Воздух в компании «Будущие технологии» разительно отличался от спокойной тишины главного особняка в Тиёде.
Здесь бурлила неуемная, раскалённая энергия.
Молодые программисты с растрёпанными волосами сверкали глазами, полными азарта.
Они толпились у доски, яростно споря о навыках какого-то персонажа, или взрывались ликованием из-за новаторского алгоритма.
На утреннем общем собрании Хигасино Кэй стоял перед всеми сотрудниками, чётко обрисовав курс разработки нового аддона к «Песни о герое» и дав точные рекомендации по прогрессу каждой команды.
Сотрудники смотрели на него с благоговением и фанатичным восторгом.
Сидзима Миюки не участвовала в собрании — она тихо сидела в кабинете президента, потягивая чистый чай и следя взглядом за его фигурой за окном.
Она ведь сказала: мир света построит он.
А она станет той, кто сметёт все тени с его пути.
Собрание закончилось, и Хигасино Кэй вернулся в офис, всё ещё окутанный аурой лидера.
Он ослабил галстук, выдохнул с облегчением и плюхнулся на диван, мгновенно превратившись в привычного офисного раба.
— Уморился вусмерть. Быть боссом жрёт мозги сильнее, чем вкалывать рядовым.
Сидзима Миюки отставила чашку, и на её губах мелькнула едва заметная улыбка.
— Это только начало, а ты уже сдаёшься.
Хигасино Кэй простонал, но быстро взял себя в руки.
Он вспомнил отчёт Ямамото за завтраком — те две проблемы, которые требовали решения.
— Ямамото.
Он произнёс это в интерком офиса.
Дверь бесшумно отворилась, и в проёме возник мощный силуэт Ямамото.
— Зять.
— Принеси все материалы по проекту курорта на Хоккайдо.
— Будет сделано.
Ямамото не стал расспрашивать и ушёл.
Вскоре на журнальный столик перед Хигасино Кэем плюхнулся огромный ящик с документами, покрытый пылью, с потрёпанными углами.
«Бум» — глухой удар взметнул облачко мелкой пыли.
— Боги мои, сколько этот ящик пылится? Документы совсем заросли.
Хигасино Кэй открыл его.
В нос ударил затхлый запах прокисшей бумаги.
Внутри были забиты толстые папки, каждая — тяжёлым бременем.
Он выхватил одну наугад.
Раскрыл.
Первое, что бросилось в глаза, — ужасающий багровый цвет.
Каждый лист финансовых отчётов был исчёркан красными чернилами с гигантскими цифрами убытков.
Пять лет подряд дефицит, словно чёрная дыра, пожирающая немыслимые суммы.
Он листал дальше.
Шли отчёты об инцидентах.
«Рабочие бригады избиты неизвестными, трое в тяжёлом состоянии».
«Склад стройматериалов сгорел ночью, причина неизвестна».
«Местный совет деревни по причине "нарушения экологии" бесконечно тормозит стройку».
В конце папки лежали пожелтевшие фото.
На снимках — долина, укрытая толстым снежным покровом.
Сотни ржавых арматурных прутьев торчали из сугробов, точно скелет какого-то чудовища, указывая в мрачное небо.
Вся стройплощадка застыла в запустении, мёртвой тишине, пропитанная отчаянием полного забвения.
Хигасино Кэй бегло пробежал отчёты и невольно покачал головой. Это был не просто недостроенный объект — это катастрофа.
— Вот такой рваный хвост оставил Сидзима Гэнъитиро.
Голос Сидзимы Миюки раздался рядом, с холодком.
— Пять лет назад он замахнулся на самый большой в Японии горнолыжный курорт.
— Не справился с управлением, да ещё местные силы постоянно подставляли палки в колёса — вот и вышел такой позор.
Хигасино Кэй отложил папку, потирая виски.
Это уже не рваный хвост.
Это бездонная пропасть.
— Местные силы?
— Мелкая шайка «Белые волки».
В тоне Миюки сквозило презрение.
— Ничего серьёзного, но как мухи назойливые. Опираясь на преимущество местных, вымогают деньгу грязными методами, которые не выносишь на свет.
Она подошла к окну, глядя в дальнее небо.
— Я там была, смотрела место.
— Далёкое, но снега — лучшие в Японии. Зимой вся долина утопает в пудровой пелене, загляденье.
Хигасино Кэй снова уставился на фото.
Снег.
Бескрайний, чистый, плотный снег повсюду.
В голове угасли цифры убытков, отчёты о стычках.
Осталась только эта бесконечная белизна.
Внезапно, без предупреждения, в мозгу вспыхнула картина из двадцать первого века, когда-то поразившая его до глубины души.
Харбин.
Ледяной снежный мир.
То царство изо льда и снега, сияющее, сказочное, величественное.
Дыхание перехватило.
Безумная, но кристально чёткая идея, точно молния, разогнала все туманы в голове.
— Миюки.
Он заговорил, и в голосе невольно дрогнуло.
— Курорт бросаем.
Сидзима Миюки обернулась, в глазах мелькнуло недоумение.
— А что строим?
Хигасино Кэй встал, приблизился, глаза его пылали.
— Город строим.
— Город, который живёт только зимой, из льда и снега, волшебный город грёз.
Брови Сидзимы Миюки чуть сдвинулись.
Она не перебила, просто слушала.
— Горнолыжку ставим, но не главную фишку.
Речь Хигасино Кэя ускорялась, мысли кристаллизовались.
— Всю долину превращаем в гигантский зимний тематический парк развлечений!
— Ледяные скульптуры — изо льда вырежем замки грандиознейшие, дворцы ослепительные, горки ледяные высоченные!
— Используем местные горячие источники для открытых онсэнов в снежных пейзажах. Гости будут нежиться в метели, в полном релаксе.
— Ещё тематическая фуд-стрит: самые свежие морепродукты Хоккайдо, лучшие рамены — всё в одном месте!
— Можем даже реконструировать айнускую деревню, показать их культуру и традиции — это само по себе магнит для туристов!
В его голосе звучала страсть, заразительная сила.
— Это не курорт, это «Ледяное путешествие»! Полное погружение, уникальный опыт, ни с чем не сравнимый!
Он глянул на Миюки, чьи глаза расширились от изумления, и выдал финальный козырь.
— И никаких якудза-методов в управлении. Привлечём мировые топ-цепочки отелей — Хилтон или Шератон, пусть они ведут ежедневку.
— Сделаем место чистым, солнечным, чтобы оно красовалось на обложках мировых туржурналов — коммерческий феномен!
— Туристско-отпускной бизнес-район группы Сидзима!
В кабинете повисла тишина.
Сидзима Миюки смотрела не отрываясь, и в её всегда острых, как лезвие, глазах бушевал шторм.
Она разбиралась в бизнесе.
Но идея Хигасино Кэя вырвалась за рамки их эпохи.
Превратить убыточный недострой в супер-IP с культурой, туризмом, развлечениями.
Создать из льда империю с бешенной прибылью.
Это был настоящий удар по нисходящей.
Долго.
Наконец она заговорила, с еле уловимым волнением в голосе.
— Ямамото.
Ямамото снова вошёл.
Он мгновенно уловил: атмосфера в кабинете необычная.
— Мисс.
— Запиши всё, что сказал зять.
Приказ Сидзимы Миюки был кратким и весомым.
— Ни слова не упусти.
Ямамото опешил.
Хигасино Кэю пришлось терпеливо, попроще, пересказать Ямамото концепцию «Ледяного города».
На каменном лице Ямамото впервые проступило явное, огромное недоумение.
Дом изо льда?
Гости там есть и спать?
В снегу мыться?
Этот верный якудза-ветеран почувствовал, как рушится его мирозрение.
Но вопросов не задал.
Просто достал блокнот и, точно школьник на уроке, старательно, буква за буквой, записал каждое слово Хигасино Кэя.
— Льди... снеж... ны... город.
Он бормотал под нос, будто зубрил тайное боевое искусство.
Хигасино Кэй смотрел на него и не знал — смеяться или плакать.
— Зять, ваш план...
Ямамото дописал и не выдержал, лицо сморщилось.
— Звучит очень... грандиозно.
Он выдавил единственное слово, что пришло в голову.
— Но денег — уйма надо?
— И «Белые волки»...
Он осёкся, но намёк был ясен.
Эти местные гиены не дадут жирный кусок проглотить без боя.
Хигасино Кэй взглянул на Сидзиму Миюки.
Та подошла к столику, тонким пальцем стряхнула пыль с ящика.
Подняла взгляд — острый, ледяной.
— Деньги — не проблема.
— У группы Сидзима их сейчас в избытке.
— Внутренние дела группы — по усмотрению зятя, он не даст нам прогореть.
Она повернулась к Ямамото.
— А «Белые волки»...
Пауза, и на губах расцвела кровожадная, ледяная усмешка.
— Пора в Хоккайдо, прибрать мусор.
Она посмотрела на Хигасино Кэя — и в глазах мгновенно растаяло в полную нежность и веру.
— Поедем вместе.
— Твою ледяную империю я с тобой построю собственными руками.
http://tl.rulate.ru/book/174176/14501620
