Фурусиро Ямаити закончил с чаем и вышел на улицу. Он собирался переправиться на северный берег. Проходя мимо лавки, он мельком взглянул на Чу Вэньхао, который сидел в своей шляпе, пригнув голову и затягиваясь дымом. Он уже видел его на берегу с удочками.
В душе шевельнулось подозрение. Он заметил три окурка у ног незнакомца – значит, сидит давно. Кого-то ждет?
Сам он провел в чайной полчаса, а этот малый здесь уже минут двадцать. Может, следит?
Они разминулись. Ямаити знал: если за ним идет хвост, он это сразу поймет. Но подойдя к берегу, он нахмурился: не было ни одной лодки.
Обычно здесь дежурило не меньше десятка перевозчиков. На том берегу у причала тоже было подозрительно пусто. Странно.
Он оглянулся назад: там, откуда он пришел, лодки всё еще стояли у пристани. Это его немного успокоило – возможно, просто время такое. Придется возвращаться.
Снова проходя мимо Чу Вэньхао, он нарочно присел завязать шнурок, пытаясь рассмотреть лицо мужчины, но тот как раз зашел внутрь лавки. Проклятье, слишком явно провоцировать нельзя.
Пройдя пару сотен метров, Ямаити постоял на берегу еще несколько минут. Чу Вэньхао так и не показался из лавки. Наконец, успокоившись, он сел на бамбуковый плот и отчалил к противоположному берегу.
Рыбаки в Чанша были народом трудолюбивым – в девятом часу утра берег обычно кишел лодками.
Ямаити стоял на плоту, глядя в сторону чайной. Если Чу Вэньхао появится там – всё станет ясно. Но до самой высадки берег оставался пуст.
— Земляк, почему на той стороне нет лодок? — Невзначай спросил он перевозчика.
Старик-рыбак под широкополой шляпой удивился:
— Нет лодок? Диво дивное. Я на том берегу два года проработал – ни разу не стояли, ни в дождь, ни в бурю. Даже когда японцы бомбили, переправа работала. Может…
Лицо Ямаити дернулось, сердце бешено заколотилось. За два года – ни одной остановки. И надо же такому случиться именно сегодня.
Он окинул взглядом берег: прохожих было немного, всё выглядело обыденно. В чем подвох? Лодка ткнулась в берег, он расплатился и начал подниматься по ступеням, внимательно озираясь. И тут он увидел группу людей в черном, стоявших неподалеку.
Провал!
Первым порывом было броситься назад, но он сцепил зубы и заставил себя идти ровным шагом. Среди десятка прохожих была надежда затеряться. Если побежит – сам себя выдаст.
Но тут ему навстречу вышли двое мужчин, сканируя толпу взглядом. Конец!
Оружия у него не было, но всегда был при себе яд – он был готов пожертвовать собой. Значит, тот малый на берегу действительно следил за ним. А это значит…
Он незаметно достал таблетку и зажал её в кулаке. Когда он уже почти разминулся с теми двумя, до его уха донесся резкий свист рассекаемого воздуха.
Смерть!
Он не стал защищаться, а сразу засунул таблетку в рот. Он знал слишком много, живым его брать нельзя.
В последние секунды он лишь молил, чтобы Кэйко была осторожна. И та женщина, что пришла утром с письмом… Она во всём виновата!
Это была западня! Выманили змею из норы!
Бака!
Теперь он всё понял. Это она сдала «Орхидею». Как только Чу Вэньхао выпустили, она тут же принесла письмо, чтобы вывести ищейку на связного.
Бака!
Бам!
В тот момент, когда таблетка коснулась языка, а мысли неслись вскачь, тяжелый удар ребром ладони обрушился на его шею.
В миг, когда он проваливался в темноту, из уголка его рта выплеснулась густая черная кровь.
Гу Шутун и Шан Чжо, собиравшиеся вязать его, замерли. Они переглянулись, и их лица помрачнели.
Подбежал Чэн Ху со своими людьми:
— Ну как? Оставьте его мне, уж я-то из него вытрясу… — Увидев текущую черную кровь и остекленевший взгляд Ямаити, он осекся.
— Черт возьми… Сдох.
Гу Шутун взглянул на Чэн Ху:
— Будьте добры, начальник Чэн, перекройте берег. Никого не выпускать на тот берег. Всех, кто видел этого человека, изолировать до приезда командира.
— Понял…
…
Спустя двадцать минут после ухода Ямаити, Кэйко под благовидным предлогом тоже вышла из чайной. Сменив одежду на повседневную и внимательно оглядевшись, она зашагала по узкой тропке.
Проходя мимо арендованной виллы, она заметила женщину. Та, босая, сидела на корточках, возясь с удочками, и что-то напевала себе под нос.
Когда та поднялась, их взгляды встретились.
«До чего красивая», – невольно восхитилась Кэйко. Рост – метр семьдесят, не меньше. Такие красавицы – редкость, и Кэйко раньше о ней не слышала.
«Неужели та самая агент империи, о которой говорил Фурусиро?»
На вид ей было лет двадцать восемь, хотя фигура казалась более зрелой. Женщина улыбнулась ей и улеглась в шезлонг, лениво покачивая босой ступней.
Вырез платья был глубоким, и Кэйко невольно залюбовалась её формами. «Кому же досталось такое сокровище?», – подумала она.
Эта женщина заинтересовала её. Стоило доложить руководству: такую особу можно было бы использовать с большой выгодой.
С этими мыслями она продолжила путь на запад. Краем глаза она заметила суету на противоположном берегу и мелькание черных мундиров, но не придала этому значения, веря в осторожность господина Ямаити.
Завернув за угол, она услышала приглушенный возглас:
— Юньхао…
На самом деле позвали Вэньхао.
— Тсс… — Чу Вэньхао жестом попросил Тан Мэйли замолчать. Она всё поняла с полуслова и, прижав ладонь к губам, проводила взглядом уходящую женщину.
Она прильнула к нему и надула губки:
— Я тоже хочу поучаствовать.
Времени на споры не было. Чу Вэньхао похлопал её по спине, взял за руку, и они вместе пошли следом.
Через триста метров Кэйко остановилась перед трехэтажным особняком на северном берегу. Он стоял в окружении скал и густого кустарника, к нему вела единственная узкая дорожка.
З-з-з…
Прозвучал мелодичный звонок. После третьего нажатия вышла горничная. Увидев гостью, она улыбнулась:
— Рано вы сегодня, Хуэйхуэй. Госпожа только проснулась.
Кэйко обменялась парой фраз и вошла внутрь. Ворота медленно закрылись. Через три минуты к дому подошли двое, держась за руки, словно обычная пара на прогулке.
Они взглянули на номер дома: пятьсот пятьдесят пять.
— Принцесса, чья это усадьба?
Тан Мэйли времени зря не теряла. Благодаря сведениям Нин Чжиюаня и своей природной смекалке она помнила данные по десяткам домов, особенно ей врезались в память такие приметные номера.
Она хитро прищурилась и прошептала ему на ухо:
— А что мне за это будет?
Нашли время для кокетства… Чу Вэньхао поправил шляпу, заметив шевеление в одном из окон, и ответил в тон:
— А какую награду ты хочешь?
Красавица хихикнула и, прижавшись к нему, выдохнула в самое ухо:
— Сегодня вечером займемся делом. Целую неделю ни-ни… Хочу три раза. Нет, пять!
Чу Вэньхао закатил глаза:
— Раз принцесса велит – кто я такой, чтобы перечить? Говори уже.
— Хи-хи… То-то же.
Тан Мэйли с довольным видом кивнула:
— Здесь живет…
http://tl.rulate.ru/book/171676/15310515
Готово:
