— Убийца родичей! — только и было слышно в тронном зале.
— Тишина! — проревел король. На голове Рейегара покоился простой обруч из желтого золота, украшенный семью драгоценными камнями разных цветов: это была корона Джейхейриса Миротворца. В свое время Рейенира Таргариен продала эту корону. Король потратил кучу золота, чтобы вернуть ее. Он надеялся, что с ней к нему будут относиться с большим уважением, как ко второму пришествию Миротворца. В конце концов, он сдержал свое обещание, несмотря на Восстание Оленя.
Джейхейрис посмотрел на своего брата, который сейчас находился под судом. Если раньше у него и были какие-то сомнения в его невиновности, то теперь он был уверен на все сто. Он все еще не знал, кто был истинным зачинщиком, но точно знал, что Визерис невиновен.
У Джейхейриса даже мелькнула мысль, что за всем этим стоит Рейегар. Но он отбросил эту идею. Король просто пользовался ситуацией, чтобы наказать его.
«Неужели он ожидал, что я выступлю в качестве защитника Визериса? Или он намерен сослать его на Стену?» Когда он вчера разговаривал с Визерисом, тот сказал, что Рейегар предлагал ему во всем признаться и отправиться на Стену.
Принц стоял сгорбившись на небольшом помосте, получив возможность защищать себя. Судить его предстояло троим «беспристрастным» лордам:
Джейме Ланнистеру, Оберину Мартеллу и Мейсу Тиреллу. Последний смотрел на него с откровенной злобой. То и дело можно было услышать его бормотание: «И подумать только, моя прекрасная роза чуть было не вышла замуж за Убийцу родичей».
Джейхейрис шел сквозь шепотки придворных. Его старший брат смотрел на него с Железного Трона. В его глазах не было ничего, кроме пустоты.
Его племянник Эйегон смотрел на него с сочувствием и выглядел уставшим.
Визерис бросил на него неуверенный взгляд, но в его глазах теплилась надежда. Джейхейрис кивнул ему и подошел к Рейелле и Дейенерис. Обеим было явно не по себе. Вдовствующая Королева не знала, чью сторону принять. Он мягко улыбнулся ей, взял руку своей невесты и поцеловал её.
— Мы начинаем, — провозгласил король.
И этот фарс стартовал. Помимо Герольда, привели еще нескольких слуг, чтобы те подтвердили его слова. Они заявляли, будто видели, как Визерис передал Герольду тяжелый мешок и о чем-то гневно с ним говорил.
Также зашла речь о том, как Визерис жестоко обращался со своими подчиненными. Свидетели описывали его как человека, окончательно испорченного горечью от осознания себя «запасным» принцем.
Нашелся даже конюх, заявивший, что его использовали неестественным образом.
Визериса не просто обвиняли в покушении на убийство брата; его пытались смешать с грязью. Как бы там ни было, брак между ним и Маргери Тирелл теперь точно не состоится.
— Хватит! — Сначала Визерис казался крошечным на фоне всего суда; никто не ожидал от него такого рыка. — С тех пор, как эти проклятые имбецилы открыли рты, я не слышу ничего, кроме лжи в свой адрес. Я — Таргариен, во мне течет кровь дракона. Можете быть уверены в одном: я бы никогда не пошел против своей крови или своего брата, — процедил он, и его голос стих вместе со вспышкой гнева.
Трое судей уставились на него: Джейме — с удивлением, Оберин — с весельем, а Мейс — с яростью. Последний тут же подал голос:
— Как ты смеешь открывать рот? Твое вожделение к принцессе Дейенерис — это оскорбление для Простора и моей дочери. И превыше всего, сама мысль о том, что глотатель мечей и Убийца родичей станет мужем моей розы — омерзительна! — выплюнул он, задыхаясь от стыда и злобы. Казалось, он даже не заметил взгляда, которым одарил его дорниец. Оберин был широко известен своей любовью как к женщинам, так и к мужчинам.
— Глотатель мечей? Да ты даже не представляешь, сколько раз я отшивал твоего Рыцаря Цветов с его подкатами.
Многие в зале опустили головы, пытаясь сдержать смешок. Лицо Верховного лорда налилось пунцовым цветом.
— И да, я вожделею свою сестру. Пусть боги поразят меня на месте, если я стану это отрицать. Как я вообще мог сравнивать её с твоей пресной дочуркой, которая, кажется, только и мечтает переспать с Эйегоном прямо на глазах у своего будущего мужа?
Визерис, может, и не блистал умом, но в гневе он изрыгал пламя.
— Как вообще можно сравнивать цветок с драконом? Но даже так, несмотря на всю мою страсть к ней, я признаю, что мой брат достоин её руки больше, чем кто-либо другой. — Он немного успокоился и произнес эти слова от самого сердца. — Даже больше, чем я, — грустно закончил он.
Джейхейрис посмотрел на Дени; ей было явно не по себе. Она искала его руку, пытаясь найти хоть каплю спокойствия.
— Моя дочь не... — начал было Мейс.
— Я требую испытания поединком! — перебил Визерис Тирелла. — Жалеть дракона могут только боги. У людей нет права судить меня.
На несколько мучительных секунд в зале повисла мертвая тишина.
— Прошу оказать мне честь сражаться за корону, Ваша Милость, — произнес сир Герольд Дейн, опустившись на одно колено перед Железным Троном. — Я был совращен и использован Визерисом Таргариеном. Я позволил страху управлять мной и из-за этого совершил постыдные вещи. Позвольте мне хоть немного искупить свою вину.
Рейегар слушал всё это сверху, сохраняя абсолютно бесстрастное выражение лица.
— Да будет так, — сказал король, и его голос гулом разнесся по залу. — Пусть решат боги. Это облегчит боль и сомнения в моем сердце. У тебя есть защитник, или ты будешь сражаться сам?
— Я буду сражаться за него, Ваша Милость, — подал голос Джейхейрис. Он заметил, как его брат на мгновение крепче сжал подлокотники трона, а в его глазах мелькнуло удивление. «Рейегар не ожидал, что я выйду?»
Джейхейрис подумал о другой причине, по которой король форсировал этот суд. Хотел ли он подкинуть ему козла отпущения в качестве оправдания? Маловероятно. Рейегар должен был понимать, что он жаждет прикончить Темную Звезду.
«Нет. Рейегар не был таким идиотом».
Если заявление Визериса вызвало тишину, то слова его младшего брата породили настоящий хаос. В конце концов, это был нонсенс — чтобы тот, кого чуть не убили, сражался и рисковал жизнью за своего же предполагаемого убийцу.
— Ты уверен? — Джейхейрис буквально кожей чувствовал горечь в словах Рейегара.
— Абсолютно. Возможно, это по-детски с моей стороны, но я верю, что мой брат невиновен. Поэтому я буду сражаться за него, — ответил он.
Его мать и сестра удивленно переглянулись. Впрочем, сейчас обеим стало заметно легче. И не потому, что Джейхейрис собирался драться за жизнь Визериса, а потому, что он верил в его невиновность. У Рейеллы больше не осталось никаких сомнений в виновности сына. Теперь она была уверена, что он чист. Дейенерис ласково сжала его руку.
— Очень хорошо, — кивнул король. — Дату мы обсудим...
— Почему бы не прямо сейчас? Здесь. Давайте покончим с этим по-быстрому, — вмешался Джейхейрис. — Трое судей на месте, свидетелей тут сотни. Верховный Септон тоже здесь, — сказал он, бросив взгляд на толстяка, который так и съежился под его взором. — Вот тут. Мой противник уже в доспехах. Мое оружие при мне. Нет нужды ждать, — заявил принц, демонстрируя секционный посох в своей руке. Торрен уже успел принести его.
— Сир Герольд?
— Я... согласен, — выдавил дорниец. Его голос заметно напрягся.
Темная Звезда слышал о дуэли между Деймоном и Джейхейрисом. Они сражались на равных, и Джейхейрис победил благодаря неожиданному приему.
Сам Герольд не спарринговал с Порочным принцем, но считал себя не менее искусным бойцом. И всё же он решил быть осторожным.
— Правила просты. Победителем дуэли станет тот, кто останется на ногах, независимо от того, убьет ли он или обездвижит своего противника. Так было всегда. Я не могу делать исключений, даже для тебя, брат мой, — закончил Рейегар со вздохом, как будто эти слова дались ему с трудом.
— Дейенерис, тебе лучше покинуть зал. Будет кровь, — предупредил Джейхейрис. То, что он собирался сделать с этим ублюдком, явно не предназначалось для людей со слабым желудком.
— Женщины видят кровь куда чаще, чем вы, джентльмены, — подала голос Вдовствующая Королева. Дейенерис решительно кивнула и вызывающе нахмурилась.
Он в последний раз погладил ее руку, отпустил, вздохнул и направился в центр зала. Он сбросил плащ, оставшись в одной хлопковой рубахе. Его соперник нахмурился.
— Без доспехов?
— Последний парень, который судил меня по этому поводу, проиграл.
Они образовали круг в центре зала, оставив себе достаточно места. Лорды смотрели во все глаза, боясь даже моргнуть. Они сгрудились плотной толпой. Рыцари Дома Таргариенов выстроились по периметру вокруг Герольда и Джейхейриса.
— Не сдерживайся, — раздался голос из толпы, заставив всех замолчать.
— Деймон, — одернула его Лианна. Стоящая рядом с ней принцесса Висенья наотрез отказалась уходить.
— Я уеду на Север только после того, как посмотрю дуэль. Я хочу знать, на что он способен, — смущенно ответил он, обнимая сестру.
— А я и не планирую поддаваться. Ему не настолько повезло, чтобы делить со мной одну кровь, — бросил Джейхейрис, злобно зыркнув на Деймона. Ему хотелось покончить со всем по-быстрому. Он не собирался вступать в открытую конфронтацию с Рейегаром, но и хотел показать, что он не марионетка, которой можно крутить как вздумается.
— Верховный Септон, — кивнул король.
Оба соперника слушали, как септон распинается о Семерых богах и прочей чепухе.
Точнее, никто из них даже не обращал на него внимания.
— Именем Семерых, да будет доказана виновность или невиновность Визериса Таргариена руками этих двух воинов, — наконец закончил он.
Дуэль началась. Позже лорды шутили, что Септон толкал свою речь дольше, чем принцу потребовалось, чтобы прикончить своего врага.
— Какая жалость... Принц, но я сдержу свое обещание с того дня, — в зале, полном людей, Герольд не осмелился повторить свои слова вслух.
— Ты знаешь, что такое «черный карлик»? Так называется последняя стадия жизни звезд... когда они умирают, — произнес Джейхейрис, хотя сравнение было не совсем честным.
Черные карлики — это последняя стадия жизни маленькой звезды...
А Герольд был едва ли значимее простой свечки.
Герольд ничего не ответил; он нанес первый удар, но Джейхейрис заблокировал его, позволив мечу со звоном отскочить от металла посоха.
«А он силен. Я даже на дюйм его не сдвинул», — мысленно охнул Герольд, заглянув в глаза принца. Они были пурпурными, прямо как у него самого. Герольду вдруг стало интересно, выглядят ли его собственные глаза так же в глазах врагов — не с ненавистью или гневом, а с абсолютным равнодушием. Словно эта дуэль была не против Темной Звезды; словно принц просто собирался заколоть свинью к праздничному столу.
Герольду оставалось только мечтать о том, чтобы внушать своим жертвам хотя бы половину того первобытного страха, который он испытывал прямо сейчас.
Второй удар нанес уже Джейхейрис. Посох описал дугу снизу вверх и врезался Темной Звезде во внутреннюю часть бедра. Зал наполнился гримасами отвращения, казалось, они вытеснили сам воздух. Нога сломалась с омерзительным хрустом, и лорды наблюдали, как она неестественно подвернулась и выгнулась под невозможным углом.
Из легких Дейна вырвался вопль, больше подходящий испуганной девчонке, чем рыцарю.
Где-то эхом ему отозвался плач младенца.
— Кто приказал тебе нанять убийц? — спросил принц. В ответ он получил лишь истошный визг рыцаря. Джейхейрис с отвращением сплюнул, когда в нос ударил резкий запах дерьма и мочи.
Ответа он так и не дождался. Да и что бы он сделал, если бы продолжил давить? А вдруг он бы ляпнул, что всё это приказал Рейегар? Это выставило бы дом дракона еще более расколотым и убогим.
Третий удар, также нанесенный Джейхейрисом, размозжил череп соперника, положив конец его жалким страданиям. Принц не испытывал ни капли жалости. Любой, кто покушается на жизнь дракона, заслуживает сдохнуть в его пасти.
Четвертого удара не последовало.
Шепотки лордов и вскрики леди стихли. Прекратился даже плач младенца.
В тронном зале только удаляющиеся шаги Деймона посмели нарушить мертвую тишину.
http://tl.rulate.ru/book/174621/14756424
Готово:
