Десять минут!
На этом рубеже большинство участников уже не выдерживало.
Даже такие гении, как Ли Минфэн, страдали под непрекращающимся натиском Ни Ечжоу. Обливаясь потом, они пядь за пядью сдавали позиции, будучи разбитыми в пух и прах; им оставалось лишь укрывать своей Волей Боя крошечный пятачок земли вокруг себя.
И все равно.
Он был подобен лодчонке в шторм, готовой вот-вот пойти ко дну.
Бай Юй тоже почувствовал давление.
Если раньше ему казалось, что на плечи уселась девчушка-лоли весом в пару десятков цзиней, то теперь на него навалился двухсоткилограммовый танк.
Тяжеловато.
— Тяжело, но надо стоять. Если мужчина не выстоит – он конченый человек, — пробормотал Бай Юй, стиснув зубы.
Он и не подозревал, что взгляды окружающих сменились с шока на ужас и восхищение.
Этот парень – настоящий кремень.
В такой момент не забывает приударить за красоткой, истинный пример для подражания.
Нин Цянь все еще была в строю.
Маленькая богачка пребывала в состоянии полной прострации. Даже с учетом того, что Бай Юй принял на себя основную мощь, крохи просочившегося давления отнимали у нее все силы, лишая способности соображать.
Она лишь тупо верила: пока Бай Юй не сдается, она тоже не имеет права отступать.
И именно это пугало зрителей.
Уровень культивации Нин Цянь был невысок, а дух не отличался особой закалкой. Можно было лишь догадываться, благодаря чему она зашла так далеко.
— Этот человек определенно станет моим злейшим врагом в будущем.
— После экзамена нужно раздобыть на него подробное досье. С таким стоит завести знакомство.
Мысли роились в головах присутствующих.
На площадке оставалось от силы несколько десятков человек.
Не считая Бай Юя, внезапно вынырнувшего из безвестности, почти все остальные знали друг друга – они вращались в одних кругах и имели представление о силах соперников.
Лишь Бай Юй, этот инородный элемент, полностью ломал привычную картину мира.
Юйвэнь Ба не сводил с него глаз. Глава округа вспомнил недавнюю череду событий в Линьцзяне и негромко усмехнулся:
— Кажется, я догадываюсь, кто вырастил этого сорванца.
Двое ректоров, до этого споривших, в чью академию пойдет Бай Юй, замолчали и навострили уши.
Даже верхушка Ассоциации охотников за головами и Церкви Изначального Движения проявили живой интерес к словам главы.
Видя, что Юйвэнь Ба лишь загадочно улыбается, ректор Линь из Тяньнаньской военной академии не выдержал:
— Глава округа, ну же, скажите – чьих он будет? Если такой талант не попадет в нашу школу, это станет огромной потерей для всего Кленового Листа.
— Чушь собачья!
Ректор Ань из Военной академии Кленового Листа погладил бороду и ткнул пальцем в сторону оппонента:
— С твоими-то жалкими навыками ты собрался его учить? Хочешь выйти на помост, помериться силами?
— Думаешь, я тебя боюсь? Ань Жоуи, ты свое «Искусство Свободной Воли» хотя бы до пятого уровня довел, чтобы тут лаяться?
— Ха-ха, четвертого уровня вполне хватит, чтобы проучить тебя. Твоя недоделанная «Божественная сила» только и ждет, чтобы Ань пришиб тебе яйца.
— Старый хрыч! Как такие грубые речи могут исходить из твоих уст? Ты позоришь звание ученого мужа! Ну давай, попробуй, я с радостью пришибу тебя одним ударом, очищу наши ряды от такого мусора!
Видя, что два ректора, и так не ладившие, вот-вот вцепятся друг другу в глотки.
Юйвэнь Ба поспешил их разнять. Окружающие тоже повскакивали с мест, якобы для помощи, хотя в их словах так и сквозило желание подлить масла в огонь.
— Кхм-кхм, господа ректоры. Я ценю заслуги обеих академий, но давайте поумерим пыл. Как говорит моя дочь: нет такой проблемы, которую нельзя решить за столом переговоров. Махать кулаками – удел простых вояк, а мы с вами люди культурные.
Глава округа старался быть убедительным.
В округе Кленового Листа было две главные военные школы.
Академия Кленового Листа и Тяньнаньская школа.
Обе обладали глубокой историей и мощью, и ни одна не желала признавать первенство другой. Они враждовали десятилетиями, и главе округа, зажатому между ними, приходилось после каждого конфликта утихомиривать обе стороны, что было сущим мучением.
Оба ректора опустили засученные рукава, одернули халаты и в один голос выдали:
— Подкаблучник!
— Целый глава округа боится собственной дочери. В других округах со смеху помрут, если узнают.
Юйвэнь Ба осекся, в душе проливая горькие слезы.
Говорят, дочь – это любовь отца из прошлой жизни. Разве плохо относиться к ней получше? Разве это преступление?
— Господа ректоры, я понимаю ваши чувства. В конце концов, защищать другого человека под давлением Ни Ечжоу так долго… Его Ци крови и сила духа среди сверстников определенно вне конкуренции.
— Однако.
— Вы не задумывались об одной детали? Он родом из Линьцзяна.
Линь Цинсун, декан факультета боевых действий Тяньнаньской академии, нахмурился:
— И что с того, что из Линьцзяна? Я только знаю, что три года назад там едва не пал Разлом. Был открыт малый проход в Духовный мир, но его вовремя запечатали.
Линь Цинсун не участвовал в той войне.
Он лишь слышал о том, насколько она была кровопролитной.
Юйвэнь Ба принял вид человека, знающего истину:
— Вы что, не помните, что есть в Линьцзяне? Недавно до меня дошли сведения: легендарный крейсер «Эльза» был передан человеку со стороны.
В умах присутствующих словно вспыхнула молния.
Мощная регенерация Ци крови.
Стальная воля.
И при этом – лучший ученик Линьцзяна в этом году.
Ответ напрашивался сам собой.
Перед ними стоял наследник «Эльзы»!
Управление легендарным крейсером не требовало запредельной физической мощи, но нуждалось в невероятно крепком духе и непоколебимом сердце. Иначе было невозможно выдержать психическое давление и уровень ментального загрязнения, исходящий от корабля.
Чтобы соответствовать таким критериям, нужно быть как минимум элитным воителем.
А большинство владельцев легендарных крейсеров и вовсе принадлежали к узкому кругу сильнейших гроссмейстеров.
Но и они сталкивались с проблемой отсутствия преемников.
Появление одного гроссмейстера в семье – уже событие.
Даже если другие мастера могли бы взять на себя управление, многие из них уже шли по своему уникальному пути. Попытка подчинить легендарный крейсер могла исказить или разрушить их Истинное Намерение Боевого Пути. Вместо вожделенной мощи они рисковали погубить самих себя.
Поэтому один за другим крейсеры переходили в руки императорской семьи Дуншэн.
Только императорский дом мог позволить себе содержать столько гроссмейстеров.
Так что.
Когда появлялся такой юноша, как Бай Юй, он становился идеальным выбором для кланов, владеющих легендарными судами.
И все же передача прав наследования чужаку требовала огромного мужества.
— У Цюн Юэ не было выбора. Сейчас в клане Цюн, кроме нее самой, есть только Цюн Цзю на пике элитного уровня, и неизвестно, когда она станет гроссмейстером. Семья увядает, достойной смены нет. Если не выбрать наследника для крейсера сейчас, после ее смерти «Эльза» просто уйдет в государственную казну.
— Да, Цюн Юэ пошла на огромную уступку. Она наверняка проверила характер этого парня и решила, что он оценит этот жест и защитит клан Цюн от разграбления. К тому же, за этим малым должна стоять какая-то сила, способная обеспечить ему передачу «Эльзы» после смерти Цюн Юэ.
Оба ректора уставились на Юйвэнь Ба.
Но этот старый лис лишь изобразил на лице мину «тайны мироздания не разглашаются, догадывайтесь сами», чем вызвал у них приступ тихой ярости.
Узнав, что Бай Юй – избранный преемник Цюн Юэ, ректоры поумерили свой пыл в плане навязывания ученичества. По крайней мере, внешне.
Но их взгляды, направленные на Бай Юя, стали еще более плотоядными.
Мать твою!
Легендарный крейсер! Настоящий легендарный крейсер!
Если залучить такого ученика в свою школу, то одно лишь присутствие корабля над зданием станет невероятной рекламой, которая привлечет толпы абитуриентов.
А если кто придет с претензиями – сначала получит залп из главного калибра.
Под гнетом легендарного крейсера любой дракон свернется калачиком, а любой тигр прижмет уши. Плевать на гроссмейстеров – под ковровой бомбардировкой им останется только сверкать пятками.
http://tl.rulate.ru/book/175331/15029636
Готово:
