Лу Юаньцю просто хотел, чтобы Бай Цинся осталась и посмотрела на предстоящее представление.
Ведь эта девушка до самой смерти так и не узнала, что её маленький добрый поступок когда-то пошёл на пользу совсем другому человеку.
Если честно, это было очень обидное воспоминание.
В том году Лу Юаньцю, как и многие другие «собачки-подлизы» в классе, тайно любил Ху Цайвэй. Узнав, что единственный голос за него якобы отдала она, Лу Юаньцю стал ещё более преданным.
Но в ответ на его пылкость Ху Цайвэй вела себя так, будто ни подтверждала, ни отрицала факт голосования.
Точно так же она не подтверждала и не отрицала свои отношения с Лу Юаньцю.
Подарки она принимала все до одного, но при общении держала дистанцию.
Говорила, что до окончания школы у них испытательный срок, и пусть Лу Юаньцю хорошо себя покажет.
И Лу Юаньцю понял намёк.
Пока его отец закупал товар для магазина, он, словно курьер, доставлял этот товар Ху Цайвэй. Его раболепное поведение вызывало презрение даже у 14-летней сестры.
Но после выпуска Лу Юаньцю не поступил в университет, а Ху Цайвэй пошла в обычный вуз.
На первом курсе Лу Юаньцю, не изменяя своим чувствам, продолжал отправлять ей различные подарки. Ху Цайвэй по-прежнему всё принимала. Когда же Лу Юаньцю пытался ей позвонить, она отказывалась под предлогом занятости учёбой.
И только на втором курсе он узнал, что Ху Цайвэй уже целый год встречается со старшекурсником.
Узнав эту новость, сердце Лу Юаньцю превратилось в пепел.
Он взял себя в руки, начал своё дело, оседлал волну интернет-коммерции и, используя семейные сбережения, расширяющийся бизнес, в итоге к тридцати годам стал миллионером.
К тому времени Ху Цайвэй бросил муж, и она одна воспитывала ребёнка. Хотя Лу Юаньцю больше не был к ней привязан, помня о былых чувствах, он снова ей помогал.
И только узнав в кафе, что тот самый голос на выборах был не от Ху Цайвэй...
Лу Юаньцю вдруг захотелось рассмеяться.
Казалось, только в этот миг он по-настоящему осознал, сколько нелепых поступков совершил за эти годы ради этой женщины.
Злиться?
В общем-то, нет. Пережив столько всего, ему уже было всё равно.
Но когда он узнал, что настоящей избирательницей была та девушка, чья жизнь оборвалась пятнадцать лет назад, Лу Юаньцю разозлился по-настоящему.
Хорошо, что жизнь дала второй шанс.
...
В данный момент Бай Цинся тихо и послушно стояла у двери в ожидании, прижимая к себе два рюкзака.
Когда появилась Ху Цайвэй, она снова приняла свой обычный в школе холодный вид, создавая ощущение неприступной дистанции.
Лу Юаньцю вдруг подумал, что этот холодный облик, возможно, был её привычной защитной окраской.
– Ну ты даёшь, Лу Юаньцю, уже и с Бай Цинся разговариваешь. А как думаешь, кто красивее – я или Бай Цинся?
Ху Цайвэй облокотилась руками на кассу, в её язвительном тоне чувствовалась нотка кислинки.
Лу Юаньцю усмехнулся. У тебя что, мозг недоразвит или вообще отсутствует?
Сама напрашиваешься на унижение?
Дома зеркала нет? Или моча у тебя матовая?
Конечно, Ху Цайвэй была симпатичной и одевалась ярко, но всё это меркло по сравнению с тем личиком Бай Цинся, способным свести с ума любого – лицом первой любви.
Но у Бай Цинся не было друзей, она всегда была холодна, поэтому парни в основном и не думали к ней подкатывать, что сделало Ху Цайвэй популярной богиней класса.
Как только Бай Цинся начинала с кем-то общаться, у Ху Цайвэй появлялось чувство угрозы.
Препираться с ней на словах бессмысленно. Лу Юаньцю, сидя на месте кассира, равнодушно произнёс:
– Она пришла за покупками. А ты, одноклассница Ху, хочешь сегодня что-нибудь взять?
Ху Цайвэй показалось, что сегодня Лу Юаньцю какой-то странный.
Если точнее, то исчезла та обычная для него робость при общении с ней. В глазах Лу Юаньцю сейчас читалась опытность, свойственная взрослым людям.
Но это было лишь ощущение. Может, из-за того, что сегодня здесь много девчонок, он просто притворяется?
– Цайвэй, у твоего одноклассника и правда есть свой магазин? Такой большой, – удивлённо сказала девушка рядом, прикрыв рот рукой.
Ху Цайвэй было немного приятно. Она небрежно махнула рукой:
– Да, вы пока посмотрите. Что понравится – берите, не стесняйтесь. Сегодня я угощаю.
Две девушки, с завистью, не стали церемониться и принялись выбирать товары.
Бай Цинся молча наблюдала за этим, о чём она думала – неизвестно.
О том, что Лу Юаньцю тайно влюблён в Ху Цайвэй, она на самом деле прекрасно знала.
Вскоре две девушки, радостные, принесли к кассе целую гору чипсов и снеков. Они действительно восприняли предложение как шведский стол.
А Ху Цайвэй, как обычно, взяла несколько упаковок жевательной резинки и напитков.
Привстав на цыпочки и заглядывая через кассу, она сладким голоском попросила:
– Лу Юаньцю, дай нам, пожалуйста, два больших пакета.
– Хорошо, – чётко ответил Лу Юаньцю и начал сканировать товары один за другим.
Но Ху Цайвэй вдруг опешила и не удержалась:
– Ты... ты что делаешь?
Лу Юаньцю с серьёзным видом ответил:
– Как что? Цены пробиваю. Вы же пришли за покупками?
Услышав это, две девушки за спиной Ху Цайвэй молча переглянулись, на их лицах отразилось удивление.
Они тихо перешёптывались: «Цайвэй же сказала, что платить не надо?»
Услышав шушуканье подруг, Ху Цайвэй было неловко. Нахмурившись, она спросила:
– Лу Юаньцю, ты чего сегодня такой жадный? Всего-то немного еды, не дорого же.
Лу Юаньцю рассмеялся:
– Вот именно, не дорого. Ты же сказала, что угощаешь. Что, заплатить не можешь?
– Я... – Ху Цайвэй не нашлась что ответить.
Стоявшая рядом Бай Цинся удивлённо хлопала ресницами, наблюдая за этой сценой.
В классе она всегда молча наблюдала за подхалимажем Лу Юаньцю.
Но сегодня он словно изменился.
Взгляды двух подруг, направленные ей в спину, жгли Ху Цайвэй. Ей было очень неловко, и, разозлившись, она со всей силы хлопнула ладонями по кассе.
– Лу Юаньцю! Только не говори мне, что ты серьёзно! Я правда рассержусь!
Лу Юаньцю:
– Ты смотри, сразу заводишься. Ну рассердишься – и что? Средь бела дня грабить будешь?
Ху Цайвэй опешила. Сегодняшнее поведение Лу Юаньцю было слишком ненормальным.
Вдруг её осенило, и она, словно пробуя почву, спросила:
– Ты... ты случайно не видел вчера, как мы с монитором вместе ходили по торговому центру? Лу Юаньцю, ты что, такой мелочный? Мы с монитором просто случайно встретились!
Лу Юаньцю:
– Извини, я вчера весь день проспал дома и в торговый центр не ходил.
– Тогда что с тобой сегодня?!
– Со мной всё нормально. А разве покупать вещи и платить за них – это не нормально? Как думаешь, одноклассница Бай Цинся?
Бай Цинся, услышав это, отвернулась и не стала отвечать.
Она только что украла, поэтому считала, что не имеет права отвечать на этот вопрос.
– Да ладно, Цайвэй... Мы не так уж и хотим есть...
– Да, Цайвэй, не стоит из-за этого злиться...
Две подруги Ху Цайвэй не выдержали.
Логика Лу Юаньцю была безупречна, они бы и хотели заступиться за подругу, но не могли.
Потому что на самом деле Ху Цайвэй и Лу Юаньцю были просто одноклассниками, и ничего больше.
Ху Цайвэй не хотела сдаваться и вытащила козырь:
– Лу Юаньцю! А вот и нет! Знай, монитор вчера признался мне в любви!
http://tl.rulate.ru/book/172007/13007485
Готово:
