Глава сорок первая: Овеществленное воспоминание Куросаки Масаки.
Увидев женщину на голове Грандфишера, Ай, чье лицо до этого не выражало эмоций, мгновенно помрачнел.
— Мама?! Это что, мама Ичиго… то есть, ваша мама? — Рукия резко обернулась к Аю, требуя объяснений.
— Нет… это всего лишь… — Ай выдавил слова сквозь стиснутые зубы: — …проекция мыслей мамы!
— Проекция мыслей? — Рукия хотела было расспросить подробнее, но, заметив, как лицо Ая становится всё более угрожающим, благоразумно проглотила вопрос. «Почему мне кажется, что если я спрошу, случится что-то непоправимое?!»
— Эй, Рукия! Этого парня… ты и правда превратила его в синигами?
Средних лет синигами, всё это время наблюдавший за боем со стороны, перевел многозначительный взгляд с Ичиго на Рукию:
— Если ты сделала его богом смерти, то… он ведь стал им совсем недавно, верно?! За такой короткий срок он не только научился так мастерски обращаться с силой синигами, но и освоил высокоуровневое кидо! Пожалуй… даже не всякий капитан на такое способен.
Конечно, одну фразу он оставил при себе: «Мало того что ты самовольно передала ему силу, так еще и обучила кидо! Твоя вина становится всё тяжелее».
Хотя Ай продолжал следить за сражением, он не упускал из виду и разговор между Рукией и присланным за ней синигами.
— Ох, надо же… кажется, мои намерения раскрыты, — с легкой усмешкой произнес Ай, глядя на Рукию.
По тону синигами Рукия поняла: тот твердо уверен, что именно она обучила Ичиго искусству кидо. Она лишь мысленно вздохнула, не пытаясь ничего объяснять.
Дело было не в нежелании, а в невозможности. Как это объяснить? Сказать, что знания о кидо предоставил младший брат Ичиго – Куросаки Ай, а она лишь изредка давала наставления?! В такой абсурд в Обществе душ никто не поверит, если не увидит собственными глазами.
«Обычный человек владеет колоссальным объемом данных об Обществе душ и Уэко Мундо!»
«Обычный человек, опираясь лишь на теорию и редкие советы, способен освоить кидо!»
Раньше, если бы кто-то посмел сказать такое Рукии, она бы избила наглеца до полусмерти и отправила в четвертый отряд к мастерам медицины – подлечить раны, а заодно и голову.
И только сейчас Рукия окончательно поняла, почему Ай тогда совершенно спокойно позволил ей увидеть те материалы.
«Он изначально рассчитывал на то, что я не смогу об этом рассказать! А даже если расскажу – мне никто не поверит!», – Рукия с затаенной злобой покосилась на Ая, но обнаружила, что тот смотрит на неё с дежурной вежливой улыбкой.
«Проклятье… он всё просчитал!», – скрежетала зубами Рукия. Однако, прикинув разницу в их боевой мощи, она решила оставить мысли о мести. К тому же… взглянув на стоящего рядом синигами, она еще сильнее помрачнела.
…
— Мама…
Увидев женщину, Ичиго замер. Хотя он понимал, что её появление – ловушка, рука не поднималась нанести удар.
Лезвие дзанпакто замерло у самой шеи призрачного образа.
— Не убивай маму, Ичиго, — прошептала женщина с мольбой в голосе. Пальцы Ичиго на рукояти меча невольно разжались.
Грандфишер торжествующе оскалился:
— Пусть я недооценил твои боевые навыки, это не значит, что я тебе не ровня! Ты еще слишком зелен, малявка!
— Ичиго, опусти меч. Маме страшно, не причиняй мне боли, — снова заговорила проекция, и правая рука Ичиго, державшая клинок, окончательно ослабла.
— Плохо дело, Грандфишер нащупал слабость мальчишки! Теперь будут проблемы, — с досадой произнес синигами средних лет.
— Ты не можешь что-нибудь предпринять?! — Рукия с надеждой посмотрела на него.
Тот лишь беспомощно развел руками:
— Я бы и рад помочь, но этот бой… этот бой за его гордость! Мы не имеем права вмешиваться! Иначе бы он уже давно вступил в игру. С той силой, что он показал, он бы раздавил Грандфишера в мгновение ока.
Синигами кивнул в сторону Ая.
— Черт! Неужели нет выхода? — Рукия взглянула на невозмутимое лицо Ая и поняла: ждать от него помощи бесполезно.
— Выход есть, — внезапно подал голос Ай. — Если он вовремя опомнится, найдет себя и отпустит старую боль из-за смерти матери, он победит.
В этот момент, так, чтобы ни Рукия, ни гость из Общества душ не заметили, он накрыл левой ладонью правое запястье.
— А? — Рукия, уловив скрытый смысл в словах Ая, в шоке уставилась на него, шепча:
— Не может быть… Неужели это всё…
Неужели Куросаки Ай всё это время намеренно закалял Ичиго?!
…
Раздался звон металла о камни.
Видя, как женщина шаг за шагом приближается к нему, Ичиго не выдержал – дзанпакто выпал из его рук. Грандфишер снова заговорил:
— У любого, даже самого хладнокровного бога смерти, есть тот, на кого он никогда не поднимет руку. Исключений не бывает! И для тебя, малявка… это она! Твоя мать!
— Ведь так, Ичиго? — Вторила проекция.
Грандфишер украдкой покосился на Ая и в тот же миг… вся шерсть на его теле вздыбилась, превращаясь в бесчисленное множество острых копий, которые разом устремились к Ичиго! «Прекрасно! Не знаю, почему тот монстр не вмешивается, но это мой шанс! Схвачу пацана и использую как живой щит, чтобы сбежать… а потом сожру его!»
Уверенный в своей победе, Грандфишер уже предвкушал, как поглотит мощную реяцу Ичиго.
Ичиго вздрогнул, рванулся к мечу, но женщина внезапно оказалась прямо перед ним.
— Нет, Ичиго! Не бери меч! Не двигайся. Не причиняй маме боли, прошу тебя! — Лицо женщины внезапно исказилось в жуткой, неестественной улыбке:
— А теперь – просто умри.
Послышался резкий, влажный звук пронзаемой плоти.
Острые копья из шерсти прошили правое плечо Ичиго и оба бедра, оставив на теле еще с десяток глубоких ран.
— Как я и говорил: если не можешь ударить врага, ты больше никогда не сожмешь свой меч, — Грандфишер протянул когтистую лапу и намертво вцепился в Ичиго.
— Ичиго! — В ужасе закричала Рукия. Стоящий рядом синигами напрягся, принимая стойку для быстрого удара.
— Отлично! — Грандфишер зашелся в торжествующем хохоте.
— Эй ты, там! — Крикнул он Аю. — Теперь этот щенок у меня в руках! Советую не дергаться!
— Ха?! — Ай посмотрел на Грандфишера как на законченного идиота и хмыкнул:
— Ты что, совсем тупой?! Решил угрожать мне заложником?!
— Единственное, что меня раздражает в этом мире – это обилие мусора, который не знает своего места, — Ай лениво скрестил руки на груди, наблюдая за сценой с видом зрителя в театре. — Хочешь уйти? Ну попробуй. Посмотрим, сможешь ли ты теперь открыть Гарганту, чтобы свалить в свой Уэко Мундо!
— А? — В три голоса выдохнули Грандфишер, Рукия и синигами средних лет.
— Ха-ха-ха… Решил взять меня на пушку? Ну смотри же… Что?! — Грандфишер выбросил поток багровой реяцу, пытаясь разорвать пространство.
Но вместо привычного разлома последовал лишь его собственный крик, полный неверия.
— Почему не выходит… Почему не получается?!
Грандфишер в панике уставился на Ая, пробуя снова и снова, но пространство вокруг оставалось незыблемым.
— Э? — Рукия, видя реакцию Пустого и издевательскую ухмылку Ая, мгновенно всё поняла:
— Это он что-то сделал? Но как?! Я ничего не почувствовала!
Синигами рядом с ней тоже вовсю буравил Ая изучающим взглядом.
Внезапно раздался тихий всплеск энергии, и Долл перед Ичиго вспыхнул золотистым светом.
— Что за чертовщина? — Грандфишер зажмурился от яркого сияния. Оставив попытки сбежать, он инстинктивно прикрыл глаза свободной лапой.
— Это душа его матери! — Проговорил синигами средних лет, завороженно глядя на свет. — Ее любовь и тоска по сыну приняли осязаемую форму.
— Вот оно что! — Рукия обернулась к Аю. «Значит, он действительно тренировал Ичиго? Но ради чего?!»
Зачем человеку намеренно втягивать брата в опасный мир и тайно развивать его силы?
Ай заметил взгляд Рукии, но лишь приложил указательный палец к губам, призывая к молчанию.
— Последние мысли перед смертью… Мама… — прошептал Ичиго, глядя на светлый образ перед собой.
— Ичиго… — ласково произнесла Куросаки Масаки.
Услышав этот голос, Ичиго не смог сдержать слез – впервые за долгие шесть лет. В тот же миг бушующая в нем реяцу успокоилась, а ярость и тьма в душе бесследно исчезли.
— Мама… — едва слышно позвал он.
Масаки смотрела на него с бесконечной нежностью:
— Ичиго… Твой папа, Ай-тян, Карин, Юдзу и ты… Я была по-настоящему счастлива рядом с вами. Но… Ичиго, пообещай мне. Будь сильным, будь добрым. Живи с улыбкой ради папы, Ая, Карин и Юдзу. Прошу тебя, Ичиго.
С этими словами силуэт Масаки начал таять, и вскоре Долл на голове Грандфишера исчез окончательно.
— Какая морока! Кто же знал, что у этой женщины останется столько воли спустя шесть лет. Да еще и ты, мелкий гад, заблокировал пространство… Впрочем, плевать. Шах и мат! — Грандфишер сжал когти на горле Ичиго и взревел, глядя на Ая:
— Немедленно отпусти меня! Или я его прикончу!
— Мама… — выдохнул Ичиго.
— Спасибо тебе. Я тоже счастлив, что у меня была ты, папа, Ай-тян, Карин и Юдзу. Быть твоим сыном… это лучшее, что могло со мной случиться! — Реяцу Ичиго рванула вверх с такой силой, что лапа Грандфишера просто испарилась в этой вспышке! А дзанпакто, упавший в грязь, чудесным образом снова оказался в руках хозяина.
Наблюдая за этой сценой, Ай довольно улыбнулся:
— Ну наконец-то! Заставил же ты меня ждать, братец-дурак!
Вырвавшись на свободу, Ичиго покрепче перехватил рукоять и одним мощным выпадом вогнал клинок прямо в маску Грандфишера! Резкий поворот меча – и добрая половина маски разлетелась в щепки.
— А-а-а-а! — истошно завыл Пустой. Оставшейся лапой он с силой оттолкнул Ичиго и бросился наутек.
— Не прощу! Ты всего лишь жалкий щенок синигами! Запомни моё имя, Куросаки Ичиго! — В смертном ужасе Грандфишер рванул пространство, и на этот раз инстинкт выживания помог ему – Гарганта открылась!
Понимая, что это единственный шанс, Пустой нырнул в разлом и исчез.
Тяжело раненный Ичиго мог лишь смотреть ему вслед. Рукия и второй синигами были слишком далеко, чтобы успеть помешать.
Что же касается Ая… Он обещал Куросаки Иссину не вмешиваться напрямую. Всё, что он сделал – это сбросил Грандфишера вниз, чтобы тот не напугал Карин и Юдзу, и применил свой Фулбринг, на время лишив Пустого возможности сбежать.
…
Как только Грандфишер скрылся, Ичиго с глухим стуком рухнул на землю. Рукия, отбросив все вопросы, бросилась к нему и подхватила под плечи.
— Эй! Ты как, Ичиго?! — Встревоженно крикнула она.
— Глядя на него… стоит ли спрашивать? — Вздохнул синигами средних лет. — Если не подлечить его прямо сейчас, он точно протянет ноги. Эх, одни хлопоты! Ладно, я пошел. Остальное обсудим, когда придет время.
Затем он расплылся в глупой улыбке гордого родителя:
— А вообще, наша Рукия-тян уже в том возрасте, когда пора влюбляться.
— Что за чушь ты несешь! — Отрезала Рукия.
Затем она серьезно посмотрела на него:
— Ты ведь пришел… чтобы забрать меня? Если вернешься с пустыми руками, у тебя будут неприятности, верно?!
— Пустяки! — Синигами беззаботно пожал плечами. — Скажу, что наткнулся на Грандфишера и пришлось вступить в бой. Этот гад бегает от правосудия уже пятьдесят лет, так что неудача в поимке – дело житейское. А остальное… решим, когда припрет.
Он поправил свою соломенную шляпу и добавил:
— Но ты готовься, Рукия-тян. В Обществе душ уже пронюхали, что ты отдала силу человеку. Раз я провалился, в следующий раз за тобой пришлют кого-то посерьезнее.
— Я знаю. Буду начеку.
Синигами ушел, но перед самым исчезновением бросил долгий, пронзительный взгляд на Ая.
Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!
http://tl.rulate.ru/book/173602/14217619
Готово:
