— Нефели, бей по рукам Годрика, неважно по каким! — Я бросился в атаку, прикрываясь щитом.
Нефели поняла меня с полуслова, и мы с двух сторон зажали Годрика в тиски.
Тот в ответ начал вращать секиру, поднимая шторм.
Нефели в ответ активировала свой навык – «Грозовой шторм».
Два встречных вихря столкнулись, и молнии с огнем, словно два дракона, принялись терзать друг друга.
Пусть сила Нефели уступала Годрику, этого хватило, чтобы ослабить давление ветра. Я воспользовался моментом, подпрыгнул и, пробиваясь сквозь огонь и магические заряды, полоснул мечом по руке, творящей заклинания.
— Слишком твердая, не удалось отсечь.
— «Золотой обет» дает отличную защиту.
В следующую секунду драконья пасть клацнула в паре сантиметров от меня.
Не раздумывая, я отпрыгнул в сторону.
Годрик развернулся, чтобы преследовать меня, но Нефели нанесла яростный удар секирой сзади, начисто отрубив руку, которую я не смог повредить.
— Отлично! — Крикнул я.
— Наглые отродья! Раз так, я уничтожу вас первыми! — Годрик, рассвирепев, обрушил на меня серию ударов секирой. Горизонтальные, вертикальные, диагональные… его атаки обрушивались одна за другой, как поток бурной реки.
Периодически в меня летели стрелы.
Я сосредоточился, уклоняясь от каждого взмаха, а если не успевал – принимал удар на щит, используя инерцию, чтобы разорвать дистанцию.
Это давало Нефели пространство для маневра!
— Ха-а-а! — Нефели знала лишь один прием, но зато какой! Её шторм, заряженный золотыми молниями, обрушился на спину Годрика, в одно мгновение лишив его трех или четырех конечностей.
— Бесполезно! Бесполезно! Я – Золотой Годрик, что могут ваши жалкие трюки! — Он резко развернулся и рубанул секирой по Нефели.
— Вот ты и подставил спину снова.
Я прыгнул вверх.
Навык – Кровавый удар!
Рука, которую Годрик только что прирастил, снова была отсечена.
Так мы с Нефели, сменяя друг друга, отвлекали его внимание. Стоило Годрику повернуться, как мы тут же старались отсечь еще одну из его конечностей.
Наконец Годрик потерял терпение. Он вонзил обе секиры в землю, вызвав дрожь почвы, а драконьей головой изрыгнул пламя прямо в небо.
— Пытаешься использовать массовую атаку, чтобы сдержать нас?
— Курара! — Я швырнул призрачную медузу, обвившуюся вокруг моего плеча, прямо в лицо Годрику.
Тот явно не ожидал такого и запутался в Кураре.
Дзынь…
Руки на спине Годрика тут же открыли огонь, выпуская магию и стрелы по Кураре, которая облепила его голову.
— Скорее, уходи!
Курара легко отпрыгнула. Она получила несколько ударов, но часть атак, которые руки не успели прекратить, пришлась прямо по голове Годрика.
Хаос заставил его прервать атаку, будь то удар секирами по земле или дождь из огня.
Мы с Нефели, не теряя времени, прыгнули вперед и отсекли еще несколько конечностей, прежде чем успели отскочить в стороны.
— Фух! Фух! Фух! — Не знаю, был ли это гнев или усталость, но его дыхание стало пугающе тяжелым. Однако тут же он выпрямился и разразился диким смехом:
— Ха-ха-ха! Бесполезно! Вы думаете, такими слабыми атаками победите меня, Годрика? Мои раны заживают раз за разом!
Как он и говорил, купаясь в лучах молитвы «Благословение росы», отсеченные руки прирастали обратно, словно хвост ящерицы.
Мы с Нефели дышали не легче. Мои руки и ноги налились свинцом, а фляга с багровыми слезами почти опустела. Если бы не вера в то, что я должен победить, иначе все мои люди пострадают, я бы уже давно упал без сил.
— Стоит мне поймать вас хоть раз, и я разорву вас на куски, — продолжал болтать Годрик.
Я заметил красную тень за его спиной и, облегченно выдохнув, с усмешкой спросил:
— Скажи, Золотой Годрик, а ты хоть знаешь, как правильно чертить магическую печать «Блестящего самоцвета»?
— А?
— Мой учитель магии твердил мне, что если ошибиться в черчении печати, магия выйдет из-под контроля и разрушит тело самого заклинателя, — я выхватил посох и выпустил в него снаряд, который он легко отбил. — Руки, которые творят магию и молитвы, ведь не твои собственные, верно? А ты сам хоть раз учил эти печати? После того как мы с Нефели отсекали их десятки раз, ты можешь быть уверен, что они не совершат ошибку?
— Чепуха… — Годрик, похоже, засомневался.
Похоже, я угадал.
Конечно, была еще одна деталь, подтверждающая мою догадку:
— Годрик, тебе не кажется, что чего-то не хватает?
— …Твоя призрачная медуза! — Наконец спохватился он.
Курара давно исчезла из виду. Где же она?
— Ответ у тебя на спине!
Хотя медуза считалась врагом, она спокойно обвилась вокруг конечностей Годрика, и те не атаковали.
Вернее, они не могли!
— У руки с арбалетом кончились стрелы.
— А рука с посохом пыталась накопить энергию несколько раз, но магия не сработала.
— Или, возможно, та конечность, что прирастала снова и снова, окончательно вышла из строя и больше не может верно начертать печать.
В итоге Курара просто висела на его спине, словно воздушный шарик. Она старалась брызгать ядом, но под действием «Золотого обета» и «Благословения росы» Годрик даже не чувствовал урона и не обращал на неё внимания.
— Ну давай, попробуй использовать силу рун, Годрик, — усмехнулся я.
Тот замялся и промолчал.
— Раз ты не хочешь, мы тебя заставим! — Я снова рванул вперед. — Вперед, Нефели!
— Есть! — Нефели, не раздумывая, бросилась в атаку.
— Вы! Вы! Жалкие букашки! Как вы смеете… — Годрик внезапно замолчал на полуслове. Он инстинктивно попытался воззвать к силе драконьей головы и рунам, но произошло невероятное: впервые в жизни одна из рук на его спине просто отвалилась.
— Конечно, бесконечные ошибки в заклинаниях истощили сам источник силы.
Более того, конечности не подчинялись его воле и продолжали впустую пытаться колдовать.
Сила рун Годрика иссякла, даже вспомогательные молитвы погасли.
Самое смешное, что после того как рука отпадала, другие руки пытались подобрать её и прирастить обратно, а рука, творящая молитву, чувствуя, что Годрик ранен, продолжала тщетно пытаться сотворить заклинание.
Этот бесконечный цикл продолжался, пока конечности не осознали, что тело истощено, попав в логическую петлю.
Тело Годрика начало распадаться само собой, без нашей помощи. Он с трудом стоял на ногах, покачиваясь.
Словно огромная, отлаженная машина, в которой из-за сдвига одной шестеренки рухнул весь механизм. Годрик пытался что-то исправить, но его сознание не могло контролировать такое количество рук, и он мог лишь смотреть, как его мощное тело, с таким трудом собранное, разваливается на части:
— Нет, нет, нет! Нет! Я… я – Золотой Годрик! Как я могу пасть из-за такой… такой мелочи!
— Я же говорил: то, что тебе не принадлежит, никогда не станет твоим, — я подошел к Годрику, превратившемуся в груду плоти на земле. Глядя на него, он так стремился к силе, что сам превратился в некое подобие кокона. Я без эмоций поднял меч. — Прощай, жалкий и ненавистный правитель, Годрик.
Удар пронзил его насквозь.
Глаза Годрика медленно тускнели, золотой свет в них погас: — …Родина… вместе… вернуться к Золотому Древу… на родину… Погас…
— Годрик, что ты увидел в свои последние мгновения?
Я поднял голову. Тяжелые тучи, долгое время висевшие над Штормвейлом, внезапно разошлись.
Казалось, я вижу Золотое Древо. Его ослепительный свет пробился сквозь облака, пролился на землю и начал медленно растворяться в ветре.
[Благодать обнаружена]
http://tl.rulate.ru/book/173349/13640802
Готово:
