Хмель с Шацяна как рукой сняло.
Двое идущих впереди явно не сулили ничего хорошего.
Один – косая сажень в плечах, за спиной сверкает серебром огромный тесак, а аура такая свирепая, будто готова прорвать ночную тьму и вцепиться в глотку.
Второй – лицо скрыто воротником плаща, взгляд угрюмый, под глазами залегли такие тени, что он больше походил на выходца с того света.
Крепкие орешки!
Шацян перевел взгляд на тех, кто шел сзади, и его взор замер на Бай Юе. Внутри что-то екнуло.
Этого парня… он уже видел.
Еще когда его босс Одноглазый был жив, они трясли с этого малого деньги за защиту. Именно они показывали ему дорогу к таверне «Дохлая собака», после чего та взлетела на воздух.
Явно пришли не с миром.
Шацян занервничал. Это его первое серьезное задание в качестве командира. Если случится прокол, его авторитет в банде рухнет, да и репутация на улице Нарциссов будет подмочена. А в их деле репутация – это всё.
— Стойте здесь, я проверю, — бросил он своим. Инстинкт подсказывал неладное, но Шацян решил сначала прощупать почву – в прошлый раз этот парень показался вполне рассудительным и в драку первым не лез.
На полпути группа разделилась. Мрачный тип в плаще и качок пошли прямо на него, а остальные трое свернули в переулок, заходя к особняку с тыла.
Теперь Шацян был уверен: эти пятеро явились именно по душу обитателей дома 264.
— Господа, я из банды «Белых акул»… — Шацян преградил путь Аллену и Монрею с заискивающей улыбкой. Он только потянулся за сигаретой, как огромная лапища, бугрящаяся мышцами, сомкнулась на его горле и оторвала от земли.
Действовал Монрей.
Этот клирик Церкви Святого Света, облаченный в просторное одеяние, даже не дал ему закончить фразу. Ци крови вскипела, и раздался отчетливый хруст.
Бешеная энергия в одно мгновение перебила шейные позвонки бедолаги.
— Связались с прихвостнями злого бога… Капитан Аллен, надо будет заодно разобраться и с этими «Акулами».
Шмяк.
Тело безжизненно рухнуло на землю. Монрей оставался бесстрастным:
— Идем напролом. Раз мы задержались снаружи, они наверняка нас уже почуяли.
— Да, — Аллен кивнул, потушил сигарету, и вокруг него начала стремительно расширяться невидимая волна Псевдомира.
Всё, чего касалась эта сфера, покрывалось налетом ржавой меди. В воздухе повисло ощущение тяжелого металла, и стена, преграждавшая путь Монрею и Аллену, мгновенно растворилась, будто изъеденная вековой коррозией.
— Слышал я, что в Церкви Бога Пара и Машин есть умелец, который обрел Псевдомир уже на седьмой последовательности. Раньше не верил, но сегодня вижу – и впрямь чудовищно, — пробасил Монрей.
Сам он был окутан неярким золотистым сиянием, которое не давало ржавому Псевдомиру коснуться его тела. Со стороны это выглядело так, будто большое золотое яйцо стоит посреди желто-черной жижи.
Псевдомир расширился до размеров баскетбольной площадки и замер, накрыв собой большую часть особняка. Медлить они не стали и синхронно шагнули внутрь.
… Внутри дома Иэн с фанатичным блеском в глазах взирал на центр комнаты.
Просторный зал был пропитан запахом крови. Стены покрывали потеки черной, вязкой жижи, повсюду были разбросаны тела.
— Господин, что именно произойдет после завершения обряда? — Делец не отрывал лихорадочного взгляда от центрального круга.
Там, в середине начертанного кровью причудливого узора, лежал желтоватый листок, напоминающий пергамент. Это был последний Лист Демона.
Всего таких листов было пять – одна из страховок, оставленных в свое время господином Кацем. Стоило собрать их вместе, как должна была произойти вспышка мощнейшего загрязнения. Все живое в округе поддалось бы заражению и превратилось в аберрации.
Псевдомир, созданный пятью Листами Демона, вызвал бы катастрофу, сопоставимую с трагедией в Разломе города Линьцзян трехлетней давности. Этого было бы достаточно, чтобы вызволить Каца из Тюрьмы Аида и окончательно утопить город в хаосе.
План был безупречен, но исполнение подкачало. Первые три этапа Брюс провел идеально. Будучи богачом с широкими связями, он легко передавал такие чудесные предметы в кругу своих знакомых, где подобные вещи постоянно переходили из рук в руки.
Так Брюс без труда избавился от трех Листов Демона, выбрав трех никак не связанных между собой людей. Всё шло по сценарию: неопытные ищейки из Департамента по Усмирению Аномалий без лишних вопросов устранили три мелких инцидента и собрали Листы в изоляторе Тюрьмы Аида. Это место как раз предназначалось для хранения подобных артефактов.
Но вскоре начались неприятности. Четвертой целью Брюс выбрал одну стримершу. Он даже несколько раз приглашал её на свидания, чтобы убедиться в правильности выбора. Однако события вышли из-под контроля.
Во-первых, само появление Псевдомира стало неожиданностью – один Лист Демона не должен был вызвать такой резонанс. Значит, вмешалось нечто непредвиденное. Во-вторых, с этого момента на их пути встал человек, который раз за разом рушил их планы, сводя на нет все усилия.
Поначалу они не знали, кто это. Но после провала Ци Цзе и сопоставления фактов всё сошлось.
Лучший ученик первой школы Линьцзяна. Мальчишка, которого они даже не принимали в расчет. Смерть Брюса, таверна «Дохлая собака», арест Жун Цзиньшаня, отчаянная попытка Ци Цзе устранить его ценой раскрытия… Всё упиралось в этого студента. Их многолетний труд был пущен под откос одним человеком.
При мысли об этом взгляд Чарльмана стал еще холоднее:
— Скоро сам увидишь. Ты ведь хотел сверхъестественную силу? Этот обряд обошелся нам очень дорого.
Иэн кивнул и с легким сожалением обвел взглядом трупы вокруг. Там были его родители, жена, дочь. Но это не имело значения. Он был уже немолод, время для занятий боевыми искусствами ушло, и если не найти короткий путь, жить ему оставалось недолго. Обладая богатством, которое обычный человек не заработает и за сотню жизней, он вовсе не хотел умирать. Жена и дочь мертвы? Можно найти новых. Важно лишь, чтобы он сам остался в живых.
Глядя на призрачное сияние Листа Демона, Иэн чувствовал, что дверь в мир тайн уже приоткрыта. Остался всего один шаг. Повинуясь порыву, он осторожно коснулся пальцами бумаги.
Внезапно перед его мысленным взором развернулась грандиозная картина. Вокруг него высился дворец, возведенный из плоти и крови бесчисленных существ. На троне восседал фантом в короне – прозрачная черная тень, лишенная каких-либо биологических черт. Иэн на мгновение замешкался, и тут тень выросла до неимоверных размеров, превратившись в окровавленную прозрачную пасть, которая с хрустом сомкнулась на нем.
Он даже не успел закричать.
В реальности взгляд Иэна остекленел, жизнь стремительно покидала его глаза, а из тела, будто из фонтанов, начали хлестать струи крови. Чарльман и Гуман резко переменились в лице.
http://tl.rulate.ru/book/175331/15029564
Готово:
