Воспоминание о предыдущей главе: Виктор развязал против Эдика "холодную войну", используя мелкий саботаж и слухи, чтобы испортить ему жизнь. Тётя Валя, ставшая его союзницей, предупредила Эдика о готовящейся серьезной подставе: Виктор хочет свалить на него приемку дорогого алкоголя, надеясь на ошибку или недостачу.
Краткий план главы: Эдик, измотанный войной на работе, все больше отдаляется от университетской жизни. Аня замечает это и решает действовать. Она прямо спрашивает его, что происходит, пробиваясь сквозь его стену отчуждения. В ходе неловкого, но честного разговора Эдик не решается рассказать ей всей правды, но делает маленький шаг навстречу, поделившись с ней музыкой.
Утро перед "днем икс" было особенно серым. Эдик сидел на лекции по историографии и не слышал ни слова. В голове он снова и снова прокручивал слова тёти Вали, пытаясь предугадать все возможные ходы Виктора. Он был похож на шахматиста перед решающей партией, только на кону стояла не фигура, а его и без того шаткое положение.
После пары, когда он выходил из аудитории, его догнала Аня.
— Эй, Тимофеев! Подожди.
Он остановился, внутренне сжавшись. Ему меньше всего хотелось сейчас с кем-то разговаривать.
— Привет.
— Привет, — она встала перед ним, преграждая дорогу. — У меня к тебе серьезный разговор.
— Да? — он насторожился.
— Да. Что с тобой происходит? — она смотрела прямо ему в глаза, без тени кокетства или насмешки. — Ты всю неделю ходишь как тень. Сидишь в углу, ни с кем не разговариваешь, на вопросы отвечаешь односложно. Мы тебя в чате зовем куда-то, ты даже не читаешь сообщения. Что-то случилось?
Ее прямой вопрос застал его врасплох. Он ожидал чего угодно — шуток, small talk, — но не этого.
— Все норм, — буркнул он, отводя взгляд. Это была его стандартная, автоматическая защита.
— Не "норм", — отрезала она. — Я же вижу. Если у тебя проблемы, может, стоит с кем-то поговорить?
— У меня нет проблем. Просто устаю. Работа, учеба, все вместе.
— Знаешь, есть разные виды усталости, — она не сдавалась. — Есть усталость, когда ты впахивал и доволен. А есть, когда тебя что-то жрет изнутри. У тебя — второе.
Эдик молчал. Она была права. Его жрало изнутри. Страх, злость, чувство несправедливости. Но как он мог рассказать ей об этом? Как объяснить мир «Провианта» этой рыжей девчонке, которая рисует в скетчбуке и пахнет цитрусами? Она бы не поняла. Или, что еще хуже, — пожалела бы.
— Ты же обещал мне музыку посоветовать, — вдруг сменила она тему, почувствовав, что давит слишком сильно. — И так и не скинул.
Он уцепился за эту фразу, как за спасательный круг. Это была безопасная территория.
— А, да. Забыл, прости.
— Ну так давай сейчас.
Она достала свой смартфон.
— Записывай. Или скинь ссылками.
Он открыл свой музыкальный сервис, нашел несколько треков, которые казались ему самыми честными, самыми настоящими. Про панельки, про безысходность, про злую иронию выживания на окраинах. Это был его мир, переведенный на язык битов и речитатива. Он отправил ей ссылки в мессенджер. Это было почти как признание. Он не мог рассказать ей о своей жизни словами, но, может быть, музыка сможет.
— Спасибо, — она убрала телефон. — Сегодня послушаю. И это... Эдик.
— Что?
— Если что, я тут. Ну, в смысле, если поговорить захочешь. Без осуждения и тупых советов. Просто послушать.
Она слегка улыбнулась, развернулась и пошла по коридору.
Эдик смотрел ей вслед. Внутри боролись два чувства. Первое — панический страх. Она подошла слишком близко, она увидела трещины в его стене, которую он так старательно строил. Второе — странное, незнакомое тепло. Ей было не все равно. Она не отмахнулась от него, как от странного нелюдимого парня, а попыталась достучаться.
Разговор не решил его проблем. Ему все так же предстояла тяжелая смена и битва с Виктором. Но он больше не чувствовал себя абсолютно одиноким во вселенной. Появился кто-то еще, за пределами магазина и квартиры. Кто-то, кто знал его имя и видел, что с ним что-то не так.
Вечером, уже стоя на складе в ожидании фуры с алкоголем, он почувствовал, как завибрировал телефон. Он достал его. Сообщение от Ани.
«Я послушала. Жестко. Особенно тот трек про "бетонные коробки". Очень честно. Кажется, я начинаю немного понимать твою "усталость". Держись там».
И смайлик — сжатый бицепс.
Эдик усмехнулся. Впервые за день. Он убрал телефон. Фура с лязгом подавала к воротам склада. Начиналось. Но теперь он был к этому готов чуточку больше. Стена не рухнула, но в ней появилась еще одна трещина. И сквозь нее пробивался тонкий, но отчетливый луч света.
http://tl.rulate.ru/book/175334/15059999
Готово:
