В прошлой жизни он был солдатом.
Да не просто солдатом, а кадровым военным, оттрубившим десять лет. Это означало, что бесконечные учения сидели у него в печёнках.
Он прошёл через бесчисленное количество тренировок.
Не только в изнуряющую жару и лютый холод, он участвовал и в РТУ (ротных тактических учениях). О марш-бросках на сотни километров и говорить нечего.
За десять лет службы в армии можно перепробовать практически все виды подготовки.
…Правда, гордиться тут особо нечем.
Каждый раз после завершения учений ты чувствуешь себя опустошённым, а здоровье буквально выгорает — какая уж тут гордость.
Это просто издевательство над людьми.
Поэтому Ли Хан считал, что нет ничего более иррационального, чем армейская муштра.
Конечно, не во всех армиях так. Наверняка есть места с толковой подготовкой и отлаженной системой.
«Вот только в моём подразделении и дивизии такого отродясь не бывало».
Одни лишь издевательства над солдатами, пригнанными на два года, и упражнения, приносящие одни болезни.
Следовательно, Ли Хан ненавидел подобные методы.
Какой смысл в бессмысленных мучениях, которые не оставляют после себя ничего полезного?
«Те семь дней без сна были сущим адом».
Этот сукин сын, командир батальона, сам тайком дрых в офицерском общежитии, а им не давал даже сомкнуть глаз.
…В общем, он хотел сказать, что люто ненавидит иррациональную муштру, оставляющую после себя только недуги.
Должен быть результат. Нужно обучиться хотя бы какому-то навыку, который пригодится в будущем.
Таково было его «определение тренировки».
А раз так…
«То, что я собираюсь сделать — это не издевательство. Это всё ради вашего же блага».
Ли Хан обеспечил себе вполне логичное оправдание для предстоящего занятия.
Итак.
— Раз уж все хорошо отдохнули в тихий час, начнём гимнастику, чтобы слегка разогреться.
— ?
В чёрной восьмиуголке, он отдавал приказы низким, властным голосом.
— Сделаем по-быстрому, чисто для разминки. Итак, для начала — сто прыжков «ноги врозь, руки вверх».
— !!?
— Нет ответа? Тогда пятьсот раз! Ясно?! Пятьсот раз!!
— С-сделаем!
— Опять заминка с ответом. И выкрики должны быть короткими, как «Ак!», нечего тут шум разводить. Начнём с тысячи раз.
— А-ак!!
— Слишком тихо! На сей раз прощаю, но в следующий — пеняйте на себя. И учтите, считайте точно, а на последнем счёте — молчок! Понятно?!
— А-а-а-ак!!
— Хорошо. Триста раз, приступить!
Началась «лёгкая» разминка.
Однако в этой разминке была одна ловушка.
— Триста…! Кха-а!?!
«Ну конечно, я так и знал».
Словно незыблемый закон, всегда находился кто-то, кто выкрикивал последнее число, и это зрелище согревало душу.
Ли Хан с довольным видом наблюдал за тем, как далеко всё это зайдёт.
В тот день обычная разминка из-за любителей выкрикивать последнее число растянулась на добрых два часа.
* * *
Даже после «разминки» им предстояло многому научиться.
Им нужно было без запинки выучить все четырнадцать упражнений из комплекса, который инструктор называл «ПТ-гимнастикой».
Удивительно, но в какой-то момент последовательность и движения впечатались в их память сами собой.
Среди них не было гениев, способных запомнить всё с первого раза, но, к счастью, гимнастику пришлось выучить принудительно.
Как это возможно?
Всё просто.
— Курсант номер четырнадцать, выйти из строя.
— А-а-ак!
— Выполнить упражнения с первого по четырнадцатое в обратном порядке по тридцать раз каждое. Ясно?
— А-ак!!
Желторотики, которых теперь называли курсантами, находились под присмотром пяти ассистентов. Те носили красные восьмиуголки, в отличие от чёрной у инструктора, и безжалостно выводили из строя каждого, кто ошибался.
И те, кто познал горечь «выхода из строя», лезли из кожи вон, стараясь запомнить движения и не допускать ошибок.
Вскоре каждый из восемнадцати желторотиков хотя бы раз побывал в штрафниках, и после этого число ошибок стало заметно сокращаться.
Вот только ошибки в движениях были не единственной бедой.
— Т-тридцать… м-мпф!?!
