Готовый перевод A cozy farm life with a safe space and two children / Уютная жизнь фермерши с пространством-убежищем и двумя детьми: Глава 102. Грех не воспользоваться случаем

— Мама, я слежу за своим здоровьем, правда… — Ян Ланьэр понимала, что мать беспокоится о ней, но что она могла поделать в такой ситуации?

— Ой! Как же я проголодалась! Мама, если ты будешь так говорить, я же не смогу спокойно поесть, — Ян Ланьэр применила свой коронный приём — сыграла на жалости.

Услышав, что дочь голодна, госпожа Ян-Ли тут же засуетилась:

— Ланьэр, ешь скорее, я пойду, не буду тебе мешать.

— Мама, подожди минутку.

Ян Ланьэр отложила еду, достала из бамбуковой корзины несколько серебряных шпилек и кошелёк и протянула их матери:

— Мама, эти шпильки я купила, чтобы подарить тебе и невесткам. Теперь я отдаю их все тебе. Которая из них тебе понравится — той и подаришь. А которая заставит тебя злиться — той ничего не давай. Пусть от зависти лопнут.

— Ланьэр, я не могу это взять… — госпожа Ян-Ли попыталась оттолкнуть её руку, но Ян Ланьэр крепко удержала её.

— Мама, ты можешь сначала дослушать дочь?

Госпожа Ян-Ли вздохнула и спокойно села. Её сердце переполняли смешанные чувства. Раньше, когда зять был на войне, ей приходилось время от времени помогать дочери. Иначе как бы молодая женщина смогла прокормить двоих голодных младенцев? Жизнь едва не сломила её. К счастью, те тяжёлые времена миновали, зять вернулся, и в жизни дочери появилась надежда.

Тогда невестки относились к этому по-разному. Хотя они не смели перечить ей в лицо, за спиной наверняка отпускали немало колкостей, особенно младшая госпожа Ян-Ли и госпожа Ян-Дин. Что ж, не зря говорят: женился сын — забыл про мать.

Хоть её сыновья и хорошо относились к Ланьэр, но с появлением собственных семей между ними выросла незримая стена. И только её доченька оставалась по-настоящему преданной. Правду молвят, дочь для матери — что тёплая душегрейка.

— Мама, в этом кошельке деньги от меня. Это ваши с отцом личные сбережения. Захотите чего-нибудь вкусного или новую одежду — покупайте, не задумываясь. А это — купчая на лавку. Считайте это пенсионным фондом от дочери.

Вид шпилек и серебра не слишком взволновал госпожу Ян-Ли, но когда дочь протянула ей купчую, она подскочила от изумления.

— Ланьэр, откуда ещё и купчая? Что всё это значит?

Ян Ланьэр мягко улыбнулась и неторопливо начала объяснять:

— Мама, послушай, что я придумала. Сейчас ведь голодные времена, многие семьи бежали из своих домов. Поэтому лавки и дома в уездном городе сильно подешевели…

Тут Ян Ланьэр хлопнула себя по бедру. Какая же она глупая! Как она могла забыть купить себе дом? Будь у неё свой дом, ей не пришлось бы останавливаться в гостиницах каждый раз, когда она приезжает в город.

Ай, глупая! Глупая! Она схватилась за лоб, досадуя на свою оплошность.

— Ланьэр, что с тобой? Голова разболелась? — увидев, что дочь то хлопает себя по ноге, то хватается за голову, госпожа Ян-Ли забеспокоилась, решив, что та переутомилась за день.

— Кхм-кхм! — Ян Ланьэр смущённо улыбнулась. — Мама, всё в порядке. Просто я вдруг вспомнила, что забыла сегодня сделать одно дело.

— Что-то важное? Если да, то завтра попросим зятя снова съездить в город. — Госпожа Ян-Ли с облегчением вздохнула, решив, что дело не такое уж и серьёзное.

— Ох, не буду сейчас об этом думать. Давай продолжим. Мама, ты знаешь, насколько дешёвыми стали лавки в городе?

— И насколько же?

— Эта лавка стоила вдвое дешевле, чем обычно. Мама, скажи, должна была я её купить или нет? — Ян Ланьэр включила всё своё актёрское мастерство и произнесла это с преувеличенным драматизмом.

Глядя на выражение лица дочери, которое так и кричало «какая жалость была бы не купить», госпожа Ян-Ли и сама подумала, что грех не воспользоваться таким случаем, и поспешно закивала.

Видя, что мать поддалась её уговорам, Ян Ланьэр решила подлить масла в огонь, демонстрируя свою дочернюю любовь:

— Вот именно! Я тогда сразу же решила — беру! Мои родители всю жизнь трудились, не покладая рук, и всегда отдавали мне всё самое лучшее. Теперь пришло моё время проявить заботу. Если не сейчас, то когда же ещё?

Госпожа Ян-Ли растрогалась до слёз. Доченька — её душегрейка. Четверо сыновей не сравнятся с ней одной.

Увидев слёзы на глазах матери, Ян Ланьэр опешила. Неужели она переиграла?

— Мама, эту лавку можно будет сдавать в аренду или вести дела самим. В любом случае, доход с неё — это мои деньги вам с отцом на старость.

Госпожа Ян-Ли вытерла слёзы и с нежностью погладила дочь по руке:

— Мы с твоим отцом принимаем твою дочернюю заботу.

— Хорошо, мама, иди скорее ужинать, а то я тоже очень проголодалась, — сказала Ян Ланьэр, опасаясь, что если разговор затянется, её мать снова устроит потоп.

— Да-да, я пошла.

— Угу, — кивнула Ян Ланьэр, набив рот рисом.

http://tl.rulate.ru/book/174166/14877764