В главном зале управления Улья царило безмолвие, нарушаемое лишь тихим гулом работающих систем. Призрачное сияние лазури плавно струилось по поверхности голографической звездной карты. Световая лента, обозначавшая Сердце Великой Стены и пересекавшая всю территорию Поднебесной, больше не слепила глаза, как в первые часы своего рождения. Теперь ее свечение стало глубже, сдержаннее, превратившись в мерную, едва уловимую пульсацию.
Казалось, сеть слилась с дыханием самой древней земли, и каждый новый виток сияния вторил движению энергии в недрах литосферы.
Чэнь Готао замер в трех шагах за спиной Ли Вэя. Эту дистанцию он выверил опытным путем: достаточно близко, чтобы мгновенно откликнуться на любой приказ, но достаточно далеко, чтобы не тревожить глубоких раздумий своего лидера. Глядя на голубые артерии, стабильно пульсирующие на карте уже более двухсот часов, Чэнь Готао всякий раз ощущал, как в груди вскипает невыразимый трепет.
— Господин Администратор, стабильность работы всех систем Протокола «Тишина» составляет 99,992%, — голос Красной Королевы эхом разнесся под сводами зала, обретя странную, почти музыкальную ритмику. — Шифрование всех внешних каналов связи успешно завершено. Система фильтрации перехватила и проанализировала более ста семидесяти тысяч попыток несанкционированного доступа. Утечек данных не зафиксировано.
Ли Вэй едва заметно кивнул, не отрывая взгляда от звездной карты. Он повел пальцем в воздухе, и изображение мгновенно сменилось интерфейсом распределения ресурсов. Бесчисленные золотистые нити тянулись от стратегических хранилищ страны к Улью, сплетаясь в энергетическую сеть, сложность которой затмевала саму Вселенную.
— Каков эффект от использования укрепляющей присадки из черно-нефритовых редкоземельных металлов? — спросил Ли Вэй.
— Первая партия в три тысячи тонн уже использована для модернизации энергетических ядер нано-строительных блоков в третьем секторе, — незамедлительно отозвалась Красная Королева. — Данные мониторинга показывают, что предел устойчивости блоков к воздействию среды вырос на 17,3%, а эффективность передачи энергии — на 8,7%. Особо отмечу: в условиях сильных песчаных бурь на северо-западе уровень износа снизился до 0,00.013% в час, что полностью соответствует проектным стандартам.
Чэнь Готао невольно принялся считать в уме. Такой низкий износ означал, что даже в самых суровых условиях пустыни теоретический срок службы нано-строительных блоков превысит триста лет. Это выходило далеко за рамки понимания современной материаловедческой науки.
— Как распределены мощности суперкомпьютера Куньлунь? — продолжил допрос Ли Вэй.
— Из выделенных 38% мощности, 25% направлены на глубокую оптимизацию алгоритмов координации узлов Сердца Великой Стены. Ожидается, что по завершении общая энергоэффективность вырастет еще на 5,3%. Еще 8% отданы под разработку новых модулей адаптации к окружающей среде, а оставшиеся 5% зарезервированы на случай чрезвычайных ситуаций. — Красная Королева вывела детальные графики. — Стоит упомянуть, что благодаря этим мощностям нам удалось смоделировать оптимальный сценарий одновременного противодействия трем стихийным бедствиям высшей категории. Время отклика системы сократилось в 127 раз по сравнению с существующими аналогами.
Ли Вэй наконец обернулся к Чэнь Готао.
— Передай в отдел логистики: текущие темпы работы меня устраивают. На следующем этапе приоритетом станет обеспечение материалами для модернизации Энергетических ядер и поставка стройматериалов для спецсред.
— Принято, — Чэнь Готао быстро внес пометки и протянул электронный планшет. — Это сводка оценки первой группы международных проектов научно-технического сотрудничества класса «А», отобранных согласно вашему уровню допуска по Драконьей печати. Все проекты прошли тройную проверку Красной Королевы на предмет безопасности ключевых технологий.
Ли Вэй скользнул взглядом по экрану. Обмен данными глубокого космоса с Европейским космическим агентством, изучение образцов мантии из Исландии, мониторинг криосферы от арктических станций... Каждый пункт представлял собой колоссальную научную ценность.
— Продвигайтесь по намеченному плану, — распорядился Ли Вэй. — Красная Королева заблокирует любые попытки подобраться к ядру наших технологий. Мы можем обменивать второстепенные данные или наработки на те материалы, которые нужны нам. Помни, Чэнь Готао: мы не ведем переговоры на равных. Мы даруем. Избирательно и милостиво.
Эти слова, произнесенные ледяным тоном, заставили сердце Чэня екнуть. Он понял: Улей уже вознесся на ту высоту, где правила игры диктует только он.
В этот момент поступил запрос на связь от Ван Дуоцая. На экране появилось его лицо — усталое, но светящееся лихорадочным азартом.
— Господин Ли! По вашим стандартам мы создали предварительный механизм отбора партнеров! — Голос Ван Дуоцая дрожал от возбуждения. — Результаты превзошли все ожидания! Те международные организации, что раньше пытались торговаться, теперь стали тише воды, ниже травы. Особенно старые научные фонды Европы — они представили куда более щедрые предложения.
— Ближе к делу, — осадил его Ли Вэй.
— Самое примечательное — предложение Технологического альянса Германии по стабильным поставкам редких металлов, — быстро затараторил Ван Дуоцай. — Они готовы поставлять высокочистые рениевые сплавы по себестоимости в течение длительного срока. Взамен просят лишь ограниченный доступ к данным мониторинга Сердца Великой Стены. Аналогичный запрос поступил и от швейцарского союза производителей прецизионных приборов...
Ли Вэй легким жестом прервал поток доклада.
— Эти вопросы в твоем ведении. Помни о том, какое положение мы занимаем.
Ван Дуоцай мгновенно посерьезнел и торжественно кивнул:
— Я все понял, господин Ли. Теперь мы — те, кто устанавливает правила.
Когда связь прервалась, Чэнь Готао не сдержал вздоха восхищения:
— Господин Ли, после всех преобразований мы действительно держим в руках инициативу. Сердце Великой Стены из чуда, поразившего мир, превратилось в незыблемый фундамент, на котором стоит вся страна.
— Смысл краеугольного камня не в том, насколько ярко он сияет, — Ли Вэй снова повернулся к звездной карте. — А в том, какую тяжесть будущего он способен вынести.
Едва он договорил, как свет в зале управления изменился. Лазурное сияние начало густеть, наливаясь глубоким, мистическим пурпуром. Голос Красной Королевы зазвучал торжественно:
— Уведомление: в связи со стабильной работой Сердца Великой Стены на всей территории в течение 240 часов и успешной верификацией интеграции государственных ресурсов, уровень доступа системы готов к повышению.
— Господин Администратор, ваш уровень доступа повышен до Ур. 3.
— Разблокирован новый функциональный модуль: [Архитектор чертежей].
— Пространство системы расширено до 1.000 кубических метров.
— Открыт доступ к технологиям [Разложение и воссоздание материи] (начальный уровень).
Поток невероятной информации хлынул в сознание Ли Вэя. В отличие от предыдущих обновлений, сейчас он ощутил качественный скачок. Модуль [Архитектор чертежей] позволял ему мгновенно выстраивать и оптимизировать сложнейшие системы прямо в уме. А [Разложение и воссоздание материи] давало призрачную, но вполне реальную возможность менять саму структуру сущего.
Чэнь Готао не мог видеть системных уведомлений, но он отчетливо почувствовал, как изменилась аура Ли Вэя. Если раньше тот напоминал обнаженный клинок, то теперь он стал подобен самой стихии — вездесущий и непостижимый.
Ли Вэй закрыл глаза, впитывая новые силы. Спустя мгновение, когда веки дрогнули и он снова взглянул на мир, в его зрачках словно закружились мириады звезд.
— Красная Королева, используя права третьего уровня, начни перекалибровку энергетической сети Сердца Великой Стены, — голос Ли Вэя был тихим, но в нем чувствовалась власть, которой невозможно было противиться. — Активируй [Разложение и воссоздание материи] для оптимизации всех узлов на молекулярном уровне.
— Директива подтверждена. Запуск программы глобальной оптимизации. Расчетное время: 6 часов 13 минут. По завершении общая прочность сети увеличится на 40%, энергоэффективность — на 25%.
От этих цифр у Чэнь Готао перехватило дыхание. Добиться такого колоссального скачка в системе, которая и без того казалась верхом совершенства, было за гранью здравого смысла.
Ли Вэй не обратил внимания на потрясение помощника. Он смотрел на голографическую карту, но теперь его взор пронзал толщу скал Улья, пересекал границы страны и устремлялся к бескрайним пескам пустынь, к безднам океанов и еще дальше — к далекому небосводу.
http://tl.rulate.ru/book/172321/13100427
Готово:
