по грунтовой дороге, ведущей в уездный посёлок, неся за спиной бамбуковую корзину. Мимо, звеня серебристым колокольчиком, пронёсся мужчина средних лет в синем рабочем костюме, крутящий педали велосипеда.
Глядя ему вслед, Чэнь Юнцян невольно поправил ремень на плече.
Если бы у него был велосипед, эти пять-шесть километров горной дороги дались бы куда легче.
Он прикинул про себя: как только удастся подзаработать, обязательно купит себе одну — хоть убей.
«Феникс» стоит слишком дорого, «Юнчзю» сейчас не достать... Может, поискать подержанный «Фэйгэ»?
Не заметив, как, он уже подошёл к окраине посёлка. Издалека доносился шум и гомон базара.
По обеим сторонам мощёной синеватым камнем улицы стояли белостенные, серо-черепичные здания. У дверей кооператива толпилась очередь с продуктовых и тканевых талонов.
А частные торговцы вдоль дороги казались куда живее: кто-то соорудил наспех стол и торговал нитками и ножницами, а кто-то сидел прямо на земле, выложив перед собой овощи со своего огорода.
— Новенькие сорочки из териленовой ткани! Проходите, не упустите! — кричал юноша в клёшах у стены кооператива, и к нему тут же подбежали несколько девушек.
Чуть дальше тянуло ароматом жареных пирожков, а у лотка с крысиной отравой собралась толпа зевак.
Чэнь Юнцян не стал ждать, пока к нему подойдут покупатели. Он сам пустился бродить по рядам, выискивая семена растений, которые можно было бы вырастить.
«В пространстве ведь остаётся столько земли. Сегодня главная цель — раздобыть побольше семян. Семена — это самодостаточность!»
В корзине старика, сидящего неподалёку, лежали кукурузные початки. Чэнь Юнцян присел рядом:
— Дедушка, давайте я вам огурцов дам — а вы мне немного кукурузы? Попробуйте, огурцы у меня хрустящие и сладкие.
Он протянул один. Старик сомневаясь откусил кусочек — и глаза его сразу засияли:
— Эге! Вот это вкус! Беру. Меняемся!
Первая сделка так легко и удачно подняла Чэню Юнцяну настроение.
Следом он подошёл к женщине, торговавшей картошкой.
— Тётушка, можно обменять немного картошки на семена?
Та бросила взгляд на его корзину и покачала головой:
— Огурцы у нас свои есть. А у меня сын растёт, ему мелко́е зерно нужно — только за мелкий помол меняю.
Чэнь Юнцян не стал спорить: достал несколько монет и купил небольшой мешочек ровных, крупных клубней, подходящих для посадки.
Затем приметил несколько корнеплодов батата — их продавал молчаливый мужчина с сигаретой в зубах.
Услышав, что покупатель хочет поменяться, тот только рукой махнул:
— Обменом не занимаюсь. Только за деньги.
Чэнь Юнцян тяжело вздохнул и снова полез за деньгами. Он знал: пока нельзя полагаться исключительно на бартер — где нужно, придётся раскошелиться.
Когда он обошёл большую часть рынка, огурцов в корзине оставалось меньше половины, зато в обменах и покупках удалось раздобыть семена кукурузы, мешочек картофеля, несколько клубней батата и немного бобовых.
Чем больше культур — тем устойчивее хозяйство, и в будущем при обмене это не вызовет подозрений. Это и был его расчёт.
Тем временем, пока Чэнь Юнцян бродил по рынку, у ворот его двора появился староста деревни — Ян Дахай.
— Юнцян! Дома есть? — крикнул он.
Из кухни быстро вышла Линь Сюлянь:
— Он на рынок уехал, ещё не вернулся.
— Сючжэнь? — удивился староста. — А ты разве не в отъезде была? Когда успела вернуться?
Линь Сюлянь прикусила язык. Чэнь Юнцян велел пока не разглашать её настоящую личность.
И прежде чем она успела что-то сказать, Ян Дахай сам продолжил:
— Ну и ладно, хорошо, что вернулась. Одному ему, конечно, нелегко. Живите теперь мирно, не ссорьтесь больше.
Он вспомнил, зачем пришёл:
— Да, скажи Юнцяну: завтра утром в восемь всем по одному от двора прийти в деревенскую управу, собрание будет.
— Хорошо, передам, — отозвалась Линь Сюлянь.
Староста кивнул и, заложив руки за спину, неторопливо ушёл по пыльной дороге.
Линь Сюлянь смотрела ему вслед и облегчённо выдохнула:
— Повезло, что похожа на сестру, не признал.
Тем временем Чэнь Юнцян нашёл свободное местечко в дальнем углу базара и аккуратно разложил свой товар.
Стоило только вынуть дикие грибы, как тут же подошло несколько домохозяек.
— Гляжу, грибочки у тебя отборные. В супе будут — загляденье! — присела к прилавку пожилая женщина в синей кофте.
— Почём бери́шь?
— Как скажете. Можно и на зерно поменять, — улыбнулся Чэнь Юнцян.
Женщина без долгих раздумий достала пять мао и купила грибы.
Остальные тоже быстро разобрали остаток. Пересчитав деньги, Чэнь Юнцян с удовлетворением подумал:
«Живёшь у гор — кормишься горой. Дары леса на рынке ценятся. Значит, стоит почаще туда ходить, добывать больше дикого добра».
Вот только огурцы остались почти неприкосновёнными.
Рядом на соседнем прилавке они лежали целыми горами, а хозяин, покусывая сигарету, выкрикивал:
— Свежие огурцы! По три феня за цзинь!
Чэнь Юнцян взял в руки свой — блестящий, хрустящий — и глянул на соседние. Снаружи действительно выглядели одинаково.
Покупатели иногда останавливались, перебирать огурцы, спрашивали цену, но, услышав ответ, качали головой и уходили.
— Тоже три феня, так с чего им брать твои? — усмехнулся сосед, глядя на него с видом победителя.
Чэнь Юнцян промолчал и лишь аккуратно сложил огурцы обратно.
Он-то знал, что огурцы, выросшие на духовном поле, куда ароматнее и вкуснее обычных, но на простом рынке их преимущества ещё никто не распознаёт.
Глядя на людской поток, он начал прикидывать, как бы по-другому заинтересовать покупателей.
И тут, среди толпы, появился мужчина в синей рабочей форме, плотный, с округлым животом.
Сосед по прилавку сразу оживился и крикнул издалека:
— Шеф Хэ! Ваши огурцы я уже отобрал, лучшие, как вы любите!
Он вытащил из-за спины сетку, где зеленели ровные, свежие огурцы — явно специально отложенные.
Пришедший оказался Хэ Цзюнь, односельчанин Чэня Юнцяна, работавший поваром в местной столовой.
Он подошёл ближе, взгляд его тут же задержался на Чэне.
— Ну надо же! Смотри-ка, это ведь наш Цяньцзы! И ты тоже огурцы продаёшь? — удивился он.
Хэ Цзюнь, ухмыляясь, наклонился и протянул руку, чтобы взять один.
Чэнь Юнцян знал: этот любил задирать людей. Когда-то они уже ссорились по поводу дел сельсовета.
Он резко сказал:
— Не собираешься покупать — не трогай.
Хэ Цзюнь замер, рука повисла в воздухе. Лицо его побагровело, но отступать было неловко — и он процедил сквозь зубы:
— Ха, смотри какой жадный! Да кому твои огурцы нужны, вон их полрынка завалено!
Он ткнул пальцем в сторону соседа:
— Старик Ван, твои-то куда лучше!
Тот, боясь потерять клиента, сразу подхватил:
— Конечно-конечно, Шеф Хэ! Мои — с грядки, срывали на рассвете. Для вашей кухни — самое то!
http://tl.rulate.ru/book/175697/15281418
