Глава 72. Гнев Штатов и огненное крещение
— Ублюдки! Бог вам этого не простит! — Александр Мак, командир сил Штатов, в ярости сжимал кулаки. Вид превращенных в металлолом танков и гаубиц выжигал его душу.
Это было невыносимо. С самого начала кампании в Корее он привык доминировать, привык, что его войска катком проходят по позициям северян. Но сегодня всё пошло прахом. Его хладнокровие испарилось, уступив место слепой, жгучей ненависти. В голове пульсировала лишь одна мысль: раздавить, стереть в порошок, уничтожить любого, кто посмел бросить ему вызов.
Гордость его аристократического рода не позволяла оставить такое пятно на мундире. Александр вскочил на коня и с искаженным лицом закричал:
— Вперед! Все в атаку! Пусть они познают наш гнев! Я хочу видеть их на крестах! Пусть Господь судит их грехи, а мы станем его карающим мечом!
Войска Штатов, подхлестываемые яростью своего командира, безумной лавиной хлынули вперед.
Ян Син, наблюдая за тем, как склоны покрываются ковром из солдат противника, обернулся к Ли Айго:
— Старина Ли, ты готов? Они прут напролом!
Ли Айго лишь хитро прищурился. Его артиллерийский полк давно замер в ожидании, а тактика «бей из засады» всегда была его любимой. Зачем рисковать людьми в штыковой, если можно просто смотреть на фейерверк?
— Огонь! — рявкнул Ли.
Пятьдесят ракетных установок одновременно извергли пламя. Ракеты, словно подстегнутые неведомой силой, с ревом устремились к целям.
Шу-шу-шу...
Бум! Гр-р-рах!
Длинные огненные хвосты прочертили небо, напоминая стаю разъяренных драконов. С воем они врезались в самую гущу наступающих порядков, превращая поле боя в бурлящий котел огня и стали. Зрелище было настолько грандиозным, что даже видавшие виды бойцы 4-й дивизии замерли в изумлении.
— Ничего себе... — прошептал Ян Цзямин. — Это же форменное купание в ракетах.
Он даже немного запереживал: не слишком ли это жестоко? Как вообще можно пережить такой шквал?
Армия Штатов была деморализована в мгновение ока. Их спесь испарилась вместе с первыми взрывами. Те, кто секунду назад выкрикивал угрозы, теперь истошно вопили, призывая на помощь Бога. Но они ошиблись адресом. Здесь, на Востоке, западные боги были бессильны.
Под дождем из ракет позиции врага превратились в филиал преисподней. Предсмертные хрипы, крики боли и ужаса слились в один кошмарный гул. Ли Айго смотрел на это без тени жалости. Он знал: окажись они на месте врага, Штаты не проявили бы и капли милосердия. На войне есть только два пути — либо ты, либо тебя. И право решать судьбу проигравших принадлежит только победителю.
Ракеты продолжали падать, взламывая оборону и превращая целые батальоны в небоеспособную массу. Дух Штатов был сломлен. Солдаты бросали винтовки и в панике разбегались, пытаясь найти хоть какое-то укрытие от этого огненного ливня.
— Не останавливаться! Продолжать обстрел! — Ли Айго не собирался давать им передышки.
Артиллеристы, воодушевленные успехом, начали новый цикл залпов. Небо снова расцвело смертоносными цветами. Поле боя дрожало, а вместе с ним дрожало и сердце Александра Мака. Он больше не просил Бога о победе. Он молил лишь об одном — выжить и выбраться из этого кошмара.
Когда командир теряет волю, армия превращается в стадо. Хаос стал неконтролируемым. Ли Айго внимательно следил за копошащимися внизу фигурками в бинокль.
— Маловато будет, — процедил он. — Они должны запомнить этот день. Они должны вздрагивать при одном упоминании о нас. Пусть знают, что те «Зайцы», которых они знали раньше, остались в прошлом. Теперь мы можем помериться силами на равных.
— Огонь! Бейте, пока не выкинут белый флаг!
Очередной залп накрыл остатки подразделений. От укреплений Штатов остались лишь дымящиеся воронки и обломки техники. Александр Мак исчез — то ли бежал, то ли нашел свою смерть в одной из воронок.
Наконец, когда дым немного рассеялся, стало видно, что сопротивление окончательно подавлено. Солдаты Штатов, осознав безнадежность своего положения, начали массово поднимать руки.
Ли Айго тяжело вздохнул и отдал приказ прекратить огонь. Противник сдался, а у «Зайцев» не было привычки добивать пленных, какими бы врагами они ни были.
Ян Син взмахнул рукой, и бойцы 4-й дивизии лавиной скатились со склонов, чтобы начать зачистку. В воздухе стоял тяжелый, тошнотворный запах гари — горело всё: от техники до обмундирования. Ошметки дыма и догорающие очаги пламени свидетельствовали о том, насколько яростным был этот «диалог» артиллерии.
Ян Цзямин вскоре принес отчет.
— Командир, вместе с предыдущим боем у нас более двух тысяч пленных. Куча минометов, стрелкового оружия... А вот от тяжелой техники остались одни воспоминания.
Ли Айго усмехнулся.
— И что нам с этой оравой делать? — спросил Ян Цзямин. — Кормить их, охранять... Мороки не оберешься.
— Отправь их к людям Кима, — распорядился Ли Айго. — У них там, я слышал, много работы на шахтах простаивает. Пусть приносят пользу.
Ян Цзямин кивнул, бросив сочувственный взгляд на толпу пленных. Если они попадут в руки северян, их ждет долгая и изнурительная работа в рудниках. Выживут ли они — зависело теперь только от суровости новых хозяев.
Ли Айго повернулся к товарищу:
— Ну что, старина Ян, пойдем составлять доклад Руководству? Такую победу грех не отметить. Пусть начальство выставляет нам лучшую выпивку!
Ян Син кивнул, но в его глазах всё еще читалась обида. У него был свой важный вопрос к Руководству: почему у Ли Айго было сто ракетных установок, а у него — всего ничего? Справедливость должна была восторжествовать.
http://tl.rulate.ru/book/175495/16373566
Готово:
