— Бакэ!
Ловэй резко обернулся и крикнул: — Передай техножрецу Альфе, немедленно заблокировать все источники воды вокруг административного здания, включая водосборный резервуар!
— А? Но, советник, это же просто дождевая вода…
— Выполнять приказ!
Голос Ловэя был суров как никогда.
— Пусть все бойцы сил обороны наденут противогазы. Без моего разрешения никому не снимать, даже во время еды!
Интуиция подсказывала ему, что настоящая атака уже началась.
Не пушки, не яд.
А нечто более скрытное и смертоносное.
Не успел он договорить, как за окном раздался шум.
Ловэй подбежал к окну.
Он увидел, как у водосборного резервуара старый сервитор, убиравший территорию, бросил метлу и схватился за горло.
Его тело начало сильно дёргаться.
Кожа на глазах приобрела мертвенно-серый оттенок.
Затем.
Его живот, словно перекачанный воздушный шар, начал стремительно раздуваться.
— Бум!
Глухой хлопок.
Живот старого сервитора взорвался.
Но не было ни крови, ни разлетающихся кусков плоти.
Из его живота хлынули не внутренности.
А тысячи и тысячи… зелёных мясных мух.
Жужжа, они, словно чёрный смерч, мгновенно налетели на окружающих.
В тот же миг утреннюю тишину разорвали крики, вопли и звуки сирены!
Ловэй смотрел на всё это, и гусиное перо в его руке сломалось пополам.
— Началось.
Тихо прошептал он.
В его глазах не было страха.
Лишь холодная решимость перед лицом неизбежной судьбы.
— Всем подразделениям — боевая готовность первого уровня.
Он нажал на красную кнопку на столе, и его голос разнёсся по всему зернохранилищу через громкоговорители.
— Это не учения. Повторяю, это не учения.
— За Императора, за выживание… к бою!
Чёрный смерч из зелёных мух не стал распространяться сразу.
Словно обладая неким коллективным разумом, они на мгновение замерли в воздухе.
Звук их крыльев, слившись воедино, перестал быть раздражающим жужжанием.
Он превратился в низкий шёпот.
Словно бесчисленное множество голосов шептало прямо в уши.
Эти звуки проникали в барабанные перепонки, вызывая не только шум, но и тошноту.
Желудок невольно сжимался в спазме.
Затем они разлетелись.
Не хаотично, а с целью — «посеять».
Они устремились к ближайшей толпе.
К тем рабочим, которые только что стояли в очереди за похлёбкой, а теперь кричали, широко раскрыв рты от ужаса.
Мухи залетали им в ноздри, уши, врезались прямо в открытые в крике рты.
— Задраить двери и окна, включить систему вентиляции с избыточным давлением!
Голос Ловэя гремел из динамиков.
— Всем бойцам сил обороны — огонь на поражение!
— Цель — не мухи, а заражённые люди!
— Не подпускайте их к оборонительным линиям!
На площади молодой рабочий, схватившись за горло, упал на колени.
Под его кожей кишели мириады мелких червей.
Его худощавое тело быстро надувалось, раздувалось.
Он поднял голову, и в его глазах вместо ужаса появилось блаженное безумие.
— Хе… хе-хе…
Он издал странный, глупый смех, и из уголков его рта потекла жёлто-зелёная гнойная жидкость.
— Бах!
Крупнокалиберный болт снёс ему верхнюю часть туловища.
Бакэ стоял на балконе второго этажа.
Из ствола его болтера поднимался сизый дымок.
Одноглазый командир действовал без малейших колебаний.
Его аугментический глаз бешено вращался, выискивая каждую цель с признаками мутации.
— Не стойте столбом, огонь!
Прорычал Бакэ на оцепеневших солдат внизу.
— Это ходячие мертвецы Владыки Чумы! Не хотите превратиться в гнилое мясо — жмите на спуски!
Разбуженные рёвом командира, бойцы сил обороны наконец открыли огонь из тяжёлых стабберов.
— Тр-тр-тр-тр!
Глухой, ритмичный грохот разорвал воздух.
«Умиротворение духа машины», на которое Ловэй потратил целую ночь, принесло свои плоды.
Эти старые машины смерти не заклинивали, их стволы не разрывались.
Они изрыгали полуметровые языки пламени, обрушивая на толпу плотный металлический шторм.
Это была не война, это была бойня.
И необходимая хирургическая обработка раны.
Те ходячие мертвецы, которые только что мутировали и двигались ещё медленно, падали под шквальным огнём, как скошенная пшеница.
Крупнокалиберные пули легко разрывали их раздутые конечности, превращая не успевшие вылупиться личинки и гной в облака зловонного кровавого тумана.
Ловэй стоял у панорамного окна, заложив руки за спину, его лицо было напряжённым.
Он смотрел на падающие тела.
Всего десять минут назад они благодарили его за миску горячей зелёной похлёбки.
— Господин советник, — озадаченно произнёс техножрец Альфа, — модель данных показывает отклонение.
— Согласно стандартной скорости разложения, эти носители должны были полностью потерять подвижность в течение тридцати секунд после контакта и превратиться в источник заражения.
— Но…
Жрец вытянул механический щупалец и указал на нескольких мутантов внизу, которые, несмотря на ранения, упорно ползли вперёд.
— Их физическая прочность выше ожидаемой; процесс трансформации, похоже, встретил какое-то… сопротивление.
Ловэй прищурился.
Он тоже это заметил.
Рабочие, в чьи тела проникли мухи, мутировали.
Но в первые несколько десятков секунд многие из них, казалось, сохраняли остатки сознания.
Некоторые даже пытались вырвать из горла инородные тела.
Это было нелогично.
Для людей, страдавших от хронического недоедания, с практически разрушенной иммунной системой, чумной вирус должен был быть смертельным мгновенно.
Если только…
— Зелёная похлёбка.
Ловэй быстро нашёл ответ.
— Похлёбка содержит много белка, калорий и микродозы антибиотиков.
— Хоть они и поели всего один раз, эта «сытная еда» активировала их давно спящие защитные функции организма.
— Пусть это и предсмертная агония, но она дала им время на реакцию.
В этот момент Ловэй почувствовал нечто вроде уважения.
Вот она, сила смертных.
Даже будучи ничтожными, как муравьи, получив хоть каплю питательных веществ, они будут бороться за лишнюю секунду жизни перед лицом гибели.
На самом деле, аграрная планета «Изобилие-2» не была идиллическим золотым раем.
Это был гигантский жёрнов из плоти и стали.
На горизонте возвышались огромные, похожие на злокачественные опухоли, шпили города-улья.
Они извергали ядовитый дым, закрывавший небо и окрашивавший его в больной, серо-жёлтый цвет.
А в тени улья раскинулись бескрайние поля и грибные фермы.
Они, словно кровеносные сосуды, впивались в истощённую кору планеты, без остановки высасывая из неё питательные вещества.
Каждый сантиметр земли здесь был принудительно засеян.
Каждая капля воды проходила бесчисленные циклы фильтрации.
Собранный урожай заполнял до небес склады для уплаты десятины.
Его было достаточно, чтобы накормить флот всего сектора.
И даже отправить на столы Священной Терры.
Однако рабочие, трудившиеся на дне улья, выращивая урожай в ядовитых сточных водах, не могли получить и одного зерна для себя.
Для них это было подношение Императору, собственность аристократии.
Простым смертным прикасаться к этому было запрещено.
Им оставалось лишь ютиться в тени изобилия.
Питаясь переработанным трупным крахмалом, отфильтрованными промышленными отходами и зелёной похлёбкой.
Жить в житнице и умирать с голоду.
Таков был великий, священный Империум…
http://tl.rulate.ru/book/175490/15168548
Готово:
