Распрощавшись с шестидесятидевятилетней завидной невестой, Фэн Хао продолжил бежать. Кто бы мог подумать, что первая же предложенная судьбой порция «мягкого риса» окажется такой… выдержанной!
Он вспомнил, как однажды пришел к профессору Ляо за материалами для пересдачи. На столе стоял стакан с чем-то шипучим. Он еще удивился: неужели профессор пьет спрайт?
А когда пузырьки осели, он увидел, что в стакане плавают две вставные челюсти. Профессор Ляо с достоинством достала их, привычным движением вставила в рот – одну вниз, другую вверх – и снова превратилась в опрятную старушку с белоснежной улыбкой.
Да бог с ними, с челюстями… Матанализ – это же сущий ад!
Ему представилось, как профессор Ляо ласково спрашивает его:
— Малыш, если функция y=f(u) дифференцируема в точке u, а функция u=g(x) – в точке x, будет ли сложная функция y=f[g(x)] дифференцируема в точке x?
…
Фэн Хао на бегу прошиб холодный пот. До того жутко стало, что по коже мурашки поползли. Пришлось пробежать еще приличное расстояние, чтобы отойти от этого наваждения.
С другой стороны, эта паршивая система действительно мощная штука. Как выяснилось, она видит «перспективных» богачек в радиусе пятисот метров. Капитал, интеллект, внешность – возраст не помеха. По сути, она выдает готовый список целей. Полезная функция, ничего не скажешь.
Раз так, можно и еще кружок сделать. В таком огромном университете не могут быть одни старушки.
Фэн Хао невольно свернул в сторону женских общежитий. Пробежав полпути, он почувствовал себя каким-то извращенцем, рыщущим под окнами спозаранку, и развернулся. Типичный хикикомори: амбиций море, а выдержки – на пять минут.
Но на обратном пути он всё-таки встретил красавицу. Самую настоящую.
Навстречу шла Цинь Цю, звезда финансового факультета. На плече у неё покачивалась сумочка от Chanel. Говорили, что одна такая побрякушка стоит больше, чем его расходы на жизнь за весь семестр.
Цинь Цю славилась своей неприступностью и всегда была одна. Местная, из Цзяннина, дочь управляющего филиалом банка «Синъе». Фэн Хао знал это так подробно, потому что и сам входил в армию тайных воздыхателей, пускающих слюни на первую красавицу факультета.
Они вот-вот должны были поравняться, но система молчала.
Фэн Хао не выдержал:
— Ну и что? Эта мне не по зубам?
— По данным анализа, Цинь Цю уже три года состоит в отношениях. Порядочный альфонс выбирает только одиноких богатых женщин. Вы не подходите друг другу.
Фэн Хао только и смог, что промолчать.
В тот момент, когда он поравнялся с Цинь Цю, его внезапно осенило. Раннее утро, красавица возвращается в общежитие извне. Её белое платье было слегка помято. Совсем как его сердце сейчас.
Она не поздоровалась. Он тоже.
Он бежал дальше. Мимо стариков, плавно ведущих руками в такт тайцзи. Мимо стайки женщин, танцующих на площади под громкую музыку. Мимо другой компании, делающей то же самое напротив них. Владелец палатки с завтраками подбрасывал уголь в жаровню. Торговец овощами опрыскивал зелень водой.
Казалось, он сейчас упадет замертво. Ноги налились свинцом, их было не оторвать от асфальта. А строчка перед глазами: «6:30 – 7:00. Пробежка…» – всё никак не унималась. Всего-то тридцать минут, почему они тянутся целую вечность?
Тяжело. Он хотел сдаться. Но стоило вспомнить слова системы о том, что ему осталось всего двадцать девять лет – и в сумме он не проживет столько, сколько профессор Ляо живет сейчас – как его снова пробирала дрожь.
Бежать! Дальше бежать!
На улице становилось люднее. Система больше не подавала голоса. Да если бы и подала – он бы не ответил. Сейчас как раз то время, когда преподаватели выходят на прогулку. Если навстречу попадется еще какой-нибудь семидесятилетний профессор…
Нет, этого он не переживет.
Фэн Хао не понимал, как дотянул до финиша. К концу он уже ничего не чувствовал, просто механически переставлял ноги. Он только и ждал, когда светящиеся буквы начнут тускнеть. В ту секунду, когда текст исчез, он рухнул прямо там, где стоял.
Всё, конец. Устал так, что искры из глаз. Тридцать минут ощущались как несколько часов изнурительного марафона.
Он лежал на покрытии стадиона. Небо было чертовски синим, облака – чертовски белыми. Он хрипло дышал, в горле пересохло, пить хотелось невыносимо. В следующий раз надо брать воду.
Пока он собирался с мыслями, в голове снова раздалось:
— Поздравляю носителя с завершением первого фитнес-упражнения. Крепкое тело – фундамент жизни альфонса. Продолжайте в том же духе!
— Я всё… Больше никакого риса… — прохрипел Фэн Хао, распластавшись как побитый пес.
— Несмотря на посредственные данные, вы проявили завидное упорство. Только что система применила к вам предмет начального уровня: бафф «Куда уходит время». Эффект: усиливает результат тренировки, действуя как расширитель времени. Вы бежали тридцать минут, но нагрузка и эффект соответствуют ста двадцати минутам. Именно поэтому вы чувствуете такую усталость. Этот предмет дает вам четырехкратное преимущество во времени, чтобы вы скорее стали квалифицированным специалистом.
Фэн Хао замер. Он-то думал, что совсем размазня, а оказалось, что он за один присест отмахал два часа. Психи, честное слово.
От этих мыслей у него даже руки свело – так активно он ими размахивал при беге. Поднять не получалось. Подул легкий ветерок, и вспотевшее тело тут же пробрал озноб. Особенно в ногах. Между бедер стало подозрительно прохладно.
Фэн Хао посмотрел на свои руки, потом пониже, и в голове что-то щелкнуло.
Смущаясь, он тихо спросил:
— Слушай, а этот бафф… его когда угодно можно использовать? Ну, например, когда я… того самого?
— Запрос неясен, анализ невозможен.
Фэн Хао сделал рукой характерное движение вверх-вниз. На раскрасневшемся лице появилась странная ухмылка.
Система помолчала и выдала:
— Чрезмерное рукоблудие ведет к саморазрушению.
Фэн Хао только и смог, что выругаться про себя.
http://tl.rulate.ru/book/171908/12924444
Готово:
