За пределами Первой исследовательской лаборатории.
Скрываясь в густых тенях, девушка с волосами цвета сакуры, облачённая в тёмную одежду, бесшумно скользила сквозь слепые зоны системы безопасности.
Используя специальное высокотехнологичное оборудование, она всё же сумела проникнуть в намеченный сектор исследовательского комплекса.
Однако она не стала торопиться с продвижением вглубь базы или немедленным выполнением приказа.
Вместо этого она замерла на самой внешней границе периметра, укрывшись в непроглядном мраке, и принялась терпеливо ждать.
Прикрыв глаза, девушка-самурай мысленно готовилась к тому, что должно было произойти.
Время текло незаметно, капля за каплей.
Солнце, ещё недавно стоявшее высоко в зените, медленно опустилось за горизонт, скрывшись за далёкой грядой гор.
Небесный свод окрасился в густой, кроваво-красный цвет.
Эта картина пугающе точно отражала состояние самого мира, балансирующего на краю гибели под ударами Хонкая.
Около девяти часов вечера
землю окончательно поглотила тьма.
К её удаче, ночь выдалась пасмурной.
Яркий диск луны спрятался за плотными слоями туч, и даже мириады звёзд не могли пробиться сквозь эту тяжёлую завесу.
Сакура оставалась совершенно неподвижной; прохладный ночной ветер лишь слегка трепал её волосы.
Судя по затянутому небу, скоро должен был хлынуть проливной дождь.
Прошло ещё пятнадцать минут.
Со стороны института постепенно начал доноситься шум голосов и шагов.
Это исследователи заканчивали свою смену и расходились по жилым блокам.
Даже в эпоху апокалипсиса людям был необходим отдых.
За исключением малочисленной ночной смены, подавляющая часть персонала покинула главные лаборатории.
Её чуткий слух фиксировал, как голоса становятся всё тише, пока не растворились в тишине окончательно.
Девушка в тени не шелохнулась.
Её лицо оставалось спокойным, как гладь замерзшего озера, не выражая ни единой эмоции.
И лишь сложный, противоречивый блеск, изредка мелькавший в её глазах, мог бы выдать то, что на самом деле творилось у неё в душе.
Правильно ли она поступает?
Она сама не была уверена в том шаге, который должна была сделать сегодня.
Но Сакура была всего лишь солдатом.
Понятия правильного и неправильного её не касались — её долг заключался лишь в беспрекословном исполнении приказов сверху.
Она чуть подняла голову, взглянула на затянутое тучами небо и едва слышно вздохнула.
Затем Сакура извлекла из-за ворота кулон, по форме напоминающий старинные карманные часы.
Щёлкнула крышка. Внутри была спрятана фотография — она сама и ещё одна маленькая девочка.
— Рин…
Девушка ласково провела пальцем по стеклу, вглядываясь в лицо младшей сестрёнки, чьи волосы были такого же нежного цвета сакуры.
Именно ради Рин Сакура продолжала сражаться и бралась за любую грязную работу.
«Надеюсь, после этого задания мне больше не придётся делать ничего подобного».
Погружённая в свои мысли, она ещё немного погладила фотографию, а затем надёжно спрятала кулон обратно под одежду.
Она ждала очень, очень долго.
Сакура бросила короткий взгляд на механические часы на запястье — стрелки неумолимо приближались к полуночи.
— Пора.
Она медленно выдохнула. Взгляд её серых глаз мгновенно заострился, став холодным и колючим.
Даже кромешная тьма не могла стать преградой для её зрения.
Надвинув прибор ночного видения, она скользнула во внутренние коридоры Первой лаборатории.
Её движения были плавными и стремительными, словно у настоящей лисы.
Спрыгнув с вентиляционной шахты, она направилась в самое сердце комплекса.
Лабораторный блок Первого института.
Это был самый защищённый, центральный сектор.
Сейчас в зоне, окружённой десятками исследовательских комнат, стояла абсолютная, мёртвая тишина.
Если не считать дежурного освещения в коридорах, свет горел лишь в паре помещений.
Но именно в этих комнатах вершилась судьба мира.
Свет лился из самого дальнего зала, доступ в который был закрыт множеством паролей и уровней аутентификации.
Эта лаборатория занимала площадь в несколько сотен квадратных метров.
Несмотря на глубокую ночь, внутри всё ещё кипела работа.
— Неужели подобный эксперимент и правда увенчается успехом? —
раздался тихий, почти сонный голос. Его обладательница — красивая молодая девушка с волосами, уложенными в классическом стиле, — выглядела хрупкой и слабой.
Её глубокие глаза цвета индиго создавали образ человека, нуждающегося в защите.
Синяя лента в волосах идеально сочеталась с изящной заколкой, поддерживающей причёску.
Невероятно красивая, утончённая и… бесконечно ленивая.
Именно такое впечатление Фуси производила на всех при первой встрече.
Однако внешность была обманчива.
Фуси искренне считала, что она просто «не тратит энергию впустую».
Поэтому она всегда находилась в режиме «строгого энергосбережения».
На деле же она обладала пугающе острым умом: умела мгновенно подмечать мельчайшие изменения, анализировать тенденции и с лёгкостью выводить закономерности из хаоса данных.
Иначе Бланка никогда бы не порекомендовала её на должность ассистентки в лабораторию самой доктора Мёбиус.
— Сестрёнка, просто делай то, что говорит доктор МЭЙ, и не задавай лишних вопросов.
Этот совет подала другая девушка, сидевшая неподалёку — практически полная копия Фуси.
В отличие от своей «спящей» сестры, у Нювы были ярко-красные глаза, и даже лента в её причёске была алого цвета.
Фуси бросила на сестру полуприкрытый взгляд, словно могла уснуть прямо сейчас, и протянула:
— Прежде чем давать мне советы, может, уберёшь свои фигурки со стола?
Прямо перед её глазами разворачивалась абсурдная картина: пока МЭЙ делала записи по эксперименту, Нюва с увлечением расставляла на своём рабочем месте коллекционные аниме-фигурки.
И помимо них, рабочая зона Нювы была завалена томиками манги, дисками с аниме, ранобэ и прочим сопутствующим мерчом.
Одного взгляда было достаточно, чтобы понять — перед вами отаку высшего уровня.
— А что плохого в том, чтобы совмещать хобби и работу? Главное, что я выполняю свои задачи, остальное не имеет значения, —
парировала Нюва совершенно невозмутимым тоном.
Фуси только собралась ответить, как их прервал резкий, холодный голос с другой стороны зала:
— Вы двое. Как только закончите эту фазу эксперимента, убирайтесь спать и не мозольте мне глаза.
Тон Мёбиус, как всегда, был едким и бескомпромиссным.
Зелёноволосая учёная даже не обернулась, продолжая вводить сложнейшие формулы через квантовый компьютер и голографические экраны.
Стоящая рядом Кляйн с невозмутимым видом фиксировала параметры, полностью игнорируя перепалку коллег.
Услышав окрик доктора Мёбиус, сёстры-близняшки переглянулись и виновато показали языки.
Пока работа не завершена, спорить с ней они не решались.
Перешёптываясь, они послушно покинули лабораторию.
После их ухода в помещении на некоторое время воцарилась тишина, нарушаемая лишь гудением аппаратуры.
Спустя несколько минут
Мёбиус наконец убрала руки от проекционной клавиатуры, позволив Кляйн дописать последние данные.
— На сегодня всё. Свободна.
Это означало конец рабочего дня. Её голос звучал гораздо мягче, чем когда она отчитывала Фуси и Нюву.
Кляйн послушно кивнула:
— Да, доктор. Доброй ночи.
Собрав свои записи, вечно покорная девушка тихо выдохнула и покинула зал тем же путём, что и близняшки.
Вот так.
В огромной лаборатории остались только два человека.
Мёбиус выключила свой терминал и посмотрела в другой конец зала.
Там, за своим рабочим столом, сидела МЭЙ. Её длинные фиолетовые волосы были небрежно распущены по плечам; с наушниками на голове она вела с кем-то диалог.
На видеосвязи была Вилл-Ви.
В этот поздний час они всё ещё обсуждали детали проекта «Божественные Ключи».
Обмениваясь идеями и гениальными решениями, эти две выдающиеся умы уже находились на пороге завершения сразу нескольких проектов этого супероружия.
— Судя по заданным параметрам, если мы успешно пройдём финальную фазу тестирования и не выявим критических ошибок, проект можно будет считать завершённым, —
произнесла МЭЙ.
По сравнению с той робкой школьницей из прошлого, она сильно изменилась.
Теперь в ней чувствовалась спокойная, холодная уверенность и непоколебимый интеллект. И даже строгий белый халат не мог скрыть её изящную фигуру.
Её красота стала ещё более яркой и притягательной, подобно сиянию далёкой звезды.
Из наушников раздался бодрый голос Вилл-Ви:
— По расчётам Прометея, вероятность успеха составляет 93,87 процента.
— Если не произойдёт никаких внезапных аномалий, всё пройдёт гладко.
В науке нет места удаче — есть лишь неопровержимые факты.
Ошибка остаётся ошибкой, а правильный расчёт ведёт к успеху.
Услышав столь высокие шансы, МЭЙ слегка расслабилась.
— В таком случае свяжись со мной после завершения следующего теста и сообщи результаты.
Завершив звонок, МЭЙ сняла наушники и только сейчас заметила стоящий рядом стакан молока.
— Это он принёс. Сказал, чтобы я оставила в термокамере, пока он укладывал Грисео спать, —
произнесла Мёбиус, тоже беря в руки свою порцию.
На губах МЭЙ появилась лёгкая, тёплая улыбка. Она взяла стакан и сделала маленький глоток.
Тёплое молоко скользнуло по горлу, наполняя измученное долгими часами работы тело приятным уютом и восстанавливая силы.
http://tl.rulate.ru/book/175014/14953385
Готово:
