Нар и Тук разбудили остальных, когда до конца привала оставалось пятнадцать минут.
Словно по сигналу, свет снова вспыхнул в полную силу.
— Подъем, народ. Чтобы через пять минут все были готовы к выходу! — Скомандовал Кур.
Пока остальные зашевелились, просыпаясь, Нар собрал свой вещмешок. Он плотно затянул лямки на плечах и, закончив, замер с мечом в руке, ожидая команды.
Именно тогда он это почувствовал.
«Так… Что-то не то».
Он нахмурился и огляделся.
Вокруг все было как обычно. Джул, сидевшая там же, где спала, выглядела сонной и не подавала никаких признаков тревоги.
«Мне кажется или… Ох. О-о!»
Дело было в Муле.
Боец молчал.
С самого момента пробуждения он не проронил ни слова.
«Какого черта на Свалке происходит?» – подумал Нар, краем глаза наблюдая за ним.
Мул молча упаковывал вещи, время от времени бросая короткие взгляды на сестру.
Нар никогда не видел его таким.
В выражении его лица сквозило что-то похожее на страх. Обида. Испуг.
Заинтригованный, Нар перевел взгляд на Сен.
Она… ну, она была сама не своя. Злилась?
«Нет, не то».
Он не мог понять, что именно, но между близнецами явно что-то произошло. Нар ничего не слышал, значит, все случилось, пока он спал.
— Живее, живее! — Крикнул Кур.
Джул с трудом поднялась на ноги и замерла рядом с Наром, покачиваясь и пытаясь окончательно проснуться.
Нар выкинул мысли о близнецах из головы и принялся осматривать стены в поисках выхода, но тщетно. Как и в случае с дверью из кубозавода, на стене не было даже царапины. Если бы не туалет, он бы, наверное, забыл, с какой стороны они вошли.
«Они всерьез решили поиграть с нашими мозгами», – подумал Нар.
Отряд собрался, и сонливость медленно сменилась возбужденной тревогой, когда они выстроились у стены.
Когда таймер приблизился к пятиминутной отметке, Нар заметил, что Мул все еще смотрит на сестру – взгляд его оставался потерянным и растерянным.
Сен же упорно смотрела в пол, игнорируя его. Игнорируя всех.
«Что же, во имя Свалки, между ними стряслось?» – снова задался вопросом Нар.
Неужели Сен наконец сорвалась и накричала на брата? Нар почему-то сомневался, что дело в этом, однако скрежещущий звук вернул его к реальности.
Секция стены бесшовно опустилась, открывая выход, и Безопасную зону заполнил громкий, яростный гул.
— Что это еще за хрень на Свалке? — Прошептал Тук.
— Это Давление? — Спросил Кур, подавшись вперед.
Все взгляды обратились к Джул, и разведчица так и застыла.
— Д-да, думаю, да! — Пробормотала она. — Звучит так же. Только громче… Я-я так думаю!
Нар почувствовал, как в нем закипает раздражение. Однако ожидаемой, такой типичной жалобы от Мула не последовало. Боец держал рот на замке.
«Проклятье…»
— Нар, можешь проверить?
Нар вздрогнул и увидел, что Кур пристально смотрит на него.
— Я… что?
— Сходи проверь, — попросил Кур. — Ты у нас самый стойкий к Давлению. Посмотри, что там снаружи творится.
— О… Э-э, ладно.
— Спасибо. И поторапливайся. Нам нужно уходить, и быстро.
Нар поспешил к двери, и остальные расступились, пропуская его.
— Я буду прямо здесь, — сказала Гад.
Нар мрачно кивнул ей и посмотрел вперед.
Здесь, у самого проема, он кожей чувствовал жар, исходящий из коридора. Гул был сильным и пронизывающим, а ведь он еще даже не вышел наружу.
А что, если это его убьет?
Он глубоко вдохнул.
Оставаться в Безопасной зоне тоже нельзя. Слово «наказание» звучало достаточно зловеще, чтобы предпочесть выход навстречу любому новому испытанию.
И вот, не имея иного выбора, он шагнул за порог.
Давление едва не прижало его к коленям, и он ахнул под его тяжестью.
— Ты в порядке? — Крикнула Гад.
Нар обернулся и увидел, что она приготовилась в любой момент схватить его и затащить обратно.
— Я в норме, — отозвался он. — Боли нет, но оно очень тяжелое.
Он глубоко вдохнул. Было жарко, но не обжигало.
Он проверил свои ОЗ. Полоска была полной и, похоже, не уменьшалась.
— Вроде бы ДД по мне не идет, — сказал Нар. — Просто двигаться трудно.
Гад оглянулась, ожидая указаний Кура, и тот кивнул ей.
Гад вышла наружу, быстрым взглядом окинув оба конца коридора.
Нар выругался про себя.
«Черт! Я же забыл это сделать!»
Страж мог стоять прямо здесь, у самой двери, а он бы его и не заметил. Во всяком случае, пока не стало бы слишком поздно.
Бросил оружие. Отвлекся в хвосте. Не следит за опасностью… Когда он уже начнет серьезно относиться к своей роли?
— Вроде чисто, — сказала Гад. Как и Нар, она ссутулилась под невидимым гнетом. — Но оно и правда тяжелое.
Один за другим они покинули Безопасную зону.
Когда Кур вышел последним, стена снова закрылась, не оставив и следа.
— Черт… Ну и тяжесть, — выдохнул Кур.
Нар вытер лоб. Предплечье стало скользким от свежего пота.
Он сморщил нос. Должно быть, от него уже разило за версту. Наверное, как и от всех остальных.
Он видел, как другие переодевались раньше, и у него тоже было искушение сделать так же. Однако у него оставалось всего два запасных комплекта, а о новой одежде никто и слова не сказал. Еда – да. Удобства – да. Но про одежду – ничего. Поэтому он не стал переодеваться. Оставалось только надеяться, что остальные не воротят носы от отвращения к нему.
— Это будут долгие сорок минут, — произнес Тук.
— Чем быстрее закончим, тем лучше, — ответил Кур. — Гад, веди нас.
Они двинулись в путь, согнувшись под тяжким грузом.
Это заставляло чувствовать себя ничтожным.
Словно их заставляли идти с низко склоненными головами перед Величием Кристалла. Напоминали об их месте. Об их статусе грешников.
Нар вполголоса бормотал молитву, отгоняя недобрые, богохульные мысли.
Идти было трудно. Каждый шаг отдавался в полу резким ударом, а каждый подъем стопы требовал осознанного, значительного усилия.
— У меня падает выносливость, — сказал Кур примерно через двадцать минут пути. — Быстро.
— У меня тоже, — отозвалась Гад.
— Должно быть, задействуются наши характеристики, — задумчиво произнес Тук, вытирая лоб.
На его рубашке, вокруг выпирающего вещмешка, расплылось темное мокрое пятно. Такие были у всех, и Нар не сомневался, что у него самого – тоже.
Жара, поначалу терпимая, теперь в сочетании с физическим напряжением донимала их все сильнее.
Тук достал желе-пак и жадно присосался к нему. Нару оставалось только завистливо смотреть. По крайней мере, ему самому нести приходилось меньше.
— Давайте, идем дальше, — подбодрил Кур. — Половина пути позади.
Они упрямо шли вперед, молчаливые, с трудом дыша под тяжестью, которая их душила.
«Не верится, что я думал, будто все кончено», – размышлял Нар. «Вот тебе и конец Давления».
Если Кристалл захочет, к тому моменту, как они выберутся на поверхность, они будут ползти на четвереньках, и не станут делать ничего, кроме как молиться и славить Его Славу.
Эта мысль промелькнула без тени раскаяния. Нар был так сосредоточен на том, чтобы просто переставлять ноги, что даже не заметил собственного кощунства.
Так тянулись минуты, казавшиеся еще длиннее из-за постоянного, раздражающего гула. Казалось, будто множество людей громко шепчут ему прямо в уши. Звук стал громче и хуже, чем до того, как они добрались до Безопасной зоны, и пока они шли, этот шум подтачивал его рассудок. Даже если он закрывал уши, это не помогало избавиться от постоянных помех, которые словно скребли когтями по мозгам.
Они продолжали тащиться вперед.
— Мы ведь все уверены насчет времени, верно? — Спросил Кур.
— Да, — ответила Джул. — Прошел уже почти час.
Тук, опустившись на колени, тяжело дышал и пытался прочистить горло.
Оба ленгос тоже свалились и хрипели, привалившись к одной из стен, а Вий тяжело опиралась на свое копье.
Гад согнулась пополам, но все еще стояла, Кур тоже с трудом держался на ногах. Рядом с ним сидела Джул, хватая ртом воздух, ее зеленые волосы прилипли к блестящему от пота лбу.
Нар тяжело выдохнул и прислонился к стене, одновременно опираясь на руки и пряча в них лицо.
Звук собственного дыхания эхом отдавался в ушах, а горячий воздух почти обжигал лицо.
— Что нам делать? — Спросила Гад. — Моя выносливость тает на глазах.
Нар снова проверил свою.
«Треть. Почти половина».
Остальным, должно быть, приходилось куда хуже.
— Пройдем еще немного, — хриплым голосом отозвался Кур. — Еще минут десять. Если не выберемся, остановимся и отдохнем.
Он огляделся, и по его виду было ясно: он тратит последние крохи воли, чтобы не составить компанию остальным на полу.
— Давайте, народ. Идем. Всего десять минут.
И снова, что было совсем на него не похоже, Мул подчинился без протестов.
«Не может быть, чтобы я один это видел», – подумал Нар, утирая пот со лба.
Мул протянул руку сестре, и хотя она приняла помощь, но отпустила его ладонь сразу же, как только поднялась.
Она покачнулась, и Мул в панике дернулся, готовый подхватить ее. Но Сен сумела устоять сама и прошла мимо брата, даже не взглянув на него.
— Ладно. Пошли, — сказал Кур, когда все поднялись.
Нар оттолкнулся от стены и потащился следом.
Надо бы чего-нибудь выпить. Здесь было жарче, чем на фабрике.
— Еще немного, — твердил он себе. — Нужно экономить…
Десятиминутная отметка осталась позади.
Кур призывал их пройти еще хотя бы пару минут, но в конце концов ему пришлось объявить привал.
Отряд повалился на пол, обливаясь потом и судорожно ловя воздух.
Нар уставился в желтый свет потолка. Затем, вспомнив о своей утренней оплошности, заставил себя перевернуться так, чтобы по крайней мере видеть темноту позади. Нравится ему это или нет, но роль защитника тыла пала на него, и как второстепенный танк он намерен был отнестись к ней со всей серьезностью.
— Посидим тут немного, — пропыхтел Кур. — Посмотрим, восстановится ли хоть чуть-чуть выносливость. Нар, Джул и Тук – первая смена караула, на случай, если мы отключимся.
— Не думаю, что в таком состоянии кто-то сможет уснуть, — пробормотал Тук.
Нар не мог не согласиться. Между этой тяжестью и громким гулом, проникающим в самые потаенные мысли, он сомневался, что кто-то уснет, как бы сильно они ни устали.
Как выяснилось, он глубоко ошибался.
Остальные вырубились в считанные мгновения, да и сам он едва держался, борясь с невероятно тяжелыми веками.
Рядом с ним голова Тука то опускалась, то поднималась – его битва со сном шла куда хуже, чем у Нара.
— Тук! — Позвал он.
Тук вздрогнул и распахнул глаза.
— Черт. Прости, парень! Прости!
— Ничего…
Джул оглядывалась по сторонам, проверяя оба конца коридора, как делала обычно, но движения ее были медленными, тягучими. Нар был впечатлен ее упорством.
— У тебя выносливость хоть немного вернулась? — Спросил Тук.
Нар покачал головой. — Прошло-то всего ничего.
Впрочем, он сомневался, что это можно назвать отдыхом. Даже привалившись к стене, он чувствовал, что ему нужна вся его Сила просто для того, чтобы сидеть прямо. Дышать. Говорить. Даже думать.
— Не знаю, сработает ли это, — сказал Тук, озвучивая мысли Нара.
— Можем спать по очереди, — предложил Нар. — По крайней мере, ОЗ мы не теряем.
Тук рассеянно кивнул, и разговор затих. Разговоры требовали слишком много сил. Судя по всему, они достигли хрупкого равновесия между восстановлением и расходом выносливости, так что лучше было не рисковать, сдвигая этот баланс в минус.
«Не верится, что я думал, будто с этим проклятым Давлением покончено», – подумал Нар, снова глядя в потолок.
Может быть, сейчас началось настоящее испытание, а может, это просто очередное в череде тех, что им еще предстояло преодолеть.
Гул гремел в голове, заглушая мысли. Это изводило, а понимание того, что он ничего не может с этим поделать, делало ситуацию еще хуже. Словно зуд, который невозможно унять.
«Просто терпи, парень. Давай, помолись немного…»
Молитва Преданности. Молитва Обожания. Молитва Ликования… Существовал бесконечный сборник этих молитв, и в О-Нексе и И-Нексе их наверняка было еще больше.
Нару пришлось выучить около двадцати штук наизусть. Раз в месяц часовню освобождали для нужд Нечистых, и их заставляли маршировать туда на поклонение. Сменяя друг друга в душном здании, они пели и молились в надежде, что Кристалл очистит их души.
Нар ненавидел эти походы – хоть до, хоть после своих изматывающих двойных смен. Но это было одним из условий, позволявших избежать изгнания. Они должны были демонстрировать Кристаллу раскаяние в своих грехах, иначе их ждали еще более суровые последствия.
Нечистым было на это плевать с высокой колокольни. Боялись именно Чистые. Боялись, что Кристалл снова покарает их, ударив по какому-нибудь другому месту в Домах. А становиться Нечистым не хотел никто.
«Идиоты. Все до единого, застряли в своей дурацкой крошечной норе…»
Нар тряхнул головой. Он снова впал в мрачные раздумья.
Трудно было удержаться.
Каждый раз, когда он вспоминал свою прошлую жизнь, которая была всего месяц назад, его захлестывала всепоглощающая тьма. Гнев, ненависть и… Но об этом не стоило и думать.
Забыв о молитвах, он гадал, почему так происходит. Конечно, он и раньше ненавидел Чистых, но никогда – с такой нутряной страстью, как сейчас. Да и мысли эти с эмоциями возникали не так часто. Большую часть времени он просто принимал жизнь такой, какая она есть.
Может быть, дело в том, что теперь у него появилось избыточное количество свободного времени. Время, чтобы думать, прокручивать всё в своей скучающей и избитой голове, размышлять обо всем на свете. Он был избавлен от той сокрушительной концентрации, которой требовало умение фокусировать и выталкивать ауру из тела в такт требованиям машины.
Теперь у него было много времени – пока он охранял отряд или шел позади всех, предоставленный собственным мыслям. И было трудно молиться и возносить хвалу, когда приходилось бороться с воспоминаниями, глубоко врезавшимися в память.
«Ты многого от меня требуешь», – подумал Нар. «Но если Ты позволишь мне спасти отца, я сделаю все, что Ты пожелаешь. Все что угодно».
И он не лгал.
http://tl.rulate.ru/book/175136/14822476
Готово:
