Глава 6. Разговор
Саске следовал за Ёраном вглубь бывших земель клана Учиха. Он всё еще не мог поверить, что Ёран жив; в его голове теснились сотни вопросов, но он совершенно не знал, с чего начать.
— Саске. — Достигнув центра квартала, Ёран обернулся. Шаринган в его глазах медленно вращался. — Скажи мне, что ты видел в тот день, когда Итачи вырезал свой клан?
— В тот день... — услышав имя Итачи, Саске крепко сжал кулаки. Словно терзаемый болезненными воспоминаниями, он не решался встретиться с Ёраном взглядом.
— Учиха Итачи. Закончил Академию ниндзя в семь лет, стал чунином в десять, вступил в АНБУ в одиннадцать, а в тринадцать обратил клинок против своих соплеменников... Саске, ты действительно думаешь, что способен отомстить ему сейчас? — Ёран медленно перечислял факты, которые знал об Итачи.
— Способен! — отрезал Саске, на этот раз посмотрев прямо в глаза Ёрану.
— С твоим-то недоделанным Шаринганом? В одном глазу одно томоэ, в другом — два. Ты даже симметрии не добился! Не смеши мои тапочки!
— Ах ты, подонок! — Саске стиснул зубы. Его руки пришли в движение, готовясь сплести печати.
— Ты думаешь, раз я твой родственник, то не причиню тебе вреда, и поэтому продолжаешь нарываться?
Вжух —
Даже с активированным Шаринганом Саске не успел заметить движения. Ёран мертвой хваткой перехватил руки Саске, сорвав технику.
— Позволь мне научить тебя первому правилу хорошего ниндзя: ты имеешь право на ярость, но обязан сохранять хладнокровие. Подобная вспыльчивость лишь дает твоему врагу лишний шанс.
С этими словами Ёран разжал пальцы и пошел дальше. Саске смотрел ему в спину; его гнев немного утих, и он послушно последовал за ним.
Когда они дошли до кладбища клана Учиха, глаза Саске расширились. Он не ожидал, что весь его род был захоронен в этом месте.
— Кроме могил своих родителей, ты здесь, вероятно, и не бывал, — тихо произнес Ёран, присаживаясь перед одним из надгробий. — Большинство людей, покоящихся здесь, были обычными членами клана. Ты знаешь, сколько их?
Саске растерянно смотрел на Ёрана, не находя слов.
— Тысяча двести пятьдесят семь человек. Вчера вечером я пересчитал их одного за другим. Здесь тетя Цзин, дядя Теяки, дедушка Якуми... их всех больше нет. Их хоронили деревенские АНБУ; они даже не удосужились выгравировать имена на камнях. Саске, я хочу подтвердить одну вещь: ты лично видел, как Учиха Итачи нападал на членов клана?
Услышав цифру, Саске содрогнулся. Его чувства к Итачи всегда были сложными; возможно, в глубине души он надеялся, что у брата была какая-то невообразимая причина. Но когда перед ним возникло число «1257», он внезапно осознал, что его ненависть — ничто по сравнению с той бездной, что разверзлась в душе Ёрана.
— В тот день я вернулся поздно. Когда я вошел в квартал, повсюду лежали тела соплеменников, были видны следы боя. Единственное, о чем я мог думать — это как скорее добраться до дома, — Саске понимал, что от прошлого не убежать, и, потирая лоб, начал пересказывать увиденное.
Ёран не перебивал, терпеливо слушая сбивчивую речь.
— Когда я вбежал в дом, я увидел родителей в луже крови, и Итачи... Итачи стоял там с мечом, весь в крови. — Саске, казалось, вновь переживал тот ужас и невольно съежился.
— Ты не видел сам процесс убийства? — Ёран нахмурился.
— Нет. Хотя я не видел этого своими глазами, когда я начал допрашивать Итачи, он напал на меня и использовал Шаринган, чтобы наложить гендзюцу. В той иллюзии я видел, как Итачи убивает родителей, — Саске продолжил: — Когда я очнулся, я хотел только одного — бежать. У меня не хватило смелости сразиться с ним.
— Итачи тебя не убил? — зрачки Ёрана вспыхнули алым.
— Нет. Он сказал что-то вроде: «Приходи ко мне, когда у тебя будут такие же глаза, как у меня». — После этих слов Саске, казалось, окончательно обессилел и опустился на землю.
Все становилось слишком запутанным. Зачем Итачи оставил Саске в живых? Что заставило его совершить такое злодеяние? И даже если у него были сообщники, как они смогли вырезать целый клан так быстро? Даже с Мангекё Шаринганом Итачи не смог бы провернуть это в одиночку столь стремительно. И как Коноха могла оставаться в полном неведении о такой бойне? Какую роль сыграла верхушка Хокаге в ту безумную и невероятную ночь?
Опираясь на слова Саске, Ёран мог проанализировать лишь малую часть информации. Он деактивировал Шаринган. Чтобы выудить больше данных из памяти Саске, пришлось бы прибегнуть к серьезным техникам иллюзий, но было очевидно: Саске знал лишь верхушку айсберга того, что случилось той ночью.
…
Саске медленно открыл глаза. Над ним был незнакомый потолок, под ним — незнакомая кровать. Он резко сел, оглядываясь в замешательстве.
— Проснулся? — раздался знакомый голос из угла комнаты. Саске повернул голову и увидел Ёрана, который спокойно прислонился к дверному косяку.
Саске замер, не находя слов. Убедившись, что с парнем всё в порядке, Ёран продолжил: — Не сиди просто так. На столе еда. Поешь и приходи на полигон. Я буду ждать тебя там. — С этими словами он вышел, оставив Саске в оцепенении.
Саске потребовалось время, чтобы прийти в себя. Он вышел в гостиную и увидел на столе дымящуюся еду, источающую соблазнительный аромат. Однако он не сразу взялся за палочки. Некоторое время он стоял перед столом молча, и его взгляд постепенно тускнел...
Когда Саске наконец добрался до тренировочной площадки, Ёран спросил в лоб: — Саске, что, по-твоему, самое важное для ниндзя?
— Мощные техники? — ответил Саске, подумав.
Ёран покачал головой: — С этим одним тебе не стать даже чунином. Самое важное для ниндзя — это информация. Против любой, даже самой могущественной техники, можно найти противодействие. Когда ты владеешь всеми данными о противнике, убить его становится проще, чем ты думаешь.
Саске резко вскинул голову.
— Именно так, я говорю об Итачи. — Ёран снова небрежно бросил это имя, проверяя реакцию Саске.
На этот раз Саске не закричал, но его слегка дрожащие руки выдавали внутреннюю бурю. Ёран вздохнул и продолжил: — Мало того, каждый ниндзя должен уметь скрывать информацию о себе. Если ты владеешь сильным ниндзюцу, но о нем знают все — к нему будут готовы. То, что ты считаешь своим козырем, может быть легко парировано.
— В этом плане твой учитель Какаши преуспел, а вот ты ничему не научился, — Ёран задрал левый рукав, прикусил большой палец и провел кровью по предплечью.
— [Печать, снятие]. —
С легким хлопком дым рассеялся, и в правой руке Ёрана появилась катана. Он направил лезвие на Саске: — Слова бесполезны. Давай посмотрим, какую информацию ты сможешь вытянуть из меня в бою.
Саске неуверенно посмотрел на него.
— Не бойся, я ограничу свою силу уровнем обычного чунина, — добавил Ёран, заметив сомнение.
Услышав это, Саске посерьезнел. Он выхватил кунай, готовясь к атаке.
— Кстати, предупреждаю заранее: если ты не сможешь меня впечатлить, я не дам своего согласия на твое участие в экзамене на Чунина. Не позволю тебе позорить имя Учиха.
http://tl.rulate.ru/book/175196/14981544
Готово:
