Готовый перевод Livestream Appraisal: My Friend, Something’s Very Wrong with You / Случайно раскрыл преступление на стриме, но я всего лишь оценщик сокровищ! Не приносите краденое! (ЗАВЕРШЁН): Глава 22. Атласный саван на меху — здесь что-то очень не так! (Часть 1)

Глава 22. Атласный саван на меху — здесь что-то очень не так!

— Чаофэн! — Нин Фань лишь едва заметно усмехнулся, но в его спокойном голосе, разорвавшем тягучую тишину ночного Призрачного рынка, вдруг прорезались дерзкие, почти хищные нотки.

Едва это старинное слово, обозначающее главного оценщика ломбарда, сорвалось с его губ, как сгорбленная старуха в черных лохмотьях пошатнулась, словно от невидимого удара. Она отступила на полшага, а её дрожащая, иссохшая, как древесный корень, рука взметнулась вверх. Скрюченным пальцем она указала на юношу, долго и судорожно хватая ртом холодный воздух, прежде чем смогла выдавить из себя хоть звук.

— Бумага? Камни? Свежие яйца? Или, быть может, гробовые доски? — прохрипела она старческим, скрипучим голосом, выстреливая непонятными терминами, словно проверяя его на прочность.

— Какого роду чаофэн будешь? — прищурила она свои блеклые, водянистые глаза.

— Торгую прямо на улице, видом товара не брезгую. Могу и землю копнуть, если понадобится, — ни на секунду не задумавшись, с ледяным спокойствием парировал Нин Фань, демонстрируя абсолютное понимание законов теневого рынка.

— Усекла! — хрипло каркнула старуха, и её взгляд мгновенно изменился, став цепким и острым.

Она резко развернулась. Никто даже не успел заметить, откуда в её руках взялась длинная клюка. Навершие трости было выполнено в виде змеиной головы с разинутой пастью, из которой торчали два металлических клыка, блестящих во мраке и острых, словно цыганские иглы. А на самом конце трости тусклым смертоносным светом поблескивал раздвоенный железный крюк.

Старуха не сделала ни одного лишнего движения. Лишь короткий, молниеносный выпад тростью — и вот уже на стальном крюке повисло какое-то белое одеяние, выуженное из бездонных глубин её лотка.

— У молодого ростка глаза зоркие. Так и быть, бабка не станет ломить цену до небес, — проскрипела торговка, потрясая тростью. — Восемь тысяч, желтыми рыбками!

— По рукам! — Нин Фань не стал торговаться. Он просто сунул руку в карман и, не моргнув глазом, протянул ей золотой боб.

В этот момент зрители на трансляции впали в коллективный ступор. Начиная с того мгновения, как речь зашла о каких-то «бумагах» и «гробовых досках», они перестали понимать хотя бы слово из происходящего. А теперь, глядя на этот странный танец с тростью и золотом, они и вовсе почувствовали себя инопланетянами.

Как можно называть цену, даже не развернув товар?! И почему Мастер Нин так легко расстался с деньгами, даже не поторговавшись? Неужели все сделки на черном рынке проходят настолько безумно и стремительно?

«Есть тут знающие люди? Переведите, о чем они вообще толкуют!» — взмолился кто-то в чате, запуская волну паники.

«Вроде бы говорят на чистом языке страны Ся, но я ни единого слова не разобрал…» — вторило ему следующее сообщение.

«Признаюсь честно, мой мозг только что сломался», — промелькнуло следом.

«Это что, тот самый легендарный воровской жаргон из фильмов?» — предположил один из самых догадливых зрителей.

Пока чат разрывался от недоумения, на экране появилось сообщение от уже знакомого всем Доктора Буддизма Ся.

«Дружище, а ведь ты попал в самую точку», — гласил текст от монаха. — «Это и есть тот самый старинный профессиональный жаргон, которым пользовались бродячие торговцы и авантюристы в древности. Если ты не понимаешь этот тайный язык, то на таком рынке тебя обдерут как липку, а ты еще и сам им деньги в карман положишь».

«Ого, у нас тут эксперт нарисовался!» — обрадовались зрители.

«Мастер Ся, умоляем, просветите нас неразумных!» — посыпались просьбы, подкрепленные щедрыми виртуальными красными конвертами, которые полетели в адрес монаха.

«То самое первое слово Мастера Нина было приветствием», — начал объяснять Доктор Буддизма Ся, не заставляя себя долго ждать. — «По сути, он сказал: "Я хочу купить вон то белое пальто. Это моя первая сделка за сегодня, так что, уважаемая, может, скинете цену?". А когда старуха спросила его о специализации, она использовала старые термины. "Чаофэн" — это управляющий или главный оценщик в традиционных ломбардах».

Монах подробно расписал, как старуха пыталась выяснить профиль Нина: специализируется ли он на живописи («бумага»), нефрите и камнях («камни»), новоделе и подделках («свежие яйца») или на погребальной утвари («гробовые доски»).

«А Мастер Нин ответил, что он смотрит всё подряд, словно простой уличный скупщик», — продолжил монах. — «Конечно, с его стороны это была невероятная скромность».

«А что было дальше?!» — сгорая от нетерпения, требовали продолжения зрители.

«А дальше старуха сказала: "У молодого парня глаз наметан, так что я не буду задирать цену до небес. Восемь тысяч наличным золотом, и забирай"», — пояснил Доктор Буддизма Ся.

«Обалдеть можно! Я-то думал, они просто бред несут, а тут целая наука!» — восхищению зрителей не было предела. Чат запестрел тысячами восторженных смайликов.

Доктор Буддизма Ся, однако, отнесся к этому философски:

«На самом деле, ничего сверхъестественного в этом нет. В древности те, кто бродил по миру в поисках заработка, делились на "Восемь Ветвей ремесла". Поскольку их занятия не входили в число уважаемых профессий, они создали свой собственный закрытый круг и объединили все местные жаргоны в единый тайный язык — "Чуньдянь"».

Монах продолжил свою увлекательную лекцию:

«И не смотрите, что этот язык использовался низами общества. "Чуньдянь" создавали настоящие гении своего времени. Знание этого жаргона решало восемьдесят процентов любых проблем на дороге. В старину даже ходила поговорка: "Лучше отдать слиток золота, чем выдать хоть слово из Чуньдянь"».

Для наглядности он привел пример с охранными бюро, которые сопровождали грузы:

«Например, когда везли товары, груз делили на настоящий и ложный — "красный" и "белый" товар. Если на караван нападали бандиты, это называлось "срезать стрелу". Глава охраны выходил вперед, называл свою школу, говорил, что противник слишком силен и не стоит портить отношения, после чего предлагал им несколько десятков таэлей серебра "на чай". Бандиты видели, что перед ними человек знающий, уважающий правила, и отступали. Кому охота лишний раз рисковать головой, если можно разойтись миром? Вот почему знание "Чуньдянь" было вопросом жизни и смерти».

http://tl.rulate.ru/book/175133/14998398