— Курсант номер двенадцать, выйти из строя. Остальные начинают с первого упражнения.
— Ак…!
Все остальные яростно уставились на курсанта, выкрикнувшего последнее число.
Чтобы закончить эту адскую гимнастику, нужно было выполнить все четырнадцать упражнений подряд, соблюдая правило: в конце либо выкрикивать счёт, либо молчать.
Инструктор был коварен.
«Проклятье! Пускай бы просто сказал всегда молчать в конце! Зачем он постоянно меняет правила: то кричать, то не кричать!»
«Тупоголовые кретины! Как они с такими мозгами вообще вступительный экзамен сдали?!»
«Чёрт! Чёрт! Чёрт!!»
Жара была такая, что казалось, будто всё тело объято пламенем.
Они катались по грязной земле, пот смешивался с пылью. Тела налились свинцовой тяжестью, и казалось, они вот-вот упадут без чувств.
Сознание мутилось.
В этот миг они были уверены: если ад существует, то он выглядит именно так.
…Инструктор и ассистенты были демонами, истязающими грешников в преисподней.
Но среди этого кошмара…
— Всем курсантам встать, попить воды и отдыхать сорок минут. Выполнять!
— А-а-а-а-а-ак!!
Словно верующие, услышавшие слово божье, они закричали изо всех сил, откуда только взялась энергия.
Да, демон оставался демоном, но инструктор был «добрым» демоном. Он словно чувствовал грань и каждый раз, когда они были готовы испустить дух, даровал отдых, подобный спасительному дождю в засуху.
— О-о-ох…
— Кажется, я умираю…
— …хр-р-р…
— Этот придурок уже вырубился?
— …Я бы и сам сейчас с радостью уснул.
Они жадно пили воду и закусывали невероятно сладкими финиками, которые лежали рядом с флягами.
В этот момент они кожей чувствовали, что если и существуют райская амброзия и плоды, то они на вкус именно такие. Все курсанты пластом лежали в густой тени деревьев.
Блаженный отдых.
Никто не шевелился. Они на собственном опыте осознали, что значит «отдыхать изо всех сил».
— Инструктор, как вы только придумали такие тренировки?
Гаранд, носивший красную восьмиуголку ассистента, с восхищением посмотрел на Ли Хана.
Гаранд прошёл через суровую школу «Волков Пустоши» — легендарного отряда наёмников, известного своей жестокостью. И он чувствовал: эта подготовка была очень похожа на ту, что проходят кандидаты в «Волки Пустоши».
Нет, в каком-то смысле она была даже более системной и сбалансированной.
— Вы заставляете их выжимать до предела силу и гибкость всего тела, но как только появляется риск травмы, тут же даёте отдых. Это похоже на то, как куют сталь.
Проницательный Арно тоже заметил, что тренировки Ли Хана не были просто иррациональным издевательством. Да, курсанты испытывали ментальные страдания и стресс, но их не загоняли до физических увечий.
С выходами из строя была та же история.
— Кунта делал, как сказал инструктор. Выводил из строя тех, кто выглядел слишком уставшим. Я правильно всё сделал?
Именно поэтому некоторых курсантов наказывали по малейшему поводу.
— …Я ведь, как вы и просили, инструктор, сам тайком выкрикивал последние числа. Но если они узнают, меня же прибьют как предателя…
Вот и причина, по которой ошибки в счёте случались подозрительно часто. Это была работа Демиана Поллета. Если бы его раскрыли, курсанты устроили бы ему самосуд.
Впрочем, даже если это случится…
— Если попадёшься, не говори, что это я приказал. Скажи, что решил подшутить.
— …Так меня же зарежут.
— И что?
— !!?
В отличие от временных ассистентов, к Демиану Ли Хан относился не совсем как к человеку.
— Но, инструктор, мы будем продолжать это постоянно?
А это была сегодняшняя MVP среди ассистентов — Айрин Виндлер. Своей магией она предотвращала солнечные удары и перегрев. Кстати, финики, изысканное лакомство аристократов, появились здесь тоже благодаря ей. Несмотря на статус приёмной дочери, леди из дома герцога не скупилась.
— Все молодцы. В таком темпе будем гонять их неделю.
— У вас есть какая-то цель?
— Развитие выносливости и мышц — это вторично. Главное — дать им опыт. Насильно впечатать в их тела понимание того, что значит выжать из себя все силы.
— …Не уверен, что они выдержат неделю.
Даже с учётом отдыха и контроля нагрузки, повторение такого в течение семи дней казалось чем-то запредельным.
— Об этом не беспокойтесь. У меня как раз есть кое-что подходящее.
— Подходящее?
— Хм, время ещё есть, так что покажу.
Ли Хан увёл ассистентов за собой. Что если курсанты, оставшись одни, сбегут?
«Пускай бегут».
Ему не нужны те, кто пасует перед трудностями. Путь к силе не знает коротких дорог. Всё дело в усилиях.
Если они не способны на минимальные усилия, то Ли Хану даже лучше, если они исчезнут сейчас — это сэкономит его время. Он не собирался никого принуждать.
Однако.
«Нужно дать им достойную награду».
Они вышли на открытое место.
— Это…?
— О-о, горячий источник?
Там, куда Ли Хан привёл ассистентов, бил природный горячий источник. Причём огромный.
Размером с целую спортивную площадку, а глубина была такой, что даже двухметровый Кунта мог бы там случайно окунуться с головой. Всё это пространство было заполнено прозрачной тёплой водой, над которой поднимался лёгкий пар.
— О боги…
Ли Хан продолжил, пока они стояли в изумлении:
— Давным-давно один работорговец искал секретное место для своей виллы и случайно обнаружил на Вулкане жилу горячего источника.
— …Какой-то работорговец хотел построить виллу на священной горе?
— Ну, в итоге он успел только обустроить источник. Его поймали как раз тогда, когда он собирался строить дом.
— И кто же его… а, понятно.
Вопрос был излишним. Стало ясно, откуда Ли Хан знает об этом месте.
— Хотите знать, что стало с тем работорговцем?
— …Нет.
Глядя на его зловещую усмешку, они решили, что лучше этого не слышать.
— Но можно ли нам показывать такое место? Вдруг кто-то замыслит недоброе…
Этот источник был прекрасен и величественен. Даже аристократы позавидовали бы такому сокровищу. Была опасность, что его захотят отобрать или поползут слухи.
Ли Хан лишь усмехнулся.
— Здесь? Даже если кто-то узнает, он не сможет сюда прийти. Вулкан не зря называют священной горой — тропы здесь меняются, словно в лабиринте, при каждом подъёме. Учёные говорят, что из-за Таинства маны, которой пропитан Вулкан, гора сама прогоняет или убивает незваных гостей. Наверное, если кто-то поднимется сюда с жадностью в сердце, Вулкан в тот же день снова начнёт извергаться.
Мана и Таинства существуют не только в людях. Они разлиты в самой природе.
Так говорил Мерлин, легендарный архимаг и мудрец. И Вулкан был одним из таких природных чудес, хранящих Таинство.
— Но мы ведь поднялись?
— Это потому, что я знаю способ, да и у нас нет цели навредить горе.
— Вот оно как…
Ассистенты чувствовали, что дело не только в этом. То, что гора, наделённая Таинством, позволила человеку находиться здесь, означало, что работорговец, которого он приструнил, был омерзительным «злодеем», оскорбляющим Вулкан.
И поскольку Ли Хан без колебаний сокрушил это зло, Вулкан позволил ему подниматься на свои склоны, а вместе с ним — и остальным. Это было уже не просто предположение, а уверенность.
Записи, передающиеся в их семьях, отрядах и племенах, подтверждали это.
…И согласно этим записям, если они навредят горе, их в тот же миг изгонят или проклянут.
«Удивительный человек».
Великое достижение — заслужить благосклонность горы, хранящей Таинство. А он даже не считает это достижением.
Для воинов было естественным испытывать уважение к мужчине, совершившему подобное.
— Мы немного отвлеклись, но в любом случае, с этим источником ни их тела, ни ваши не пострадают.
— У этой воды есть какие-то особые свойства?
— Заживление ран, лечение суставов, активация природной регенерации, ну и всякое для кожи и общего здоровья. Там было ещё что-то, но я уже плохо помню…
— …….
Ассистенты подумали об одном: нужно во что бы то ни стало выслужиться перед этим человеком.
Только так у них будет шанс снова посетить это место.
Так Рыцарь, сам того не желая, завоевал безграничную преданность своих учеников.
http://tl.rulate.ru/book/175232/14950308
Готово:
