Пока пять великих департаментов пришли в движение, в коридорах здания Казекаге разворачивалась совершенно иная сцена.
Пакура широкими, стремительными шагами направлялась к кабинету Казекаге, но у самой двери её путь преградила чья-то фигура.
Незнакомка собрала свои длинные золотисто-оранжевые волосы в конский хвост и была одета в нечто похожее на улучшенную версию красного юката. Её левое плечо было полуобнажено, открывая вид на тугие бинты, а за спиной красовался огромный красный бант в форме бабочки.
Йоимия неподвижно стояла посреди коридора, полностью блокируя Пакуре проход.
— Прочь с дороги! — прорычала Пакура.
Она знала эту женщину. Раньше та была всего лишь чунином, но каким-то образом приглянулась Расе и взлетела до должности секретаря Казекаге.
Но как бы то ни было, всего лишь секретарь смеет преграждать путь ей, главе целого департамента?
Йоимия, однако, не выказала ни малейшего страха.
— Господин Истинный Повелитель занят делами, касающимися будущего деревни. Никто не должен приближаться.
— Ха…
Пакура издала смешок, который был на грани истерики. Прислушавшись, она уловила доносящиеся из-за двери стоны, полные непристойности.
Так вот что значит «дела, касающиеся будущего деревни»? Разврат средь бела дня?
— Я повторяю в последний раз: ты уступишь дорогу?
— Не могу! — Йоимия по-прежнему не сдвинулась с места.
В тот самый миг, когда напряжение между ними достигло предела, звуки из кабинета внезапно оборвались.
Мгновение спустя дверь в кабинет открылась.
Из неё вышла женщина с длинными тёмно-серыми волосами и светло-лиловыми глазами, облачённая в роскошное зелёное платье.
При виде этой женщины зрачки Пакуры сузились.
— Коюки Казахана?
Изначально она думала, что в комнате была Карура или кто-то ещё, но как здесь оказалась принцесса Страны Снега?
Этот ублюдок Раса… неужели он так быстро наложил на неё руки?
В это время румянец на лице Коюки Казаханы ещё не успел полностью сойти. Взгляд её, устремлённый на женщину, которая практически силой доставила её в Суну, был полон сложных эмоций, но она всё же пыталась сохранить королевское достоинство.
Наблюдая, как Коюки уходит, слегка пошатываясь, Пакура почувствовала, как в ней закипает ярость. Она повернулась к Йоимии и процедила:
— Теперь я могу войти?
— Йоимия, пусть Пакура войдёт, — раздался из кабинета своевременный голос Расы.
Йоимия тут же отошла в сторону, больше не преграждая путь, и Пакура, резко толкнув дверь, ворвалась внутрь.
...
В кабинете.
Раса сидел в своём непомерно большом кресле Казекаге и насмешливо произнёс:
— Глава Пакура, а у вас, я смотрю, характер не из лёгких!
— Хмф!
Пакура холодно фыркнула, придвинула стул перед столом и села.
— Казекаге, у вас поистине изысканные развлечения! — язвительно бросила она. — Но прошу вас не забывать! Вы — Казекаге, а это — кабинет Казекаге. Вы позорите честь Деревни Скрытого Песка!
— И что с того? — парировал Раса. — Вы сами сказали. Я — Казекаге, это — мой кабинет. И я, как Казекаге, в своём собственном кабинете могу делать всё, что захочу, не так ли?
На первый взгляд, в его словах и впрямь не было изъяна.
В этой деревне Раса действительно мог делать всё, что ему вздумается. Пакура была морально готова к подобной сцене в кабинете с того самого дня, как они привезли Коюки Казахану в Суну. Вот только она не ожидала, что Раса окажется настолько нетерпеливым и расправится с принцессой меньше чем за три дня.
И она искренне не понимала, что такого интересного в этих делах.
— Ладно, я пришла не для того, чтобы обсуждать это с вами, — Пакура силой подавила кипящую в груди ярость и презрение. — Туман… они внезапно усилили натиск.
Раса слегка приподнял бровь, и легкомысленное выражение на его лице немного померкло.
— Усилили?
Пакура кивнула.
— За последние полмесяца Деревня Скрытого Тумана стянула к побережью огромное количество шиноби. Наши пограничные войска несут тяжёлые потери.
Затем Пакура подробно доложила о потерях на побережье Страны Ветра.
По неполным данным, Туман бросил в бой не менее тысячи шиноби, среди которых было как минимум пятнадцать джонинов.
Под таким натиском гарнизон из пятисот человек был разбит практически мгновенно.
Подтверждённые потери среди джонинов составили шесть человек, среди чунинов и генинов — более двухсот. Число тяжело раненных и выбывших из строя было ещё больше.
— Туман на этот раз настроен серьёзно! — с мрачным видом заключила Пакура.
После её слов насмешка на лице Расы окончательно исчезла, сменившись едва заметным недоумением.
Он помнил, что в оригинальной истории Суна во второй раз развязала войну, начав битву на горе Кикё. Лишь после того, как их дела на том фронте пошли из рук вон плохо, Туман воспользовался моментом и нанёс удар с моря.
Но сейчас он лично отклонил требование начать новую войну.
Так почему же Туман в этот момент бросил в бой такие значительные силы? Они что, с ума сошли?
Неужели всё это из-за того, что он отказался выдать им Пакуру, и они так разозлились?
У Третьего Мизукаге что, совсем нет мозгов?
Пакура, очевидно, тоже подумала об этом, и выражение её лица стало сложным.
Когда посланники Тумана прибыли и потребовали её в качестве условия перемирия, Раса мог бы скрыть это от неё.
Но он намеренно отказал им в самой грубой и унизительной форме прямо у неё на глазах.
Что она чувствовала по этому поводу, Пакура и сама не могла сказать.
Что до слов Расы о том, что он «ещё не спал с ней», то Пакура считала это лишь предлогом. В конце концов, он Казекаге, неужели он настолько примитивен?
Как бы то ни было, речь шла о войне между двумя великими деревнями шиноби. Использовать такую причину для её продолжения… Пакура находила это нереальным.
Оставалась лишь одна возможность, в которую ей не хотелось верить: Раса отказался от мирных переговоров, чтобы защитить её.
Пакура взяла себя в руки, отбросив все эти беспорядочные догадки.
— Позвольте мне заняться этим, — твёрдо сказала она. — Я обещаю, что отобью атаку Деревни Скрытого Тумана.
На просьбу Пакуры Раса ответил:
— Вы — глава Военного департамента. Я уже дал вам все полномочия. Вы можете принимать такие решения самостоятельно.
На лице Пакуры отразилась трудность.
— Я, конечно, знаю, что могу решать сама, но… Денег нет!
Она не сомневалась, что если лично возглавит отряд, то выдворить шиноби Тумана из Страны Ветра — лишь вопрос времени. Но война требует денег.
Услышав это, Раса несколько удивился.
— Разве я не передал все миссии в деревне Военному департаменту?
После создания пяти департаментов доходы шиноби из остальных четырёх были переведены на систему окладов и внутренней оценки эффективности. Таким образом, все миссии, как внутренние, так и внешние, теперь концентрировались в Военном департаменте.
Даже если общее количество миссий в Суне было меньше, чем в других великих деревнях, этих средств должно было с лихвой хватить на содержание одного Военного департамента.
Ведь раньше за эти миссии боролись все шиноби деревни.
Пакура и сама была в недоумении.
— Я не знаю почему, но мне кажется, что миссий просто не хватает на всех. К тому же, есть много других расходов. Например, Отдел охраны. Из-за характера их работы им не подходит выполнение миссий, поэтому они тоже получают оклад. И ещё те обычные люди, которые занимаются повседневными делами, — на всё это нужны деньги! А шиноби среднего и высшего звена — им нужно и поддерживать работу департамента, и действовать в разных местах, поэтому у них двойная система: оклад плюс миссии…
...
Постепенно Раса начал понимать.
Честно говоря, Пакура совершенно не подходила на роль главы департамента. По крайней мере, не сейчас.
Внешне она казалась жёсткой, но на самом деле была мягкосердечной, не умела отказывать и не могла быть строгой со своими людьми.
Вот и превратила весь департамент в полный бардак.
Впрочем, чего ещё ожидать. Военный департамент сейчас — самый крупный, а у Пакуры нет никакого опыта, так что ей оставалось лишь плыть по течению.
http://tl.rulate.ru/book/175146/14899599
Готово:
