Глава 17: «Утренняя дорога в школу»
— Благодарю, отец, — в глазах Хюлим снова затеплился свет.
Ризелиан с гордостью кивнул, а затем бросил косой взгляд на Амона:
— Хюлим, просто продолжай в том же духе. Главное – не бери пример с кое-кого, кто тренируется годами, а всё никак не может перешагнуть порог третьей формы…
— Эй-эй, батя, я вообще-то всё слышу! Овладеть третьей формой – это, по-твоему, мало?! Ты что, шутишь?!
— Ладно-ладно, время поджимает, — Ризелиан проигнорировал протесты сына. — Хюлим, тебе пора умыться и позавтракать.
Девочка взглянула на солнце, поклонилась отцу и ответила:
— Слушаюсь, отец!
С этими словами она покинула сад.
А за спиной еще долго слышалась перепалка мужчин.
— Эй, батя, не игнорируй меня!
— Да как у тебя язык поворачивается? Ты сам-то видел, как мечом махал? Это, по-твоему, стиль Хайерар?!
— А что же еще?!
— Ха, еще и пререкаешься! Ладно, сейчас я покажу тебе истинное искусство Хайерар!
— Э-э?! Погоди, батя, ты чего задумал?! Стой!
Ш-ш-ш!
Смыв пот в купальне, Хюлим переоделась в школьную форму и вошла в столовую.
Там была лишь Лилия.
Заметив дочь, она ласково улыбнулась:
— Скорее садись, Хюлим, а то хлеб остынет.
— Хорошо, матушка.
Девочка уселась на свое место, взяла теплый ломоть, намазала его джемом и принялась за еду, запивая свежим молоком.
Завтракали они вдвоем, но не потому, что остальные были сыты – просто почти никого не было дома.
Старший брат, Зиг, хоть и завершил полевые сборы, еще не окончил учебу. Только получив диплом Имперской рыцарской академии, он сможет по праву унаследовать отцовский титул.
Второй брат, Рид, жаждал подвигов и полгода назад поступил на службу в имперскую армию; сейчас он был простым новобранцем в казармах.
Третья сестра, Рути, мечтала стать учительницей и уехала практиковаться в столицу графства Лестер.
Что до сестер Румии и Лусии, то у них ситуация была особенная.
Обладая редким даром магии света, они полгода назад прошли отбор в Церкви Семи Дней и теперь в качестве послушниц обучались в церковном городе.
К слову, в том отборе Хюлим участвовать не стала.
Так что в поместье остались лишь Хюлим да Амон. Последний хоть и не дорос еще до того, чтобы покинуть родное гнездо, за столом отсутствовал – из-за «наставлений» отца его завтрак на тарелке медленно остывал.
Покончив с едой, Хюлим поклонилась матери:
— Матушка, я закончила.
— Хорошо, ступай. Береги себя.
Поправив одежду, девочка шагнула за порог.
— Отец, я ухожу!
Проходя мимо сада, она увидела, как Ризелиан вколачивает в Амона «истинное фехтование» – в самом буквальном смысле.
— О, доброго пути!
— Погоди, Хюлим! Не уходи! Выручай меня скорее!
— О-хо? Раз есть силы болтать, значит, увеличим вес грузов вдвое!
— Только не это-о-о-о!
Железные ворота поместья Хайерар захлопнулись, и вопли Амона начали постепенно затихать вдали.
Дом семьи находился на юго-восточной окраине города Мент, в то время как Подготовительная школа располагалась на северо-западе, бок о бок с Гильдией авантюристов.
Это означало, что Хюлим предстояло пересечь почти весь город.
Теплое солнце заливало улицы, людей становилось всё больше.
— О, Хюлим, так рано в школу?
— Да, доброе утро!
— Эй, крошка, не хочешь сахарных сладостей? Ужасно сладкие!
— Спасибо, не нужно, я уже позавтракала.
— …И-ик! Вина… еще вина… я еще могу пить… — доносилось из ближайшей подворотни.
— …Слыхали, авантюристы бают, в лесах у рудников монстры завелись!
— Да ну? Так близко от нас?
— Клянусь тебе! Говорят, несколько человек видели! И еще какое-то летающее светящееся чудище!
— …
— …И вот милостивая Богиня Земли разрешила печали Висоса, бога мудрости. Благодаря этому глубокие познания и чудесные инструменты, облегчающие наш быт, разошлись по всему миру…
На углу улицы молодой священник вещал небольшой кучке женщин о догматах Церкви и величии богов.
— Ах, как же это величественно! Господин священник, я так тронута! Могла бы слушать вас весь день. Может, у вас найдется минутка заглянуть ко мне сегодня и поведать о вере поподробнее?
— И ко мне! Пожалуйста, господин священник, придите и наставьте меня на путь истинный!
— И ко мне тоже!
Дамы обступили клирика, наперебой зазывая его к себе и не сводя глаз с его лица.
Возникало стойкое подозрение, что содержание проповеди их волновало меньше всего. Священник выглядел явно смущенным.
— Кхм, прекрасные дамы, прошу вас, будьте сдержаннее. Величие принадлежит богам, а не мне, смиренному слуге.
— Ах, ну конечно, я именно это и имела в виду! Просто оговорилась от избытка чувств. О, это так непозволительно с моей стороны! Господин священник, вы обязаны прийти ко мне и отчитать за такую оплошность!
— Господин священник, ну не смотрите только на нее, обратите взор и на меня!
— У меня дома очень просторно, господин священник…
Под натиском обожательниц бедняга едва держался. И тут он заметил проходящую мимо Хюлим.
Это был его шанс.
— Ах! Девочка, юная госпожа Хайерар! Постойте, прошу вас!
Хюлим остановилась и в недоумении склонила голову.
Священник тут же протиснулся сквозь толпу, виновато бормоча:
— Прошу прощения, леди, у меня срочное дело к этой юной особе. Продолжим нашу беседу в другой раз.
— Эх… Какая досада…
— Господин священник, обязательно заходите ко мне!
— До завтра, господин священник…
Женщины начали нехотя расходиться.
— Да-да, непременно! — Фальшиво улыбался он, чувствуя, как гора падает с плеч.
— У вас ко мне какое-то дело? Господин… как вас там? — Спросила Хюлим.
— Э-э… Можешь звать меня просто священником, малютка Хайерар, — отозвался он. — Спасибо тебе, выручила. Эти дамы в своих шутках заходят всё дальше, одна только что пыталась тайком ущипнуть меня за рясу…
Пока он сокрушался, девочка вдруг воскликнула:
— О, я вспомнила!
Кажется, она наконец опознала собеседника.
— Вы – тот самый человек, который всегда ходил хвостом за старым священником! А когда тот помер два года назад, вы заняли его место, хотя сами только и мечтаете о том, как бы перевестись в Центральный собор!
У молодого клирика дернулся глаз.
«Что за странная у тебя манера запоминать людей…»
— Это всё? Если дел больше нет, я пойду в школу.
— Эй, постой! Хоть я и окликнул тебя, чтобы спастись, дело у меня и впрямь есть.
Священник поспешил остановить девочку.
— Это касается твоих сестер. Проезжал гонец и привез вести о них. На днях пусть твои родители, а лучше госпожа Лилия, заглянут ко мне – я всё расскажу.
— Новости о Румии и Лусии? Поняла, я передам отцу и матушке.
Многие дела Церкви не подлежали огласке, и жизнь послушниц была скрыта от глаз мирян, так что узнать что-то можно было лишь по официальным каналам.
К слову, Хюлим так хорошо знала подноготную этого священника не только потому, что он был единственным служителем в городе, но и потому, что её мать в свое время едва сама не ушла в монастырь, а теперь там были сестры.
Семья Хайерар была частым гостем в местном приходе.
Ризелиан дружил с прежним настоятелем, и именно от старика домочадцы узнали о честолюбивых мечтах его помощника.
— Вот и славно, выручила! Теперь мне не придется самому к вам тащиться, — облегченно выдохнул священник.
— …Знаете, господин священник, мне кажется, вам стоит побольше радеть о делах Церкви.
— Это еще почему?
— Потому что с таким подходом вы в Центральный собор точно никогда не попадете…
— …
http://tl.rulate.ru/book/172068/12933732
Готово:
