Готовый перевод Livestream Appraisal: My Friend, Something’s Very Wrong with You / Случайно раскрыл преступление на стриме, но я всего лишь оценщик сокровищ! Не приносите краденое! (ЗАВЕРШЁН): Глава 8. Почему это снова вещь, которой пользовался евнух? (Часть 2)

Ван Доюй, совершенно сбитый с толку этой лекцией, скептически хмыкнул, но послушно потянулся за хрустальным бокалом, наполнил его водой и небрежно бросил туда бесценное украшение.

В следующую секунду у миллионов зрителей синхронно отвисли челюсти.

Из глубины бокала вырвался сноп пронзительного, ослепительно-зеленого света. Он прошил толщу воды, окрасив её в цвет лесного озера, излучая почти физически ощутимую прохладу.

«Святые угодники! Я что, сплю?!»

«Как кусок камня может светиться сам по себе?!»

«Это физика или магия Хогвартса?!»

— А теперь отнеси его туда, где падает прямой солнечный свет, — скомандовал Нин Фань, чье лицо оставалось невозмутимым.

Ван Доюй, уже не скрывая благоговейного трепета, подхватил бокал и рысью метнулся на балкон, аккуратно поставив его на залитый солнцем подоконник.

— Ну и? Тут ничего н… ТВОЮ МАТЬ!

Раздался звонкий, режущий слух треск. Хрустальный бокал выскользнул из дрогнувших рук мажора и разлетелся на тысячу осколков по дорогому паркету.

Сердца зрителей рухнули в пятки. «Драконий Камень»! Сто миллионов! Маленькая цель только что вдребезги разбилась о пол!

Ван Доюй рухнул на колени, судорожно раскапывая осколки. Спустя пару мучительных секунд в эфир прорвался его хриплый, облегченный выдох:

— Фух… Пронесло. Камень цел. Только бокал в минусе. Сейчас, погодите, я покажу вам то, о чем говорил Мастер Нин!

Тон заносчивого богача неуловимо изменился — теперь в нем сквозило безоговорочное уважение. Он осторожно поднял перстень, нашел уцелевшую стеклянную чашу с водой и навел на неё камеру смартфона.

Солнечные лучи ударили в изумрудную зелень камня. Произошло нечто невероятное. Свет преломился, прошел сквозь воду и спроецировал на белый паркет потрясающую, объемную голограмму. Иллюзия была настолько четкой, что можно было разглядеть чешую дракона и перья феникса. А когда вода в чаше слегка заколыхалась от дрожи в руках Ван Доюя... мифические создания ожили. Они начали грациозно кружить вокруг призрачной жемчужины, исполняя свой древний танец света и тени.

«Твою ж налево...» — только и смогли выдавить в чате.

Миллионы людей сидели перед экранами, парализованные красотой зрелища. Никто не смел даже дышать, боясь, что одно неосторожное движение спугнет это зеленое волшебство, и иллюзия рассыплется прахом.

Спустя долгую минуту Ван Доюй, очнувшись от транса, убрал чашу и с почтением водрузил перстень обратно на большой палец.

— Мастер Нин, — вкрадчиво начал он, — ну так что скажете об этой вещице?

— М? — Нин Фань иронично изогнул бровь.

Зрители недоуменно переглянулись. Чего он еще хочет? Мастер всё по полочкам разложил: жадеит «Драконий Камень», стоит сто миллионов. Что еще нужно обсуждать? Или этот пижон решил оспорить оценку?

Ван Доюй рассмеялся, качая головой:

— Господа, ну посудите сами. Кто же проводит оценку антиквариата, называя лишь породу камня и умалчивая об остальном? Если бы всё было так просто, я бы сам мог стримы вести! Сказал «это фарфоровая ваза, а это бронзовый меч» — и всё, готово дело? Мастер Нин, у вас глаз-алмаз, спору нет. Но вы ведь ни слова не сказали ни о происхождении, ни о возрасте этого перстня. Так что... может, присмотритесь еще разок?

— В этом нет нужды, — Нин Фань отмахнулся с таким равнодушием, словно отгонял назойливую муху.

Толпа замерла. Неужели Мастер решил пойти на попятную? Решил, что не вытянет историческую справку?

Но прежде чем кто-то успел написать колкость, голос Нина Фаня разрезал напряжение.

— На настоящую вещь достаточно взглянуть лишь однажды. Смотреть дважды — непозволительная трата времени.

В его голове уже ярко горели строки системного интерфейса, проецируя информацию прямо на сетчатку:

Нин Фань небрежно отхлебнул чаю и, глядя Ван Доюю прямо в глаза, выдал результат:

— Изготовлен по личному указу вдовствующей императрицы Цыси. Ручная работа Яо Хоувана, мастера императорских мастерских. А последним известным владельцем этого чудесного украшения... был евнух Ли Ляньин.

Юноша поставил чашку на блюдце с тихим стуком.

— И где же, позвольте спросить, ваш уважаемый дедушка раздобыл сию прелесть? М?

Уголки губ зрителей в чате начали непроизвольно дергаться.

«Ли Ляньина?!»

«Да вы издеваетесь! Почему это СНОВА вещь, которую носил оскопленный слуга?!»

«Идиоты, при чем тут евнух?! Вы главное имя слышали?! Сама Цыси!»

«Если округлить, то это вещь императорского пользования! Да это же золотая жила!»

«Мастер рубит правду-матку без пощады!»

Люди не знали, смеяться им или плакать от такого поворота. А вот Ван Доюй застыл, как громом пораженный. Кровь бросилась ему в лицо, и он истошно завопил на всю комнату:

— Стоп, тормози! Какого черта, Мастер Нин?! С чего вы взяли, что мою реликвию носил какой-то кастрированный старик?!

http://tl.rulate.ru/book/175133/14998163