Земляк – какое теплое слово, но сейчас оно пугало его больше всего.
Потому что он боялся поверить в прочитанное…
Сведения о мужчине были довольно полными: рост около ста семидесяти, лет двадцати семи на вид, среднего телосложения, с родинкой в углу рта. Живет в жилом массиве Сянцзян.
Набросок портрета был неумелым – мутное пятно, годящееся лишь для ориентира. Профессия не указана – видимо, Чжан не знал.
Остальные тридцать с лишним имен – должно быть, те самые японские агенты, пристроенные им. Не факт, что все японцы – среди них могли быть и подкупленные «кроты».
Любопытно: та женщина развлекалась здесь, попутно взяв Чжан Минкая под уздцы. Неужели не побоялась, что он в порыве отчаяния всё выдаст? Ведь тогда потери были бы колоссальными.
Не все там «кроты», часть – действительно коммунисты. Всё перемешано. Если чистить, то всех подряд, оставлять нельзя никого.
Слишком жестокая затея, последствия неизбежны.
Спрятав блокнот, Чу Вэньхао шумно выдохнул. Глянув на Ян Фэн, которая явно хотела заглянуть в дневник, он виновато произнес:
— Дневник я заберу. Если он останется у вас, будут неприятности.
Ян Фэн очень хотелось узнать, что написал муж, но она никогда не лезла в его личное – они уважали пространство друг друга.
Она молча кивнула. Чу Вэньхао нахмурился:
— Госпожа Чжан, вас в последнее время не задерживали? Может, вы падали в обморок без причины, а очнувшись, ничего не помнили?
Лицо Ян Фэн изменилось, она начала вспоминать:
— В феврале подруга звала меня на кофе. Потом в голове помутилось, и я уснула. Очнулась там же, в кофейне, будто ничего и не было. Но возникло чувство, что с меня снимали одежду. Тогда не придала значения – делов-то на полчаса, Минкаю ничего не сказала.
— Подруга? — Переспросил он. — Какая именно?
— Лю Юаньюань, — ответила Ян Фэн, прижимая к себе ребенка. — Третья наложница вице-мэра Цзинь Даюя. Мы не очень близки, познакомились на приеме. Она вдруг позвала на кофе, я и пошла. С тех пор мы не виделись.
— Вы не могли бы уточнить, вы сами откуда родом, госпожа Ян? А ещё, знаете ли вы, была ли у господина Чжана в молодости любимая женщина?
— Я тоже из Цзиньлиня, — вздохнула Ян Фэн, — только деревенская. Мы в университете познакомились, потом сошлись. Про других он не рассказывал, но до свадьбы хранил фото какой-то женщины, потом сжег. Я сделала вид, что не заметила. Мужчины – они ведь все такие: едят из миски, а заглядывают в котел… — Она смутилась. — Я не про вас, господин Чу. Вы-то действуете открыто, как настоящий мужчина.
У Чу Вэньхао даже челюсть свело – ну и завернула. Ладно, сердиться на нее недосуг.
Тут он услышал, как двое его парней неподалеку прыснули со смеху, и наградил их тяжелым взглядом.
— Кхм… В общем так, — Чу Вэньхао на мгновение задумался, куда их деть. — Оставаться в Синчэне вам вдвоем небезопасно. Если не возражаете, я распоряжусь, чтобы вас с Цзяцзя отправили на пароходе в Шаньчэн.
Ян Фэн с тоской окинула взглядом комнату, посмотрела на дочь и медленно кивнула:
— Благодарю вас, господин Чу.
Чу Вэньхао затушил сигарету и встал. — Не стоит. Соберите только смену белья. — Он пошарил по карманам и вытащил пятьсот фаби. Крикнул своим:
— А ну, скиньтесь тоже!
Сян Динтянь, неохотно вздохнув, достал из своего кошелька три сотни фаби. — Вот, — прохрипел он, протягивая купюры.
Ши Баого пошел еще дальше: проворчав что-то под нос, он с явной неохотой стянул ботинок и достал из-под стельки три бумажки.
Сян Динтянь вырвал их у него и принюхался:
— Ну и вонь!
— Подумаешь, вонь! Деньги не пахнут, но такую сумму можно потратить на многое, так что не будем мелочиться… — Ши Баого осекся под суровым взглядом Чу Вэньхао.
Чу Вэньхао смерил этих оригиналов презрительным взглядом, забрал деньги и протянул Ян Фэн:
— Возьмите. Как прибудете в Шаньчэн, идите на гору Фанцуньшань, что в Юйбэе. Найдите там человека по имени Цзян Тао, он вас устроит. Я дам инструкции. Живите спокойно.
Ян Фэн взяла деньги, пробормотала слова благодарности и пошла собирать узлы. Оставаться здесь и впрямь было нельзя.
— Отвезете их на пристань, — приказал Чу Вэньхао подчиненным. — Как увидите, что отчалили – ждите меня в массиве Сянцзян.
— Слушаемся!
Чу Вэньхао ушел один, сжимая в руке дневник. Улов сегодня богатый, но и тревог прибавилось.
Среди коммунистов засел «крот», и личность его – загадка. Та женщина как минимум агент второго ранга, – вот это находка, вот это головная боль.
Не приди он сюда, упустил бы всё. Женщина явно не планировала оставлять Чжан Минкая в живых – даже если бы не Юн Фаншан, долго бы он не протянул. Японцы в Синчэне давно его пасли.
Только вот чьи приказы выполняла та дама – компартии или японской разведки? Сказать трудно.
На всякий случай надо всех зачищать. Не убивать, так брать.
Что до Лю Юаньюань, ее наверняка шантажировали. С ней разберемся позже. Чу Вэньхао кликнул рикшу и велел гнать в Сянцзян.
…
Чу Вэньхао нашел ту лавку, откуда звонил мужчина. Зашел. За прилавком сорокалетний хозяин щелкал счетами.
Увидев гостя, тот подал голос:
— Выбирайте, что нужно. Товар честный, цены без обмана.
— Хозяин, помните мужчину, что утром заходил звонить? — В лоб спросил Чу Вэньхао.
Рука лавочника дрогнула на счетах. Он поднял глаза: черный френч-чжуншань, черная шляпа – сразу видно, не к добру.
— Нет… Народу много ходит, почем я знаю…
Клац-клац… Не успел он договорить, как раздался звук передергиваемого затвора. Чу Вэньхао не стал тратить слова – бросил пистолет на прилавок, а рядом – сто фаби. — Выбирай сам!
— Я… я… — Лавочник побелел как полотно. Чу Вэньхао невозмутимо закурил и, чиркнув спичкой, искоса поглядел на него. С такими по-хорошему нельзя, только нахрапом – это всегда работает.
Трясущимися пальцами толстяк подцепил купюру, опасливо глянул на улицу и зашептал:
— Господин офицер, вижу, вы человек серьезный, скажу как есть. Давеча приходили тут одни – и пугали, и подкупали, но я им правды не открыл. Утром тот человек выкурил здесь три папиросы, дождался звонка и ушел. Говорил на улице, я не слышал о чем. Он и раньше раза два заглядывал, скрытный такой, я его приметил: у губы черная родинка, лицом неказист, рост – сто семьдесят, лет двадцати шести. Живет в Западном районе, а в каком доме – не ведаю. В прошлом месяце его кто-то окликнул, значит, знают его. Тот, кто звал, мне знаком – старина Ван, что по району с тележкой ходит, творог-доуфу продает. Живет в Западном районе, третий ряд, второй дом. Он-то его точно знает.
Чу Вэньхао кивнул, убрал оружие и вышел. Если лавочнику жизнь дорога, лишнего не сболтнет.
Хозяин вытер пот со лба и решил от греха подальше закрыть лавку на пару дней.
Половина двенадцатого.
Старина Ван как раз собирался выкатывать тележку, как во двор вошел мужчина в черном. — Творог покупаете, господин? — Удивился старик.
Чу Вэньхао кивнул. — Возьму пятьдесят цзиней. Доставь их в дом того парня, у которого родинка в углу рта. Знаешь ведь, где это?
— С родинкой? — Старик почесал в затылке, а потом хлопнул себя по бедру:
— А! Вы про господина У из десятого ряда, третий дом? Знаю его. Только его сейчас нет, на службу ушел.
Чу Вэньхао протянул пятьдесят фаби. — И где он служит?
Глаза старика блеснули, он схватил деньги, и его лицо расплылось в улыбке, как лепестки хризантемы. — Не ведаю.
— Не знаешь? — Прищурился Чу Вэньхао.
— Честное слово, господин. Только видел я, как он форму почтальона носил. Стало быть, в почтово-телеграфном управлении служит. Он частенько у меня творог берет, вот и запомнил.
Чу Вэньхао кивнул. — Деньги оставь себе. Сегодня не торгуй. В шесть вечера отнесешь заказ к нему домой. Если не будет – возвращайся.
— Сделаю, сделаю… — зачастил старик.
Своих Чу Вэньхао отыскал к полудню. Раздал задания:
— Цзинчжун – на западные ворота, Шутун – на восточные. Ищите мужчину, рост сто семьдесят, родинка у рта. При возвращении – тайный захват, везти на явочную квартиру. Хэсюань и Шан Чжо – наблюдение у десятого ряда в Западном районе. Брать сообща. Работать чисто – живым нужен, и шума поменьше…
— Есть!
Закончив с этим, он в одиночку отправился к почтовому управлению Второго района – благо, недалеко.
Полдень.
На задний двор управления въехал Ли Минкан. Пристроил велосипед и пошел в столовую на западной стороне.
Взяв еду, забился в самый дальний угол. Человек двадцать коллег на него и не смотрели – знали, что парень любит одиночество.
За едой он услышал обрывок разговора:
— Слыхали? Этот Чу Вэньхао надумал вымогательством заняться, самого заместителя начальника отдела Ма прижал. Ну и наглость – против семьи Ма пойти…
— Тьфу! — Отозвался другой. — Подумаешь, ханьцзянь какой-то. Сунулся в Синчэнь – тут и кости сложит, и не заметит как. Говорят, его ни в одном ведомстве видеть не хотят. Приехал тут распоряжаться, как же. Я вот пока шел, видел – какие-то ищейки в Сянцзяне рыщут. Наверняка псы этого выродка…
Дзынь! — …
Миска Ли Минкана с грохотом перевернулась на пол. Все обернулись, но промолчали, вернувшись к обсуждению Чу Вэньхао.
Ли Минкан с невозмутимым видом прибрал за собой и быстрым шагом вышел из столовой. Сердце в груди зашлось в бешеном ритме.
Выскочив во двор, он вскочил на велосипед и пулей вылетел за ворота. Нужно уходить. В жилой массив возвращаться нельзя.
— Эй, Ли Минкан, ты куда?! После обеда развозка по Третьему району! — Крикнул ему в спину начальник, уперев руки в бока. Реакции – ноль. — Щенок! Только попробуй не вернуться! Сделал вид, что не слышит… — Но велосипед уже скрылся из виду.
— Слыханное ли дело… — Начальник уже готов был разразиться ругательствами, как вдруг над ухом раздалось:
— У этого Ли Минкана есть родинка у рта?
Тот вздрогнул, обернулся и смерил незнакомца недовольным взглядом. — А тебе-то какое дело до его род… — Слова застряли в горле при виде черного дула.
Он побледнел и заикаясь выдавил:
— Есть… есть родинка.
Чу Вэньхао сорвался с места, обдав его ветром. Когда он был уже метрах в десяти, начальник прошипел проклятие и поспешил скрыться в здании.
Ли Минкан путал следы. Завернул в магазин готового платья, первым делом сменил форму – казенная одежда почтальона слишком бросалась в глаза.
Вышел он уже в синем халате и серой шляпе. Если приглядеться – родинка исчезла без следа. Велосипед он бросил. Теперь он шел в толпе, то и дело бросая бдительные взгляды по сторонам.
Улица Чжуншаньлу, книжная лавка «Сывэй».
Стоило Ли Минкану войти, как в тени неподалеку возник силуэт Чу Вэньхао. Если бы не брошенный велосипед, он мог бы и потерять след. Рост и сложение в точности как у того, кого описывал Чжан Минкай. Лица не разглядеть, но ошибки быть не могло.
Заходить он не стал. Библиотека в два этажа, места мало – сразу заметят. Лучше подождать снаружи.
Но вот странность: прошло два часа, а парень так и не вышел. Посетителей-мужчин было немного, и похожих по комплекции – всего пара человек, но он проверил – не тот.
Либо там есть черный ход, либо этот парень и есть хозяин лавки, а почта – лишь прикрытие.
Чу Вэньхао зашел с тыла. Там был переулок с лавками. Прямо напротив книжного – бакалея, по площади такая же.
Он заметил, что у порога подозрительно чисто. Обычно торговцы выставляют товар напоказ, чтобы заманить покупателя, а здесь – пустота.
Он зашел в соседнюю чайную лавку и спросил у хозяина:
— Послушайте, а что в бакалее по соседству? Товар-то хороший? Что-то они редко открываются.
— Тьфу! Чтоб он сдох! — В сердцах выпалил лавочник.
— Сдох? Когда же?
— Мерзавец! Лавку вечно держит на запоре, а если и продаст что – дрянь несусветная. Покупатели потом приходят ко мне ругаться, а мне-то что за дело! Видать, темнит он что-то, бездельник. Скорее бы закрылся совсем. — Лавочник развалился в кресле, попыхивая трубкой.
— Так ведь открыто сейчас.
— Хм, час назад открыл. Я как раз ходил его костить, теперь хоть на душе легче.
— Взвесьте-ка мне полцзиня чая, — сказал Чу Вэньхао.
Рассчитавшись, он обогнул здание и вошел прямо в книжную лавку.
Зал небольшой, два ряда стеллажей.
Парня не видно. Чу Вэньхао подошел к прилавку:
— На втором этаже тоже книги?
Хозяину было лет пятьдесят пять, грузный, в очках для чтения. Он изучал Чу Вэньхао с самого порога. — Нет. Всё только на первом.
Чу Вэньхао принялся выбирать книгу, попутно осматриваясь. Потайных дверей нет. Значит, выход на второй этаж всё-таки где-то скрыт.
Раз хозяин один, значит, они в сговоре. Парень либо в книжном, либо прошел насквозь в бакалею. Слишком осторожный шпион – видать, пронюхал что-то и успел среагировать.
Через десять минут хозяин отсчитал сдачу. Подойдя к окну, он увидел, как Чу Вэньхао поймал рикшу и уехал.
Старик нахмурился. Неужели это он?
Чу Вэньхао!
Седина хоть и скрыта шляпой, но у висков проглядывает. Неужели он?
Зачем пришел?
Неужто Минкан его зацепил?
Старик с тревогой решил прикрыть лавку и предупредить парня: с этим демоном Чу Вэньхао шутки плохи.
http://tl.rulate.ru/book/171676/15310534
Готово:
