Ему снились поезда и самолеты. Парусники и постоянная тряска в седле уже сидели в печенках. Слишком уж это было медленно.
— Опять пьешь? — От звука голоса матери у него мгновенно разболелась голова.
Джейхейрис ошеломленно огляделся. Рейелла Таргариен смотрела на него с состраданием. Ей явно не нравилось его состояние, но она понимала его чувства. Вот только она ошибалась: его алкоголизм никак не был связан с недавними событиями.
Выпивка была старым другом. И совершенно необходимой мерой, если он хотел сохранить рассудок.
— Меня вызвали на дуэль. Сама знаешь кто: Деймон, — прошептал он, имея в виду своего племянника. Сына Рейегара и Лианны Старк. — Поединок насмерть. Хочу дать ему фору, — добавил он, пошатываясь и пытаясь встать. На полный ужаса взгляд матери он не обратил никакого внимания.
Он, конечно же, нагло врал; помирать в его планы не входило. Как и проигрывать. Его планы были столь же тверды, как и рука, за которую он сейчас ухватился в поисках опоры.
*Хлесь!*
Пощечина матери обожгла щеку, оставив красный след.
— Я не позволю проливать родную кровь из-за какой-то глупой ссоры! — яростно прошипела она. Затем сделала паузу, обдумывая ситуацию. — Вызов уже брошен. Лорды, должно быть, уже вовсю перемывают вам косточки. Отменить дуэль нельзя. Я поговорю с Деймоном и скажу, что ты победишь. И что ты сохранишь ему жизнь, — безапелляционно заявила она, подбирая юбки и собираясь выйти из комнаты.
— Он не согласится. Ему нужен поединок именно насмерть, чтобы Его Величество не смог устроить для Дейенерис другой брак. Если я сдохну — он женится на ней. А если умрет он, то хотя бы не будет жить с позором, глядя, как любовь всей его жизни греет мне постель.
Мать замерла и с болью посмотрела на него.
— Дейенерис станет твоей женой. И не смей называть ее «грелкой для постели», будто она какая-то дешевая шлюха, — наконец отчитала она его. — Я найду способ переубедить Деймона. Сейчас я позову служанок, чтобы они привели тебя в порядок. В твою честь устроят приветственный пир, а за ним, как ты мог заметить, последует турнир. Тебя слишком долго не было в столице.
Она нежно коснулась его щеки. Той самой, по которой только что ударила, и в ее фиалковых глазах мелькнуло сожаление.
— Твоя сестра станет невероятной женой. Она прекрасно воспитана и очень красива.
— Но влюблена она в другого, — горько отозвался он. И пусть он сам не горел желанием отменять свадьбу, мысль о том, что его будущая жена сохнет по другому парню, больно била по мужскому эго.
— Юношеская влюбленность. Это пройдет.
— Это не просто влюбленность, и ты это прекрасно знаешь. Они выросли здесь вместе, пока я торчал на холодном Севере. Я для нее чужак, который приперся, чтобы разрушить всё, что у них было.
Рейелла отвернулась. В глубине души она понимала, что Джейхейрис — куда лучшая партия для дочери, чем Деймон, и полностью одобряла этот брак.
Она никак не могла взять в толк логику своего старшего сына. Она знала, что Рейегар не дурак, и у него должен быть скрытый мотив. Король боялся, что однажды разразится борьба за трон. Поэтому, казалось бы, лучшим вариантом было поженить Деймона и Дейенерис. Тогда у Деймона не появилось бы союзников на стороне.
Был еще Визерис, который, по мнению короля, тоже положил глаз на Железный Трон. Рейелла молилась, чтобы ей никогда не пришлось увидеть, как кровь ее семьи проливается из-за куска железа. Но с каждым днем Визерис выглядел все более дерганым.
Но Рейегар выбрал Джейхейриса. Он не объяснил причин, лишь бросил, что это «хорошая идея». Ее младший сын был самым миролюбивым из всех, и он был последним, кого она могла представить в роли узурпатора. Она не стала спорить с королем, потому что в глубине души была рада такому исходу.
— Она исполнит свой долг, — наконец произнесла Рейелла. Она знала, что как муж и жена эти двое найдут если не любовь, то хотя бы уважение. — Я тоже не была влюблена в твоего отца в то время. Мое сердце принадлежало другому. Но я исполнила свой долг.
«Из всех возможных примеров ты выбрала самый отстойный», — мысленно хмыкнул принц.
— Не хочу, чтобы Дейенерис страдала так же, как ты с Эйерисом, — произнес он до крайности мягким голосом. Он не называл старого короля отцом, потому что тот попросту не заслуживал этого звания.
— Ты — не Эйерис, — прошептала она так тихо, что ее голос почти потонул в пении птиц за окном. — Ты ведь позаботишься о ней, обещаешь?
— Конечно позабочусь, — начал было он, но взгляд матери заставил его осечься. — Но сначала я выиграю дуэль. Тебе не нужно с ним говорить. Я одержу честную победу.
— Джейхейрис. Ты не понимаешь. Деймон с мечом в руках — настоящий монстр. А ты вырос среди книг, а не на тренировочном дворе.
С того самого момента, как Джейхейрис покинул Королевскую Гавань, Рейелла поручила Варису присматривать за сыном.
*«Принц появлялся на тренировочной площадке всего один раз. Никто никогда не видел его с мечом в руках. Чернила и фолианты он предпочитает... всему остальному»*, — докладывал ей евнух в одном из своих многочисленных отчетов.
Джейхейрис посмотрел на нее с мягкой улыбкой. Казалось, ее слова его совершенно не волнуют.
— Я сохраню ему жизнь. Не переживай.
Он видел, как дерется племянник. Тот был хорош, но не лучше него.
— Люди начнут болтать, если Вдовствующая Королева будет выглядеть расстроенной на приветственном пиру в честь своего сына. — Он технично свернул разговор.
— Джей...
— Ваша Милость, мы прибыли по вашему приказу. — В покои вошли две служанки, ожидая распоряжений.
Рейелла лишь молча посмотрела на него. Ее упрямый сын уже начал раздеваться. На присутствие и реакцию служанок ему было абсолютно плевать.
— Вымойте и оденьте его. У меня есть дела. — Она вышла на поиски своей единственной дочери. Дочери, которую любила больше всех на свете.
Служанки приготовили горячую, почти кипящую воду. Им приходилось действовать осторожно, чтобы самим не вымокнуть, пока они оттирали тело принца. Девушки переглянулись с понимающими улыбками, никуда не торопясь и откровенно наслаждаясь процессом. Тело принца оказалось крепким и мускулистым — совсем не то, чего ожидаешь от книжного червя.
Но мысли принца витали далеко от двух девиц в его комнате. Он жил своей жизнью в этом мире. Но у него была и прошлая жизнь — скучная рутина, заполненная книгами. Он был студентом. Причем неудачником. У него имелись базовые знания по куче предметов, но ни в один из них он не вникал по-настоящему глубоко. Он шарил в химии, физике и инженерии, но назвать себя мастером ни в одной из этих дисциплин язык бы не повернулся.
Он мог по памяти цитировать книги из своей прошлой жизни, но его мозг словно начинал тормозить, когда он пытался вспомнить какие-то бытовые мелочи. Как будто ему просто не полагалось этого знать.
«Деймон», — мысленно произнес он.
Всё в этом мире казалось ему знакомым, и в то же время — чужим. Как будто его воспоминания заволокло густым туманом.
«Волки, олени, львы, драконы...» Все кусочки пазла были на месте, но никак не хотели складываться в единую картинку.
Всё это походило на симуляцию, а сам он балансировал на грани входа и выхода из Матрицы. Он жил с перманентной головной болью. Единственным способом хоть как-то унять эту боль было отключить мозги. Это было поистине адское детство. И лишь повзрослев, он получил возможность топить этот кошмар в алкоголе. Он пробовал маковое молоко, но быстро завязал, испугавшись, что подсядет.
Его жизнь в этом мире была воистину королевской. Он родился с серебряной ложкой во рту. Еще в первые месяцы своей жизни он слышал шепотки о войне. Судя по всему, его старший братец умом не блистал. Взять вторую жену — та еще тупость. Он бы еще понял, если бы в небе кружили драконы, но в нынешней ситуации...
А уж забрать ее без согласия лорда-отца, Хранителя Севера, — вообще феерический идиотизм.
Честно говоря, Таргариены до сих пор сидели на троне только благодаря Тайвину Ланнистеру.
И быть в долгу перед ним Джейхейрису совершенно не улыбалось. Ему доводилось пару раз пересекаться со «старым львом»; дело было в Эссосе, и оба действовали через чужие руки. Тайвин тогда попытался сунуть нос в дела Джейхейриса.
Рейегар делал всё возможное, чтобы не дать королевству развалиться на куски, и одно из его решений напрямую ударило по самому Джейхейрису.
На свои восьмые именины он отправился на Север — на воспитание. Ему даже не дали шанса попрощаться с бабушкой или племянницей Рейенис, которая была его ровесницей. О поездке ему буднично сообщил какой-то слуга, после чего рыцарь Королевской Гвардии с небольшим эскортом сопроводили его на Север.
Эддард Старк оказался человеком холодным и прямолинейным. Он никогда не вел себя грубо, наоборот, в общении был подчеркнуто вежлив. Он дал ему неплохое образование, но настоящей связи между ними так и не возникло. Этот человек презирал и его самого, и всю его семью.
Именно поэтому Джейхейрис не испытывал ни капли угрызений совести, когда лишил его дочь девственности.
— Санса, — прошептал он с легкой ноткой ностальгии.
Девушка, должно быть, просто убита горем из-за его грядущей свадьбы. Она ведь так долго верила, что они поженятся. И самому Джейхейрису эта идея вполне нравилась. Санса была доброй, мечтательной, красивой и хрупкой, как цветок. Он прекрасно видел, что она искренне в него влюблена. В отличие от леди из его детства в Красном Замке, в ней не было ни капли коварства. Она бы никогда его не предала.
Она никогда бы не полюбила другого мужчину.
Поначалу она казалась пресной и даже скучноватой, но становилась весьма разговорчивой, когда он был внутри нее. Со временем она немного раскрепостилась. Ей нравилось ездить верхом и болтать о турнирах и легендарных рыцарях. Она была наивной. И именно в этой ее невинности он нашел такую чистую любовь.
«Наверное, не стоило этого делать», — подумал он. Девушка была искренней, а он поначалу просто хотел сделать что-то назло ее отцу. И лишь потом она начала ему нравиться. «Отменит ли Рейегар свадьбу с Дейенерис, если мы с ним поговорим?» Он сильно в этом сомневался. К тому же он не был уверен, что в таком случае король отдаст ему обещанный замок. И всё же ему бы очень не хотелось наживать проблем с мечником, которого на всем континенте считали равным Барристану Отважному.
— Что скажете о Деймоне? — спросил он двух служанок, которые, казалось, так и горели желанием ему услужить.
— Он — возрожденный Порочный принц, — выпалила одна из них, с энтузиазмом намывая ему руки.
— В народе шепчутся, красный он дракон или черный, — добавила вторая, поспешно опуская голову, когда принц перевел на нее взгляд.
— И вы тоже из этих шептунов?
Любое оскорбление Дома Дракона было оскорблением лично для него. Его планы напрямую зависели от правления его семьи. Последнее, чего он хотел — это еще один Танец. Деймон даже взял себе имя первого претендента Блэкфайров. История, похоже, повторялась: руку Дейенерис забирают у него и отдают другому.
— Нет, милорд, то есть мой принц! Я лишь повторяю то, что слышала, — залепетала она.
Он пропустил ее оговорку мимо ушей и провел рукой по волосам служанки.
— Некоторые вещи лучше не повторять, — произнес он, чувствуя, как она дрожит от его прикосновения
http://tl.rulate.ru/book/174621/14678611
Готово:
